Знать бы ещё, что этот мужчина сделает, когда задумается, почему именно Глория Лэйн не такая, как другие… Наведёт о ней справки? Может быть, начнёт искать информацию и сам каким-то образом выйдет на тех, кто её сюда отправил? Тогда мне не придётся об этом рассказывать. Всё решится без моего участия.
Однако надеяться на это было бы неправильно. Как говорится, под лежачий камень вода не течёт. Я тоже должна действовать в нужном направлении, а не оставаться пассивным наблюдателем. К тому же это не в моём характере. Я привыкла брать свою судьбу в собственные руки, а не доверять её кому-то ещё.
Когда был съеден десерт, к лирре Тамилле подошла одна из служанок и протянула ей конверт.
– Что это? Письмо? – удивилась та. – От кого?
– Слуга лирра Дарбанта привёз.
Лирра засмущалась как девчонка, даже покраснела, точно клюква, и, прижимая к груди послание от мужчины, вышла из столовой.
– Что это было? – сердито уставился на меня её кузен.
– Тут я ни при чём, клянусь, – покачала головой я и надулась обиженно. – Ни о каких письмах даже не думала, не то что желать, чтобы лирра Тамилла что-то там получила. А почему вы сразу меня-то подозреваете? Я ведь уже говорила, что ваша кузина достойна того, чтобы на неё обращали внимание! И без всякой магии, между прочим!
– Ладно, – хмыкнул собеседник. – Будем считать, вы меня убедили. А теперь, лирра, нам пора возвращаться к работе.
– Как скажете, – с готовностью откликнулась я.
Что же я могу сделать прямо сейчас? Рассказать Сеймуру правду не вышло. Может, взять пример с поклонника лирры Тамиллы и написать письмо? А умею ли я вообще писать на языке чужого мира? Пока возможности это проверить мне не выпало.
Мы вернулись в кабинет, где меня снова ждала гора неразобранных бумаг. Создавалось такое впечатление, будто предыдущие поклонницы этим вовсе не занимались. Может, считали подобную работу ниже собственного достоинства? Впрочем, наниматель ведь сказал, что они устраивались к нему не для этого. И сейчас, разгребая бумажные завалы, я была вполне склонна с ним согласиться.
Когда мужчина на некоторое время покинул кабинет, я отыскала чистый лист и приспособление для письма, похожее на старинную чернильную ручку. На мгновение я задумалась, затем попыталась написать хоть что-то. Начала со слов «Лирр Теннантхилл, я бы хотела вам сказать…» Получилось! Буквы выходили неровные и корявые, но я и на русском-то сейчас писала уже не так красиво, как в школе, всё-таки уже слишком привыкла к клавиатуре и мышке.
Воодушевлённая, я продолжила сочинять письмо, но, увы, стоило мне перейти к главному, как ничего не вышло. Вместо нужных слов рука выводила какие-то каракули, которые никто не смог бы прочесть, а затем и вовсе ручка сломалась с громким хрустом. Глядя на свои залитые чернилами пальцы, я громко выругалась на родном языке.
Чёрт-те что!
Эти гады ползучие всё продумали и предусмотрели, чтобы Глория не смогла их выдать. И вместе с этим под запретом оказалась и моя личная тайна. Тайна о том, кто я на самом деле.
Как же быть?
Вернувшийся Сеймур Теннантхилл, надо думать, был несколько удивлён, обнаружив меня яростно пытающейся оттереть с пальцев чернила.
– Что вы здесь делали, пока меня не было, лирра Глория? – осведомился наниматель.
– Так… письмо вам написать хотела.
– Любовное? – нахмурил брови мужчина.
– Небеса упаси!
Глава 24
– Вас так пугает перспектива влюбиться в меня? – осведомился Сеймур Теннантхилл.
– Думаю, это не мне, а вам страшно, что я в вас влюблюсь, – парировала я. Об этом говорить не стала, но промелькнула мысль, что старшая родственница нанимателя, а именно незабвенная тётушка Террения, была бы совсем не против, если бы у нас с её племянником что-нибудь получилось. Ведь это она вчера чуть не вытолкала его из бального зала, чтобы он меня в комнату проводил!
– Если я и боюсь, то только за вас, лирра, – отозвался собеседник.
– Я могу узнать почему?
– Потому что я не смогу ответить вам взаимностью.
– Вы так в этом уверены?
– Абсолютно уверен.
– Дело во мне? – поинтересовалась я несколько уязвлённо – всё-таки неприятно слышать такое, в чьём бы теле ты ни находилась. – Я недостаточно хороша для вас? Или всё потому, что у меня нет магии?
– Нет, – качнул головой мужчина. – Будь вы хоть первой красавицей мира, хоть самой одарённой магиней, это ничего бы не изменило. Уж поверьте мне.
– Тогда… – растерялась я, проглотив так и просящуюся на язык остроту. Теннантхилл выглядел… грустным? Как будто он действительно искренне сожалел о невозможности, между нами чего-то большего, чем отношения начальника и его помощницы.
– И всё же, лирра Глория, что вы такого хотели мне сообщить в письменном виде, что не можете сказать в лицо?
«Да я бы с удовольствием всё рассказала, – хотелось прокричать мне, – если бы не вся эта ваша магия-шмагия!» Несправедливо – Сеймур Теннантхилл своими исследованиями нажил врагов, а отвечать за это мне. Ещё и враги попались какие-то магические неумёхи. Душу мою в тело Глории Лэйн поместили, а обратно ну никак отправить не смогли.
Хотя, может быть, и смогут, если я признаюсь им в том, что всё ещё здесь. Вот только долго ли я после этого проживу? Я же теперь свидетельница их тёмных дел, хотя даже лицо мужика на балконе не разглядела.
А вот голос… Голос, пожалуй, запомнился. Низкий, глуховатый. Раньше, в бытность ярой поклонницей сериалов и фильмов с субтитрами, такие голоса мне даже нравились. Сейчас же от одной мысли о том, что услышу его снова, в дрожь бросало.
Но об этом я Теннантхиллу тоже поведать не могла, поэтому в ответ на его вопрос пожала плечами.
– Да так, ничего важного. Не берите в голову. А впрочем… могу я спросить? – Собеседник кивнул, давая своё милостивое разрешение, и я продолжила: – Можно мне брать почитать ваши книги? Должна же я чем-то заниматься в своё свободное время.
– Какие именно книги вас интересуют, лирра?
– Эм-м-м… разные. Об истории мира и прочем… У меня есть некоторые пробелы в образовании, знаете ли. Родственники не слишком этим заморачивались… Тьфу, то есть не придавали значения!
– Оно и видно, – бросил в ответ Сеймур. – Хорошо, лирра Глория, я одобряю ваше стремление больше узнать о нашем мире. Похвально, что вас это заинтересовало. Вы можете брать мои книги. Все, кроме тех, что стоят на этой полке, – указал он. – Что же касается развлекательных историй, их у меня нет. Если будет надобность, можете обратиться за ними к моей кузине, у неё есть собственная библиотека.
– Благодарю! – откликнулась я, глянув на запретную полочку и запомнив её расположение. Надо будет улучить время, когда начальства не будет поблизости, и заглянуть туда. Может, в книгах, что стоят на ней, найдётся что-нибудь про переселение душ. – А мне долго ещё бумагами заниматься? Когда мы приступим к вашему исследованию?
– Вам так не терпится приступить? – хмыкнул Теннантхилл. – Скоро, лирра, скоро. Вот завтра с утра и начнём. Если вы устали от бумаг, можете немного отдохнуть после того, как закончите с этой стопкой. Присмотрите что-нибудь почитать и возвращайтесь к себе, – подчеркнул он, явно намекая на то, что ему не по душе, когда новая помощница вовсю шныряет по особняку.
– Договорились, – согласилась я и в предвкушении момента, когда хотя бы из книг побольше узнаю о мире, в который меня занесло, с удвоенной силой взялась за работу. Ох и много же бумажек накопилось, просто гора целая! Секретари и документоведы моего мира явно бы мне не позавидовали.
Но деваться некуда, надо продолжать не столько тяжкий, сколько уныло-монотонный труд. Начальник тем временем снова открыл потайной ход и скрылся в своей лаборатории. Однако прямо сейчас я интересоваться содержимым загадочной полки не торопилась, всё-таки Теннантхилл слишком близко. Вот отвлечёт его кто-нибудь, тогда уж полюбопытствую. А лучше, если он вообще на какое-то время из дома уйдёт, предоставив мне возможность изучить как следует не только книги, но и сам таинственный особняк.
За работой как-то незаметно прошло время, и я сама не поняла, как обозначенная стопка подошла к концу. Сеймур к этому моменту уже вернулся обратно в кабинет и снова его покидать не торопился. Пришлось выбирать книгу под внимательным взглядом мужчины.
Для начала я решила взять что-то вроде географо-исторической энциклопедии. Самое то, что нужно для попаданки! Ещё бы про общественный уклад что-нибудь почитать, чтобы не попасть впросак, но это в другой раз.
Вернувшись в свою комнату, я с удобством забралась на кровать, раскрыла книгу и с головой погрузилась в чтение.
Глава 25
Попавшая мне в руки энциклопедия оказалась очень интересной, и информации мне из неё удалось почерпнуть немало. Я так зачиталась, что пропустила ужин. Опомнилась, лишь когда служанка с ворчанием принесла мне его в комнату.
Мир, в которой меня занесло, назывался Эсторум. Страна же носила звучное название Айверон. Большинство её жителей не были магически одарены, а потому маги здесь являлись своего рода элитой. Девушки-магини рождались редко и безоговорочно признавались завидными невестами вне зависимости от наличия и размера приданого, но образование могли получать только мужчины – несправедливо, однако! Закончив обучение в академии, они удостаивались звания магистров магии и впоследствии могли либо сами стать преподавателями, либо найти применение своим способностям в других сферах.
Кроме того, выяснилось, что магия передаётся по наследству, а соответственно, накрепко привязана к роду и кровным связям. Мне тут же вспомнились отправленные в мансарду портреты предков Сеймура Теннантхилла. Любопытно всё-таки, за что же он с ними так сурово обошёлся?
Склонившись над картой Эсторума, я рассматривала неровные очертания материков, извилистые линии рек и синие кляксы морей, которые не имели ничего общего с привычными мне земными географическими объектами. Если это и параллельный мир, то он лишь отчасти похож на тот, из которого я перенеслась. Здесь совершенно другие языки, законы и обычаи, а ещё – и это самое главное – есть магия, которая у нас встречается только в сказках.