м, что гложет, помогает лучше разобраться в себе и ситуации.
Суматоха у входа оторвала от размышлений, и вместе со всеми я устремила взгляд в сторону вновь прибывших, ожидая увидеть еще кого-то из преподавателей. Глаза мои потрясенно расширились – появления этого человека точно не ждала. Майкл Корн собственной персоной в сопровождении директора Академии и двух телохранителей. Как выглядит директор, я знала из информации, почерпнутой в сети, когда изучала нужные сведения. Тоже уже немолодой человек, как и президент корпорации «Корн». Полностью седой, хмурый, худой, как щепка, с пронзительным взглядом карих глаз.
На его фоне Майкл Корн смотрелся особенно выигрышно, лучась дружелюбием и одаряя собравшихся приветливой улыбкой. Если не знать точно, кто он такой, трудно было поверить, что это одна из самых могущественных персон во всей Федерации. Он все еще оставался весьма привлекательным мужчиной с лишь слегка посеребренными сединой висками, подтянутой спортивной фигурой и уверенностью, сквозящей в каждом жесте и движении. Энергичный, активный, невольно заражающий этим всех присутствующих. Трудно было не поддаться его обаянию. Уже то, что он не посчитал зазорным выкроить время для того, чтобы поприсутствовать сегодня здесь, располагало к нему. А еще давало понять, что Межзвездная Академия для него – любимое детище и он не намерен оставлять ее дела без внимания.
С появлением Майкла Корна воцарилась тишина. Другие студенты, как и я, смотрели на эту легендарную личность с вполне понятной почтительностью и даже настороженностью. Несомненно, каждый осознавал, что теперь наша судьба целиком и полностью зависит от воли этого человека. По сути, подписывая контракт, мы сознательно шли на то, чтобы стать собственностью корпорации. А значит, собственностью Майкла Корна. В его воле как поднять нас на недосягаемые высоты и позволить сделать головокружительную карьеру в Федерации, так и полностью уничтожить, запихнув куда-то на выселки и назначив на самую бесперспективную работу. Об этом вряд ли стоит забывать и покупаться на открытость и дружелюбие мистера Корна, держащего в своем стальном кулаке громадную межпланетную империю. Судя по тому, как нервничали преподаватели, они об этом тоже не забывали ни на секунду.
Майкл Корн подошел к кафедре и обвел взглядом студентов, поднимая руку в приветственном жесте. Стих даже небольшой шепоток, и тишина воцарилась просто гробовая. Звучный приятный голос мужчины, который явно привык выступать перед публикой, немного смягчил всеобщее напряжение, обволакивая и успокаивая.
– Рад приветствовать вас всех в Межзвездной Академии! И поздравляю вас всех с тем, что стали частью нашей дружной семьи! – он одарил студентов теплой улыбкой, и даже я на какое-то время купилась, и правда увидев в нем всего лишь добренького дядюшку. – Как вы знаете, я являюсь основателем этого учебного заведения и с интересом слежу за тем, что здесь происходит. Для меня важны успехи каждого из вас и, не сомневайтесь, что самые достойные в итоге будут вознаграждены за усердие. Вы можете рассчитывать на помощь как с моей стороны, так и со стороны всех, кто тоже является частью нашего общего дела. Всегда помните об этом. Я открыт для вас всех!
Ага, конечно! – мелькнула едкая мыслишка. Сильно сомневаюсь, что служба охраны Майкла Корна на самом деле пропускает к нему всех мелких сотрудников корпорации с их незначительными нуждами. На кого только рассчитан весь этот спектакль? Хотя, думаю, многие покупаются – вон с каким восторгом смотрят на Майкла Корна, невольно покупаясь на его обаяние и открытость.
– Не буду скрывать, что учиться здесь нелегко, – продолжал толкать свою речь основатель Академии. – Учеба потребует от вас больших усилий и целеустремленности. Но от результатов будет зависеть итоговое распределение, так что, поверьте, дело того стоит. И за время работы в корпорации по контракту вы сможете обзавестись полезными знакомствами и перспективами. Так что впоследствии перед вами будут открыты все дороги.
Вот в этом он, пожалуй, не лукавит. Бывших учеников Академии можно встретить на ключевых должностях по всей Федерации. И не удивлюсь, если даже закончив работать на корпорацию, связи с ней они не теряют. Это ж насколько раскинул свою паутину этот паук, маскирующийся под безобидного мотылька? Трудно даже представить. Сама не знаю, почему сразу прониклась к этому человеку настороженностью. Может, из-за того, что видела Нордана лар Са-Ирда выходящим из лифта его компании? И не стоит исключать подозрений, что они лично знакомы и сотрудничают. В любом случае доверять мистеру Корну казалось верхом глупости. Этот человек руководствуется в первую очередь своими интересами, пусть даже славится филантропией и добротой. Все это вполне может быть маской.
Майкл Корн немного рассказал о том, как была основана Академия, а потом сделал комплимент преподавательскому составу, сообщив, что здесь собраны лучшие специалисты в разных отраслях. После этого еще раз пожелал нам всем удачи и дал слово директору Академии – Винсенту Дорину. Сам же, провожаемый аплодисментами студентов и преподавателей, встал среди последних. То, что он выбрал место рядом с Рендалом и покровительственно приобнял его за плечи, что-то шепнув на ухо, почему-то напрягло. Не знаю, по какой причине, но Майкл Корн воспринимался ядовитой змеей, только и ждущей возможности укусить. Но судя по виду Рендала, у него подобных эмоций ГЛАВА корпорации не вызывал. Он приветливо улыбнулся и кивнул ему. Хотя, если вспомнить, что Майкл Корн был дружен с его родителями, вряд ли стоит удивляться их обмену любезностями. Да и вообще, может, я уж слишком подозрительной становлюсь.
С трудом заставила себя оторвать взгляд от Рендала и прислушаться к тому, о чем вещает директор Академии. Он тоже поприветствовал студентов, правда, гораздо суше, чем Майкл Корн, и почти сразу перешел к делу. Перечислил список направлений, которые готовит Академия, и представил студентам преподавательский состав. Помимо Рендала и его друга Хир-Но-Гара, особый интерес у меня вызвала преподавательница по ксенологии, о которой слышала еще на трансфере. Нужно ли говорить, что этот интерес в основном был вызван тем, что она добивалась расположения моего сероглазого красавчика?
Я хмуро разглядывала яркую женщину с характерным для метаморфов необычным цветом волос и глаз. У представителей ее расы можно было встретить самые различные ядовитые оттенки, являющиеся для них вполне природными. Марда Лари была счастливой обладательницей ярко-алых волос, подстриженных в асимметричное каре, и насыщенно-салатовых глаз. Все это на фоне черной строгой формы Академии смотрелось весьма эффектно. Если бы не жесткое, неприятное выражение маленького треугольного личика, я бы могла ее назвать очень даже привлекательной. Смотрела она на студентов с видом скучающего превосходства.
Хотя для ее расы это, пожалуй, было в порядке вещей. Метаморфы, как и огасы, считали себя лучше других из-за собственных возможностей. Пусть даже во время пребывания на планетах Федерации их заставляли носить на браслетах-идентификаторах специальные датчики, которые загорались красным, как только метаморф принимал другую личину. Это не позволяло им вводить в заблуждение представителей иных рас.
Вспомнила, как читала о том, что раньше метаморфы захватывали другие разумные миры с помощью своих способностей. Принимали облик высшего руководства или ключевых чиновников и совершали переворот изнутри. Да и их преступникам эта способность помогала добиваться значительных успехов. После того, как Федерация совместными усилиями входящих в нее рас сумела одержать победу над метаморфами, едва не уничтожив всех представителей этого народа, те значительно поумерили амбиции. Так что вот уже пятьсот лет из кожи вон лезли, чтобы доказать свою полезность Федерации и верность ее законам. Только судя по виду этой красноволосой стервочки, смиренность метаморфов лишь вынужденная. И кто знает, чем все обернется, когда они обретут прежнюю мощь.
В заключение торжественной части кураторы направлений, на которых новичкам предстояло учиться, поочередно выступали вперед, чтобы вручить студентам соответствующие значки. То, что куратором моего направления окажется Рендал Паркер, ввело меня в состояние, близкое к ступору. В горле пересохло, стоило представить, что сейчас на глазах у всех придется выйти на возвышение и принять от него знак своего статуса студента, заставляло безумно нервничать. Не хватало еще опозориться перед собравшимися, если не сдержусь и проявлю чувства к этому мужчине каким-нибудь образом.
Проклятье. Нужно срочно успокоиться, а то и правда не мудрено оконфузиться! Руки так дрожали, что пришлось судорожно переплести пальцы, чтобы хоть немного унять эту дрожь. И все же, когда огласили мое имя, я перевела дух и решительно выступила из толпы первокурсников. Правда, шла к ожидающему меня Рендалу, словно на эшафот, боясь даже глаза поднять. А щеки покрывались предательскими пунцовыми пятнами от того, что чувствовала на себе его пристальный взгляд.
Взойдя на помост, застыла, уставившись куда-то в район груди преподавателя. И опять ощутила, что меня начинает колотить дрожь. Его близость вызывала противоречивые эмоции. Безумно хотелось поднять глаза и посмотреть в лицо мужчины, но я понимала, что тогда окончательно утрачу самообладание.
– Ну же, смелее, – услышала его негромкий голос, в котором послышались неожиданно теплые нотки. – Неужели я такой страшный?
Только тут осознала, что мне протягивают значок, а я даже этого не замечаю. Попыталась взять протянутую вещицу, но руки так задрожали, что наверняка выронила бы ее. То, что Рендал мягко отведет мою руку и сам прикрепит значок к форме, заставило прерывисто выдохнуть и все-таки поднять глаза. И опять этот непонятный, проникающий в самую душу взгляд, который я не могла разгадать, вызвал внутри волну жара. В том месте, какого коснулись его руки, будто обожгло разрядами тока, вызывающими, однако, далеко не неприятные ощущения. Скорее, наоборот, по коже растеклась целая вереница щемящих мурашек. Осознание того, как же сильно я попала, далеко не радовало. До встречи с этим мужчиной даже не подозревала, что способна чувствовать такое.