Вова сел на место и погрузился в раздумья, стараясь придумать, как нейтрализовать Борзо, а потом наказать козла, как принято у косков. Расписарить за бугра. Мысли путались - мешали завывания милицейской сирены. А вскоре всем, кто пребывал в сознании на борту спасающегося бегством катера, стало не до междоусобных разборок.
Снизу один за другим стали появляться патрульные катера. Они выныривали, словно поплавки над поверхностью воды, из густой облачности и садились на хвост нарушителям закона. Несколько милицейских машин попытались перехватить беглецов, зайдя справа и слева, но Борзо закладывал крутые виражи, и катера синей и канареечной расцветки оказывались в хвосте - ни маневренностью, ни скоростью ни один из них не мог потягаться с машиной Крылатого.
Нос безостановочно вертел головой, стараясь увидеть всю картину полностью. Уши хлопали его по щекам, но таргариец не обращал на это обстоятельство никакого внимания. Куда больше его занимали многоствольные лучеметы, установленные на двух патрульных катерах. Тут, конечно, цивилизованная Земля, а не какое-нибудь Мамбасу, и просто так стрелять по ним никто не станет.
Но угрозы из радиоприемника доносились недвусмысленные - их собирались сбить, если они вторгнутся в воздушное пространство Санкт-Петербурга.
– Давайте сядем, - взмолился Нос, - и на астероидах жить можно. Я еще молодой. Не хочу помирать.
– Лемонийцы не сдаваться! Никогда не сдаваться! - с гордостью ответил Крылатый. - Отставить паника, ушастый, или я выбрасывать тебя за борт, как ненужный балласт.
Таргариец всхлипнул и замолчал.
– Сейчас мы их обманем! - сообщил Борзо и резко повернул штурвал, разворачивая катер. Теперь они летели не прямиком к Петербургу, а наискось, к заливу. Еще один рывок штурвала - и катер, клюнув носом, пошел отвесно вниз.
Диана сжалась в ужасе. Она готова была стерпеть все, что угодно, но высоты боялась с детства. Стремительно приближающаяся береговая линия с крохотными постройками и лентой дороги испугала ее до такой степени, что она даже кричать не могла - только открывала рот, задыхаясь от ужаса. Ей представилось, что эта картинка - последнее, что она видит в жизни, захотелось плакать от жалости к себе. Но в последний момент катер вильнул в сторону и нырнул в воды Финского залива. Борзо повел универсальную машину под водой, над самым дном, осторожно огибая каменные сваи и куски металлоконструкций, которых здесь оказалось в избытке.
Вскоре они вырвались на сравнительно чистое место, обогнули пару островов, нырнули в глубокую впадину, под нависший над ней илистый уступ, и опустились на брюхо.
– А мы не утонем? - осторожно спросил Нос. Он пришел в себя первым - остальные только глаза таращили, гладя на проплывающих мимо безразличных рыб - кроме Борзо и лемонийца, которым такие приключения, похоже, были не в новинку.
– Мы уже есть утонуть, - презрительно бросил Крылатый.
– Но вода… Вода к нам не затечет?
– Силовой купол держать вода. Он держать все. Можем лежать хоть три час. Нас не найти.
Через пару минут вокруг катера зашарили вполне различимые лучи прожекторов - патрульные катера пытались рассмотреть что-то на дне, но сделать это в мутных водах залива было непросто - они не имели специальных приспособлений для подводного поиска. В отдалении проплыла темная громада десантного бота и ушла дальше, скрылась в темной воде.
Борзо выждал еще некоторое время, а потом повел катер обратно к берегу, сбивая погоню со следа. Затем опять развернулся и, ориентируясь по глубинной карте Финского залива, загруженной в бортовой компьютер, двинулся прочь от города. Вынырнули уже у берегов Эстонии. Несколько задумчивых эстонских рыбаков на берегу имели возможность наблюдать громадный катер, который, подняв мощную волну, вырвался из воды и стрелой взмыл в облачное небо.
– Теперь мы лететь к полюс! - объявил Крылатый. - В Арктика милиционер редок. Из Арктика можно попасть в Канада, Гренландия, Тихий океан - там спокойно и нет российский милиция. Мы должны лететь - милиционеры прочесать залив до победный конец! Они думать, что мы на дно, а мы улететь! Это есть военный хитрость.
Через пару часов полета беглецы достигли Северного Ледовитого океана. Внизу потянулась бесконечная темно-синяя вода с дрейфующими на ней белыми точками айсбергов.
Мокрый очнулся только сейчас.
– А-а-а! - он рывком сел на полу, окинул салон безумным взором. - Где я?
– Добрый утро, - как ни в чем не бывало отозвался лемониец. - Ты есть проспать все самый интересный.
– Проспал? Как проспал?! - Мокрый ощупал грудь, скривился от боли и тут же все вспомнил. - А, ну да.
«Еще посчитаемся», - подумал он про себя. Голова с похмелья сильно болела и не желала соображать. Тело тоже слушалось плохо. Вова помог шефу подняться и перебраться в кресло.
– Менты отстали? - поинтересовался Мокрый.
– Борзо их наколол, - поведал Нос. - Лег на дно, а когда они проплыли мимо, вынырнул в другом месте.
– От российских ментов так просто не отстанешь. Это ж бульдоги в форме. Как вцепятся мертвой хваткой, так и не отстанут.
– Мы приземлиться в Арктика, немножко отдыхать, - поведал лемониец. - Ждать, пока власти чуть-чуть успокоиться. Затем возвращаться и грабить Кремль.
– В Арктике холодно, - хмуро проговорил Вова. - А на нас шмотки летние.
– Да, что нам там делать? - поинтересовался Мокрый и громко икнул. - Ни разу не был в этой самой Арктике. И не тянет как-то.
– Ты есть быстро трезветь на сильный мороз, - откликнулся лемониец. - Для старый пьяниц Арктика - самый подходящий мест. Лучше любой, как говорят у вас на Земля, вытрезвитель.
– Козел - он и есть козел, - проворчал Мокрый едва слышно. И сказал уже громче: - Что ты о вытрезвителях знаешь, Крылатый? Это, между прочим, одно из самых гуманных изобретений прогрессивного человечества. Кумекаешь, для чего их придумали? Чтобы бухие люди не померзли. Климат в России суровый. А ты, наоборот, нас поморозить хочешь. Так что не надо таких сравнений.
– Не надо волноваться! - оглядев людей, сидящих с кислыми лицами, проговорил лемониец. - Я есть заботиться о мой солдаты. Вы сидеть внутри катера. Тут тепло. Греться тут. Правда, у нас мало еда…
– Где же мы возьмем еду? - забеспокоился Вова.
– Это есть полевые условия. А в полевые условия, если продовольствие не подвезли, что делать солдат? Солдат добывать себе пища сам. Солдат ест корешок, ягодка, личинка…
– Личинки сам жри, - хмуро проронил Мокрый. - Да и нет в Арктике никаких личинок. Они в снегу не водятся.
– Борзо добыть для вас мясо. Борзо взять оружие и идти на охота. Вы любите, как это говорят, пингвин?
– Я люблю пингвинов. Они такие милые… - откликнулась Диана. - Но не на них же вы собираетесь охотиться?
– На них. Их жир есть питательный.
– Пингвинов убивать нельзя! - воскликнула Диана.
– Почему? - осведомился лемониец.
– Ну как же… Они пушистые… И живые…
– Пушистые не есть несъедобные. Мы снять с них шкура. После этого они не быть живые.
– Не, я тоже против пингвинов, - Вова покосился на Диану. - Сожрешь пингвина, потом по ночам его грустная морда будет сниться.
– А парни базлали в «Артеке», - вмешался Нос, - что пингвинятина обладает галлюциногенным эффектом. Глаза от нее краснеют, речь путаная, и спать невозможно потом. Правда, правда… Эти хлопцы срок на Тасмании тянули, на страусовой ферме с принудительным трудом - они как-то угнали воздушный катер и смылись на нем в Антарктиду. Две недели там от воспитателей ныкались. За это их в «Артек» и перевели. А еще в холодных морях рыбы полно съедобной.
– Ты есть знаток Арктика, - объявил лемониец, - поэтому пойдешь на охота вместе с Борзо. - Мы иметь есть два легких скафандр - на всякий случай. Сейчас как раз такой случай.
– Я не могу, - запротестовал таргариец, сожалея о своей болтливости, - скафандр для меня большой. Да и уши в шлем не влезут.
– Скафандр нормальный, это не есть страшно.
– А уши?
– Уши подогнем, - Борзо бросил на таргарийца многозначительный взгляд, и тот сразу сник. - Или ты хочешь, чтобы мы их просто отрезали?
– Нет, я согласен подогнуть…
Катер летел уже над полярной шапкой планеты. Вода поблескивала только в редких полыньях. Около одной из них можно было разглядеть движущуюся точку - белую, но не такую, как искрящиеся на солнце снега. Белый медведь пытался выловить из полыньи нерпу.
Впрочем, цивилизация добралась и сюда. На ровной площадке посреди торосов стоял ярко-красный прогулочный катер. Влюбленная парочка целовалась на его крыше, а еще два туриста шли куда-то на лыжах - то ли просто катались, то ли готовились к соревнованиям.
– Кстати, я еще вспомнил, в Арктике пингвины не водятся, - объявил Нос. - Они живут в Антарктиде, рядом с Южным полюсом. А здесь - белые медведи. Вот их в Антарктиде нет. Поэтому моим корешам и удалось прятаться там две недели. И их не сожрали. Они такого порассказали. Сейчас…
– Это не есть важно, - перебил Крылатый. - Мы охотиться на медведь. Не на пингвин.
– Может, отберем еду у бакланов на лыжах? - предложил Вова. - Они, небось, горячие завтраки взяли с собой.
– О, глупый каторжник! - Крылатый окончательно вышел из себя. - Мы только оторваться от полиция - и ты опять хочешь совершать преступление! Они звонить в милиция, патрульный катер быть здесь через десять минут - и мы нырять в полынья? А если полынья нет? Что мы делать? Долбить лед кирка? Или уходить в космос? Там нас находить очень быстро!
– Лыжников можно пустить в расход, - предложил Борзо.
Диана едва не вскрикнула - убить четырех человек из-за нескольких бутербродов! И ведь рангун явно не шутит. Она уже хотела возразить, но ее опередил лемониец.
– Вдруг кто-то успеть поднять тревога! Нет, мы охотиться на тюлень, медведь, пингвин - кто есть найтись в этот снежный тундра. Они не звонить милиция. Не уметь позвонить.
Борзо двинул штурвал от себя и посадил катер на ровную площадку.