Метка Жнеца — страница 34 из 41

Возможен ли был в жизни Кента подобный сценарий? И да, и нет. Он в любой момент мог уйти от Микротеха. До постановки первых имплантов. Он мог начать другую жизнь. И даже возможность у него такая была. И было ради кого это сделать. Эмилия Бонтон. Прекрасная женщина. Вествинд до сих пор помнит аромат ее волос. Ее улыбку. Он видел, что симпатичен этой женщине. И она. Она вызывала в нем странное чувство. Он смотрел на нее и чувствовал вдохновение. Это был очень интересный опыт, повторить который ему так и не удалось.

И ирония судьбы, или насмешка цифровых богов, но именно Эмилия стала одной из его жертв. Она где-то, что-то сделала не так в стенах Микротеха. То ли узнала, что ей знать не положено, то ли еще что-то. Кента это не волновало. Ему просто отдали приказ.

Киллер тогда целый день наблюдал за ней. Любовался ее улыбкой. Волосами. Ее тонкой талией, и идеальной, подтянутой фигурой. А потом наступил вечер, и он с улыбкой пригласил ее поужинать. Она не отказала.

Этобыло его первое и последнее свидание. Они много говорили. Обсуждали поэзию, музыку, кино, а главное она как и он была неравнодушна к изобразительному икусству. О! Как тонко она чувствовала краски. Как тонко видела сокрытую в казалось бы неосторожных мазках суть произведений!

А потом он проводил ее домой. Прямо до дверей квартиры. И уже у самых дверей, они поцеловались.

При воспоминании о губах Эмилии, Кент притронулся к своим губам. Даже сейчас спустя почти девять лет, он помнит. Помнит эти мягкие, нежные губы. Это буйство красок в его голове и где-то в груди. Помнит аромат и вкус.

А потом. Потом он нанес удар ножом прямо ей в сердце. Нет, не фигурально. Практически. Он никогда не забудет этот взгляд. Удивление, обреченность, которые сменились пониманием и… и…

Что означала вот та! Та последняя эмоция, Вествинд так и не понял. Он каждый раз старался, но не мог понять.

Когда же девушка отстранилась от киллера, он достал свой пистолет, навинтил на дуло глушитель, и все так же молча, глядя в ее прекрасные глаза, совершил контрольный выстрел. Но ему показалось, что кровь легла на стену не так. Не хватало еще штрихов. А потому он выстрелил снова. Но и этого было мало. И вот он! Третий выстрел. И все! Картина стала идеальной. Кровь на стене. Прекрасная девушка, сидит, привалившись к ней спиной и истекает кровью, вырывающейся из под лезвия, торчащего в ее груди ножа. И три аккуратных дырочки в ее голове. Три красных родинки, что выстроились в один ряд.

Горько. Почему-то каждый раз. Каждый раз, очень горько это вспоминать. Чья-то когтистая рука сжимает сердце, и оно всегда. Всегда пропускает один удар. Но ничего. Это знак. Да. Знак того, что Кент человек. А значит, он делает все правильно. И делал все правильно.

Самое забавное, о чем Вествинд никогда не думал — он смутно помнит свое детство. Лишь его отрывки. Такие, как тренировки. Наставления учителей. Уроки выживания. Уроки убийства. И рисования. Но он совершенно не помнит всего остального. Ни того, где именно он рос. Ни лиц людей, что его воспитывали. Не своих чувств или желаний. Словно их никогда и не было. Или же их стерли. Но он даже думать о своем детстве толком не мог. Стоило только мыслям начать цепляться за детали прошлого, как те соскальзывали. Словно… словно шелк с идеально заточенного клинка. Распадались на части.

Кент не видел. Он не замечал, как сильно у него промыты мозги. Он! Человек, знающий психологию. Понимающий мотивацию людей. Он не мог анализировать самого себя. Свои чувства и поступки. Его восприятие мира, как кривое зеркало, искажало все, что было с ним связано.

В интерфейсе появился сигнал от маячка. Жертва села в свой электромобиль. А значит, пора. Ожидание в состоянии покоя и размышлениях закончилось.

Выйдя из кофейни Кент, не спеша направился к ближайшей подворотне. Скрывшись от посторонних глаз, он начал отталкиваясь ногами от стены к стене, прыжками взбираться на крышу здания. Ножные импланты работали как часы, позволяя мужчине, действовать точно и методично. Не маловажную роль играл и его особенный нейрочип, который так же управлял движениями, делая их, отточено точными.

И вот он на крыше. Грязный. Вымазанный химическим смогом, что словно черта разделяет элиту и отбросы. Властелинов и рабов. Сев в свой глайдер, киллер брезгливо скинул с себя грязную одежду. На смену ей пришел привычный, дорогой, строгий, черный костюм. И как знак, его любви к искусству — галстук цвета артериальной крови.

Глайдер же тем временем следовал за Майком Кейном, который направлялся прямиком в научную лабораторию Микротеха.

А вот это уже было интересно. Вествинд ликовал. Зверь сам шел в силки. Но что ему там нужно? Почему он сам так рвется в заботливые руки Кента? Киллер этого еще не знал. Но очень скоро узнает. Тем более, что до места назначения он успевает добраться раньше.

Нет, конечно же Вествинд слышал, что этот детектив роет под Микротех. А особенно его интересует, какой-то особо важный проект. Собственно отсюда и родился вывод, что конечная цель Кейна именно лаборатория. Значит, там есть кто-то, кто может дать этому зверю ответы.

И вот здесь Кент задумался. Как будет лучше поступить. Стоит ли дать возможность ищейки получить данные, а потом устранить, или все же лучше сделать это до того, как Майк ворвется на территорию корпорации. Очень волнующий вопрос. Он ведь касался именно тех мазков, которые необходимо было нанести на полотно охоты.

На то, что кто-то в руководстве может огорчиться такому решению киллера, последнему было плевать. Да и какая разница? Работа же будет выполнена. А потому можно выбрать, то что будет интересно именно Вествинду.

В лаборатории глайдер профессионального убийцы оказался раньше электрокара его жертвы. Но не намного. А потому и решение вопроса, как быть, произошло само-собой. По естественным причинам. Пока Кент шел в сторону лифта, Майк Кейн уже таранил своим автомобилем центральный вход.

До ушей киллера донесся далекий звук взрыва, заставивший его вздрогнуть. Он переживал. Переживал, что зверь может умереть раньше, чем он до него доберется. Да еще и маячок потух, сигнализируя о том, что как минимум тачка детектива уничтожена.

Нужно было поспешить. А этот чертов лифт, как назло не хочет ехать. Раздраженно ударив по стене, Вествинд, сделал несколько шагов назад и глубоко вздохнул. Ему не нравилось, что в душе поднимается такой ураган предвкушение. Это первый знак возможной ошибки. А потому нужно успокоится. Первым делом успокоится, а потом проанализировать ситуацию.

Интрефес раскрылся перед взглядом киллера, позволяя подключиться к камерам лаборатории. Все начинало вставать на свои места. Зверь жив. Зол. И он пробивается куда-то. Вот он остановился, уничтожив несколько дронов. Вот схватил за пиджак охранника. Трясет его, что-то спрашивая. Тот молчит. Зря. Пистолет Кейна, оставляет после себя рваную дыру в голове глупца.

Двери лифта открылись, обрывая такое долгое ожидание. Кент спокойно зашел внутрь, и нажал на кнопку пятого этажа. Это было ровно на один этаж выше, того места, где сейчас находился детектив.

По мере того, как лифт опускался, становилось все отчетливее слышно звуки выстрелов и взрывов. Похоже «Демон Санрайз-Сити» пошел в разнос, уничтожая любого, кто становился у него на пути.

Когда лифт остановился на пятом этаже и открыл свои створки, киллер уверенно зашагал вперед. Он видел, как в руки Кейна попал Томас Джеферсон. Как детектив о чем-то спрашивает его, а тот юлит и изворачивается. Зря. Очень зря. И Кейн объяснил Томасу почему, прострелив правое колено и приставив ствол пистолета к паху.

— Ну, вот он и запел. Похоже, теперь можно и вмешаться. — Промурлыкал себе под нос Кент, активируя импланты рук и замахиваясь для удара.

Жнец лишь наблюдал. Он был в восторге. Его полотно писало само себя.

Пол под ногами Вествинда пошел трещинами еще после первого удара. Но он и не собирался его пробивать. Глупая затея. Пустая. И лишенная изящества, которым славился киллер. Вместо этого он разогнавшись побежал в сторону окна, обнажая свой пистолет. Пара выстрелов и стекло осыпалось, а Кент, схватившись рукой за край, влетает на этаж ниже.

Усиленные ноги с легкостью пробили стекло. И как всегда, киллер по кошачьи мягко приземлился на ноги, чтобы тут же уйти перекатом от мгновенно среагировавшего детектива. Да только… только уже в этот момент, что-то пошло не так. Эми дробь разлетелась по помещению, отрубая все что здесь работало на электричестве, как и ножные импланты, которые задела эта чертова волна.

Звук передергиваемого затвора, и вновь выстрел. Такой крутой. Такой хладнокровный. Расчетливый. Умный. Утонченный и изящный Кент Вествинд, оказался не готов к встрече с настоящим демоном, которые безвылазно живет в аду.

О! Киллер считал себя художником натуралистом, чье тело всегда было эталоном. Эталоном доведенным имплантами до идеала. Он встретил на своем пути хаос импрессиониста. Силу, что как антивещество пожирает любую материю. Вечно голодного демона, спущенного хозяином с поводка с командой фас.

Все эти мысли, пролетели перед Кентом за считанные секунды. Восприятие и реакции были максимально ускоренными. Он полз. Полз так быстро, как мог. Но этой скорости оказалось недостаточно. Облако микро эми гранат вылетевших из пущенной Кейном дроби, накрыло Вествинда.

Вся электронная начинка недокиборга начала коротить и выходить из строя. Кожа над имплантами начала плавится. А хуже всего начали закипать и мозги.

И только смех. Гомерический смех Жнеца в его ушах, плавно затихал, вместе с жизнью нейрочипа. Они умерли вместе. Нейрочип и Кент. Вествинд. Его тело. И его ипланты.

Но за долю мгновения перед своей смертью, он увидел. Увидел, то чего видеть не должен был при жизни. Увидел себя. Весь свой жизненный путь. И ту ее часть, что была сокрыта. Сокрыта кропотливой работой ученых Микротеха. То как они изуродовали психику молодого парня. То как ему перепрошивали сознания. Нет. Его не готовили с пяти лет к этой участи. Нет. Это все лишь красивая сказка. Легенда. В которой нет ни капли правды.