– Зачем этим людям вообще понадобилось залезать в чужое исследование? – вспыхнула я.
– Сразу видно, что ты нездешняя, – усмехнулся парень. – Магия – величайшая ценность в нашей стране, да и во всём мире. Лирр Теннантхилл работает над тем, чтобы вернуть свою родовую магию, ведь так?
– А тебе это откуда известно? – прищурилась я.
– Да ну, не так сложно догадаться. Семья-то проклята. О том, что проклятие ослабляет магические способности Теннантхиллов, уже давно поговаривают.
– И что дальше?
– А то, что в своих исследованиях он может найти что-то полезное для человека с такой же проблемой! Смекаешь? Вот только добровольно делиться не станет, потому шпионка и понадобилась.
– Вот оно как… – протянула я задумчиво. Покусала губу и с подозрением уставилась на молодого человека. – Постой-ка, друг любезный! Ты говорил, что тоже давал клятву, но со мной разговариваешь свободно. Отчего так?
– Я попросил, чтобы клятва на Глорию не распространялась, – буркнул он. – А ты в её теле. Верни его ей!
– Я бы с удовольствием! Особенно с учётом того, что ты рассказал. Но как это сделать, и где она вообще?
– Слушай, вот что… Ты попробуй её позвать. Может, поможет?
– Как позвать?
– Очень просто, по имени. Лучше перед зеркалом. Смотри в него и зови.
– Угу, – согласилась я. – Попробую. Главное, чтобы меня никто за этим не застал, а то решат, что я свихнулась, раз говорю с собственным отражением.
– Это не твоё отражение!
– Но прислуга в особняке этого не знает!
Парнишка снова надулся. А я задумалась над тем, могу ли я ему доверять. Вроде выглядит он симпатичным, бесхитростным и простым, как пять копеек, но жизнь успела научить меня тому, что внешность бывает ещё как обманчива.
– Как тебя хоть зовут? – поинтересовалась я. – А то разговариваем-разговариваем, а я имени не знаю. Непорядок.
– Тьерн. Тьерн Табри. Я сосед Лори, мы с ней выросли вместе.
– А представился кузеном! – уличила я обманщика.
– Не мог же я сказать правду!
– И как же ты связался с плохими людьми, Тьерн Табри? – осведомилась я.
– Занял у них денег, – вздохнул он. – Мои родители не хотели, чтобы я женился на Лори, она ведь бесприданница и сирота к тому же. Пригрозили, что лишат наследства. Тогда мы с ней решили сбежать. А жить на что?
– И ты не надумал ничего лучше, чем пойти к отъявленным негодяям! – закатила глаза я. – Могу угадать, что было дальше. Они насчитали тебе огромные проценты и припёрли к стенке. А к родителям ты обратиться не мог? Или те отказались за тебя платить?
– Согласились, но только в том случае, если я откажусь от Лори и женюсь на другой. Даже начали готовиться к свадьбе. Я не мог этого допустить!
– И тогда твоя девушка пошла тебя выручать, угу, – пробормотала я. – Теперь ясно. Я к вашей истории вообще никаким боком, просто злодеям понадобилась душа для прохождения проверки, которую настоящая шпионка бы завалила.
– Только не смей ничего делать с телом моей Лори!
– Да что я могу с ним сделать? – фыркнула я. – Татуировки, пирсинг? Или синяков наставить?
– Не позволяй мужчинам себя касаться! Лори – приличная девушка! Она сказала, что поцелует меня только в день свадьбы!
– О, ребята, как у вас всё запущено, – пробормотала я себе под нос. – А с чего ты взял, что я должна что-то позволить мужчинам? Я что, произвожу такое впечатление?
– Я слышал, что в других мирах свободные нравы!
– Ну надо же. Слышал он. Как это вообще возможно – перетянуть душу из другого мира? Что, поближе кого-нибудь не нашлось? Вселили бы в тело Глории какую-нибудь крестьянку из соседней деревни, и дело с концом! – всплеснула руками я.
– Всё дело в этом доме, – сообщил Тьерн. – Он – точка соприкосновения двух миров. Такое редко, но бывает.
– Вот оно как… – пробормотала я. Значит, неспроста этот особняк – точная копия Дарквуд-Хауса. Не зря мне это сразу показалось странным. – Но почему именно моя душа? И почему Глория не вернулась в своё тело после того, как я прошла проверку?
– Значит, тебя здесь что-то держит, – заметил юнец. – Просто так душа бы не задержалась. Ей положено стремиться в своё тело даже через миры. Быть в чужом теле неправильно, противоестественно – оттого и магия эта запрещённая. И если не найдётся способ вернуть Лори, вы погибнете обе.
– Ну уж нет! – решительно мотнула головой я. – Я пока умирать не собираюсь. Послушай, навести меня как-нибудь ещё, а я пока попробую наладить с твоей любимой лиррой связь через зеркало. Может, в самом деле поможет. К тому же больше никаких идей всё равно нет.
– Ладно, – согласился он.
– Погоди, а сколько времени моя душа может оставаться в теле Глории без последствий?
– Этого я точно не знаю, но недолго, – отозвался со вздохом Тьерн и, бросив на меня тоскливый взгляд, понуро зашагал к двери.
Глава 30
Обратно в кабинет Сеймура Теннантхилла я возвращалась в растрёпанных чувствах. Казалось бы, встреча с Тьерном Табри должна была меня порадовать, поскольку теперь у меня в чужом мире появился союзник, настолько же сильно, как и я сама, желающий возращения Глории Лэйн в её тело. Однако то, что он сказал, пугало и заставляло чувствовать себя как на иголках.
Если моя душа в самом деле может пробыть здесь лишь ограниченное время, то надо бы поторопиться с возвращением обратно. Но как это сделать? Рассказать о своей проблеме нанимателю я не могу. Неужели, если у меня не получится ничего предпринять, то придётся идти на поклон к тем негодяям, которым задолжал недотёпа Тьерн? Но где гарантия, что они, уверенные, что Глория уже вернулась, отправят меня обратно, а не прикопают вместе с этим телом где-нибудь в лесочке после того, как вытащат из меня все тайны об исследовании лирра Теннантхилла?
Нет, этим людям нельзя доверять. Но где же, в конце концов, витает душа блондинки? И почему моя собственная душа ещё не дома? Я ведь прошла проверку! Что ещё надо?
«Тебя здесь что-то держит», – вспомнились слова моего недавнего собеседника. Поводов сомневаться в них у меня не было. Всё-таки Тьерн Табри местный, ему о магии вообще и о перемещении душ в частности всяко должно быть известно больше, чем мне.
Но что меня может держать в совершенно чужом, незнакомом мире?
На память пришёл разговор с Сеймуром. Его рассказ о проведённом в двенадцатилетнем возрасте ритуале призыва той, с кем он мог бы быть счастлив в будущем, вступить в брак, иметь магически одарённых детей. Судя по всему, именно этот ритуал я видела во сне. Теннантхилл проводил его в мансарде. В той самой мансарде, которая отчего-то показалась мне знакомой!
От всех этих мыслей у меня перехватило дыхание. Неужели?.. Ох, пёрышки-воробушки. Не слишком ли самонадеянно с моей стороны предполагать, что именно я – та самая далёкая вторая половинка Сеймура? Однако то, что я родилась в другом мире, ещё ни о чём не говорит. Мало ли у них тут попаданок, с учётом запрещённой магии и точек соприкосновения разных миров, одной из которых и являлся Жуткий особняк, куда меня понесло за миллионом. Может, это только моя богатая фантазия, не больше.
Но почему же тогда меня так тянет к этому мужчине? Он ведь никак не показывал свой интерес ко мне. Ничем не намекал, что я могу стать для него кем-то большим, нежели просто помощницей. Да и не стал бы начальник это делать… Сеймур не без оснований уверен, что девушка, созданная для него, родилась либо в другом времени, либо в другом мире, а лирра Глория – здешняя.
В другом мире…
От всего услышанного и происходящего голова шла кругом. Я остановилась в коридоре, чтобы немного прийти в себя и привести мысли в порядок, но тут показалась лирра Тамилла. Сегодня мы с ней ещё не виделись.
– У вас измученный вид, – заметила она после обмена приветствиями. – Что-то случилось? Вам принесли дурные вести? Я слышала от слуг, что вас навестил ваш кузен. Он рассказал о чём-то плохом?
– Нет-нет… – покачала я головой. – Всё в порядке, не стоит беспокоиться. Кузен просто по мне соскучился, мы с ним давно не виделись.
Так давно, что можно сказать никогда.
– Значит, это Сеймур вас завалил работой? – нахмурилась собеседница. – Девушка не должна так себя утруждать. К тому же вы не кажетесь мне обладательницей крепкого здоровья – всегда такая бледная, хрупкая. Вот Аделаида… Та росла совсем другой – сильной, тренированной, прекрасной наездницей, – с ностальгической улыбкой произнесла лирра Тамилла.
– Вы очень по ней скучаете?
– Да, безмерно. Она ведь была младшей, её все баловали. И не сразу заметили, что она выросла, и что у неё появились естественные для молодой особы мечты и желания.
– Но как она вообще могла пересечься с заклятым врагом родного брата? – задала я интересующий меня вопрос. Тут ведь у девиц куда меньше свободы. Не думаю, что Аделаида Теннантхилл, будучи младшей дочерью в аристократической семье, выезжала куда-то без сопровождения.
– Сеймур и Родерик далеко не всегда были врагами, – вздохнула собеседница. – Они дружили с детства, росли вместе. Отец Родерика – лирр Броуз – стал опекуном Сеймура и Аделаиды после смерти их родного отца. Но впоследствии выяснилось, что этот человек обкрадывал их, растрачивая наследство Теннантхиллов и проигрывая его в азартные игры.
– А Родерик об этом знал?
– Он утверждал, что нет, но, выяснив однажды правду, Сеймур обвинил его. Сказал, что тот якобы покрывал отца и помогал их грабить. Так лучшие друзья стали врагами. Но для Аделаиды было уже поздно. Она влюбилась в Родерика, и молодые люди сбежали, решив пожениться тайком.
– Сколько им тогда было лет?
– Моему кузену исполнилось двадцать один, и он вошёл в права наследования. Родерику было столько же. Аделаиде минуло восемнадцать.
– Грустная история, – заметила я. – А что сталось с лирром Броузом, отцом Родерика? Неужели он не понёс ответственности за содеянное?
– Его убили примерно в то же время из-за того, что он не смог вернуть долг. Такое бывает. Супруга его скончалась давно, остался только единственный сын.