– Мы это сделали, – одними губами прошелестел рядом не менее усталый Алекс.
Голос же в наушниках, донесшийся, словно сквозь слой ваты, буднично объявил:
– Поздравляю, второй этап пройден. Скорость прохождения – десять минут двадцать пять секунд.
– Десять минут? – равнодушно спросила я, даже нормально удивиться не сумев. – А я думала, что часа два.
Лисенок что-то буркнул в знак подтверждения, пока распорядитель гонок объявлял последние результаты. Как оказалось, до третьего этапа дошли только пятьдесят три участника. Многие с повреждениями. У нас, к счастью, повреждение оказалось не слишком серьезным, и из гонок не выперли. По времени мы, как ни странно, не были последними. Двадцать пятыми. Хотя распорядитель все же отметил нас отдельно, сказав, что мы настоящие самоубийцы, и он никогда подобного не видел. То, что мы сделали, иначе чем феноменальным везением, он назвать не мог.
– Везение тут ни при чем, – усмехнулся Алекс, блаженно потянувшись. – Просто мы лучшие!
Я только хмыкнула. Пусть даже с учетом результатов первого этапа мы выбились на тринадцатое место в общей таблице, но до «лучших» далеко. А впереди уже ожидал третий этап, и я обреченно думала о том, что спасти может только чудо. На этой трассе нас станут обстреливать из учебных плазмолетов. Нужно вовремя уклоняться, еще и избегать столкновения с встречающимися на пути преградами. К счастью, у соперников не будет времени еще и вставлять палки в колесах. Им бы тут хоть самим проскочить! Теперь вся надежда была на Лисенка, поднаторевшего в маневрировании благодаря постоянным тренировкам на симуляторах. Он считался лучшим в группе в этом деле. Только сомневаюсь, что оставшиеся участники ему уступают. Заметила, что и Люк со своим напарником тоже дошли до третьего этапа. Его байк под номером «сорок три» стоял в турнирной таблице на третьей позиции.
Хмурясь, я пыталась понять, как мы можем использовать наши преимущества, чтобы опередить противников. Некоторое время тупо пялилась на экран, где те, кто опередил нас, уже маневрировали под перекрестным огнем. В мозгу будто что-то щелкнуло. Интервалы. Скорость обстрела. Этим явно управляют роботы, а не живые пилоты, поскольку можно выявить закономерность. Пять секунд, потом три, потом восемь. Именно с таким интервалом действовали корабли разного типа, выставленные вдоль трассы. Если учесть все параметры… Мои пальцы лихорадочно замелькали на экране, выстраивая маршрут.
– Алекс, я буду говорить, на какую скорость нужно переходить. Реагировать придется мгновенно. Маршрут уже выстроила. Теперь главное – учесть скорость. Если ошибешься хоть на мгновение, ничего не получится. Ты понял?
Он широко улыбнулся.
– Не переживай! Я не подведу!
Дальнейшее я помнила смутно. Все слилось в какой-то калейдоскоп вспышек и сверкающих нитей. Мои губы механически выкрикивали цифры, и Лисенок тут же выполнял команду. Так слаженно, словно мы с ним были единым существом, с одним разумом на двоих. А у меня даже времени не было восхититься тем, как этот парень быстро реагирует. Не задавая вопросов, доверяя мне абсолютно. Хотя допусти я малейшую ошибку, или допусти ее он, – все могло закончиться плачевно. Уж слишком рискованным было то, что мы делали. На такой скорости лететь, практически сломя голову, не давая себе почти никакой возможности на размышления – это казалось просто нереальным. Я поклялась себе, что это первый и последний раз, когда участвую в чем-то подобном. Наверняка за время этих гонок поседела.
Даже не сразу поверила глазам, когда экран вспыхнул желтым, возвещая о завершении трассы.
– Поздравляю, третий этап завершен! Скорость прохождения – пять минут тринадцать секунд.
Пока я, настолько вымотанная сверхнапряжением сил, что не могла даже шевельнуться, бессильно обмякла в кресле, Лисенок направил байк по безопасному окольному пути обратно к орбитальной станции. Гонки для нас завершились. Я даже не сразу поняла, что происходит на экране, где транслировали турнирную таблицу и возбужденно кричащих зрителей. Только когда Алекс едва слышно, с какими-то потрясенными нотками, прошептал:
– У нас получилось… – вернулась к реальности.
Вверху турнирной таблице ярко мигал номер нашего байка. Сто семьдесят пять. А распорядитель восторженно что-то говорил о том, что мы творили настоящее безумие и он никогда прежде такого не видел.
– Без тебя бы ничего не получилось! – я почувствовала, как мою руку накрывает ладонь Лисенка. Он смотрел с такой благодарностью и восторгом, что я невольно улыбнулась в ответ.
– Мы оба выложились на полную. Не уверена, что с кем-то другим у меня бы получилось нечто подобное, – откликнулась я.
Когда нас обоих телепортировало с байка в обзорный зал, мне немедленно захотелось обратно. Ор восторженных зрителей просто оглушил. Нас поздравляли, хлопали по плечам, что-то выкрикивали на ухо. В итоге вытолкнули на помост к распорядителю, и тот поочередно пожал нам руки, тоже что-то крича. С трудом расслышала, как Алексу задают вопросы и просят рассказать немного о себе. И он смущенно говорит, что учится на первом курсе Межзвездной Академии, а я – его девушка, и у меня вообще нет никакой квалификации.
– Поразительно! – вещал распорядитель, явно играя на публику. – Кто бы мог подумать, что такое вообще может быть! Первокурсник и талантливейший пилот-самоучка превзошли лучших космобайкеров Федерации!
В этом он, конечно, наверняка загнул. Уверена, что если бы в гонках и правда участвовали лучшие, от нас бы мокрого места не оставили. Хотя, может, Алекс прав, и я себя просто недооцениваю. Но все же склонялась к мысли, что нам просто феноменально повезло.
Предоставив Лисенку отдуваться за двоих в произнесении речей и общении с журналистами, стояла рядом и желала одного – поскорее убраться отсюда. Мне все еще до конца не верилось в реальность происходящего. Только когда кто-то из журналистов попросил Лисенка поцеловать свою девушку для снимка и Алекс полез и правда это делать, опомнилась. Возмущенно ткнула его в бок, заставляя выпустить мои губы из захвата. И уже отстранившись от смутившегося парня, ощутила, как сердце едва не выпрыгивает из груди. Неподалеку от нас стоял не кто иной, как Рендал Паркер, и смотрел на меня таким взглядом, что, наверное, я бы сейчас предпочла снова оказаться среди астероидов во время прохождения второго этапа.
Разум, отбивая панические атаки, все же подсказал, что узнать меня в таком виде он вряд ли сможет. Дафи ведь изменила мою внешность до неузнаваемости. Но когда Рендал подошел ближе, бесцеремонно схватил за руку, а потом потащил прочь из окружающей толпы, в полной мере дошло самое страшное. Каким-то непостижимым образом Рендал узнал о моем участии в гонках и разгадал маскировку!
– Как ты узнал? – совершенно растерявшись, выпалила, когда мы оказались там, где было меньше народу.
– Это все, что ты можешь мне сказать? – процедил Рендал, буравя насквозь глазами, сейчас по цвету напоминающими грозовое небо. – Что ж, объясню. Я попросил Службу безопасности установить на твой идентификатор маячок. Он срабатывает, когда ты покидаешь пределы «Хроноса».
– Ты следил за мной? – я пыталась собрать разбегающиеся мысли в кучу. Понимала, что говорю сейчас не то, задаю не те вопросы. Но разум словно парализовало, и я не могла нормально мыслить.
– Можешь не переживать, – чуть презрительно проговорил куратор. – Делал я это исключительно ради твоей безопасности. Опасался, что Нордан лар Са-Ирд может каким-то образом добраться до тебя и вывезти со станции. Никакой другой цели не преследовал… – Помолчав, заговорил сухим и бесстрастным тоном, от которого внутри все сжалось: – Собственно, я хотел лишь спросить: для чего понадобился весь этот цирк с сегодняшним разговором в аудитории. Больше ничего не станешь скрывать от меня, да? Так ты, кажется, сказала. Просила о доверии? Хотя нет… Не нужно очередной лжи. Просто забудь.
И не говоря больше ни слова, он двинулся прочь. Так стремительно, что я успела лишь жалобно выкрикнуть вслед его имя. Накатило такое отчаяние, что ноги едва не подкосились.
– Рендал, пожалуйста, подожди!
Я все-таки сорвалась следом, расталкивая оказывающихся на пути прохожих, пытаясь догнать удаляющегося мужчину.
– Позволь все объяснить! Это не то, о чем ты подумал…
Он даже не обернулся. Ни разу. И в какой-то момент я остановилась. По щекам градом катились слезы, размывая агрессивный макияж, но не принося никакого облегчения. Могла ли я обвинять Рендала за то, что он ушел? Он ведь прав. Я сама с жаром убеждала его, что больше ничего не стану скрывать. Просила начать все с начала. И тут же лгала в глаза. А потом еще и целовалась на глазах у кучи народа с другим. Что должен был подумать мой любимый? Пусть даже я могу все объяснить, но захочет ли он слушать? Сможет ли опять поверить?
Из груди вырвались уже самые настоящие рыдания, и я обхватила плечи руками, чувствуя себя безмерно одинокой и покинутой посреди этой галдящей толпы, радостно обсуждающей недавние гонки. На меня смотрели с недоумением, но никто даже не пытался заговорить, узнать, что случилось. Да и вряд ли я была бы рада сейчас участию со стороны посторонних людей. Хотелось просто исчезнуть. Раз и навсегда. Чтобы ничего не видеть, не чувствовать.
Чьи-то руки обхватили за плечи, а потом перед глазами возникло встревоженное лицо Дафи. За ней топтался выглядящий виноватым и растерянным Лисенок.
– Тани, прости, это я во всем виноват! – произнес он жалобно. – Если бы не я, ты бы не стала участвовать в гонках.
– Все нормально, – с трудом заставила себя произнести и даже улыбнуться. Хотя, думаю, выглядело это страшно с учетом того зрелища, какое представляло собой мое лицо с потеками туши и размазанными синими тенями.
– Он что даже выслушать тебя не пожелал? – начала возмущаться Дафи, своим платком вытирая мои щеки и пылая праведным гневом. – Мог бы хотя бы дать тебе возможность все объяснить!