Наш байк зарегистрировали под номером «сто семьдесят пять», и я пораженно выдохнула, осознавая, сколько желающих участвовать в этих гонках, несмотря на всю их опасность. Лисенок произнес наши имена, и к счастью, проверять документы не стали. Гонки, несмотря на всю их масштабность, были полулегальными, поэтому тут допускались некоторые вольности. Нам вручили электронные карты участников и велели отправляться на исходную позицию и ожидать начала состязаний. Я вздохнула с облегчением, когда мы снова оказались на нашем маленьком кораблике.
С него на нашем голографическом экране теперь отражалась схема прохождения гоночного маршрута. И чем больше я ее изучала, тем сильнее понимала – выиграть мы сможем лишь чудом. Для начала предстояло пройти лабиринт из светящихся плазмо-лучей. В лабиринте было несколько десятков входов, представлявших собой стартовую позицию для участников. Причем всякий раз, как очередная партия участников начинала прохождение, его переходы менялись. Так что повторить маневр предыдущих, кто уже прошел первый этап, не представлялось возможности.
С того момента, как космобайк входил в лабиринт, начинался отсчет времени конкретно для него. Так что даже стартовавшие последними участники имели возможность обогнать первых по времени. Это давало возможность избежать неразберихи при прохождении. Главная цель – не обогнать кого-то, а первым найти выход из лабиринта. Протаранить плазменные стенки не было никакой возможности – при соприкосновении с ними можно было повредить, а то и уничтожить корабль. Только самоубийца решился бы на такое. Так что придется плутать по лабиринту до посинения, пока не найдешь выход. Конечно, повернуть назад можно в любой момент, но тогда участник снимается с трассы. А в наши планы это не входило.
И ведь это только первый этап! Проклятье! Неужели Алекс всерьез считает, что мы можем победить?
Из голографического экрана, на котором транслировался еще и обзорный зал, раздался возбужденный рев толпы. Организатор гонок объявил начало первого этапа. Тотчас же изображение обзорного зала с экрана исчезло, и осталась только расплывчатая схема лабиринта. Пока все его переплетения видны не были. Они станут видимыми только после вхождения туда. Лисенок отмер первым и стартанул вслед за уже несущимися к видневшемуся вдали сверкающему огромному сооружению соперниками.
– Может, сразу сдадимся? – обреченно спросила я, когда мы, ожидая своей очереди, наблюдали за прохождением тех, кто оказался более быстрым и опередил нас.
Уже два десятка байков оказались повреждены, влетев в тупики или неудачно сманеврировав из-за крутых поворотов. А это почти верная дисквалификация. Если, конечно, байк уже не мог полноценно участвовать в дальнейшем прохождении пути. Лишь нескольким пока удалось миновать лабиринт, но их было значительно меньше тех, кто пока застрял на полпути.
– Соберись! – Лисенок ободряюще сжал мою руку. – Мы сможем! Представь, что это обычный маршрут, который нужно пройти. Главное, верно проложить путь.
Я кивнула, не чувствуя никакой уверенности в том, что у нас получится. Но чем больше наблюдала за тем, как трассу проходят другие, тем сильнее задумывалась. А ведь Алекс прав. Это просто маршрут. Главное, учесть все параметры и скорость, с которой перестраиваются коридоры. Нужно очень быстро проложить маршрут к выходу и попытаться успеть пройти путь до того, как коридоры изменят положение. В кои-то веки мне пригодится способность практически мгновенно прокладывать маршрут. Конечно, в обычное время я предпочитала несколько раз все перепроверить. Но теперь придется идти на риск и довериться инстинктам. Иного выхода нет. Кроме, конечно, как заранее признать поражение.
– Как только войдем в лабиринт, я начну прокладывать маршрут. А ты несись со всей скоростью по тем точкам, какие буду указывать. Если задержимся хотя бы на пару секунд, точно врежемся куда-то.
– Понял! – Лисенок широко улыбнулся, его живые карие глазюки засветились предвкушением.
Перед тем, как направить байк в открывшийся перед нами проход, я глубоко вдохнула и выдохнула, собираясь с духом. Потом отбросила все лишние мысли, сосредоточившись только на экране перед глазами, обретшем четкие очертания. Теперь все переплетения коридоров были видны. Корабли соперников обозначались сверкающими зелеными точками, поврежденные – красными. Наш был синим, чтобы показать отличие от других.
Мои пальцы запорхали над экраном со всей скоростью, на какую были способны. Маршрут высветился в голове мгновенно, словно мозг автоматически настроился на нужный режим. Лисенок не подвел – стартанул сразу, едва на экране прочертилась первая линия. Единственная надежда – что он и дальше не подведет, поскольку тратить время на то, чтобы следить за правильностью его действий, я просто не могла. Коридоры менялись с интервалом в двадцать секунд. До этого времени нам нужно было дойти до первой контрольной точки, остававшейся неизменной. Потом таким же образом до еще четырех других. Пятая точка – выход.
Я чувствовала, как от чудовищного напряжения пот градом катится по лицу, а вены на висках вздуваются от напряжения. Наверное, мой разум еще никогда не работал в таком чудовищном режиме – на грани возможностей. Слышала рядом прерывистое дыхание Лисенка и чувствовала, что он тоже напряжен до предела.
Наверное, смогла нормально дышать только после того, как на экране запульсировала желтым последняя контрольная точка и мы вынырнули наружу.
– Поздравляю, первый этап пройден! – послышался в наушниках механический голос. – Время прохождения – две минуты сорок секунд.
– Невозможно! – выдохнул Лисенок, как и я, обессилено откинувшийся на спинку кресла. – Как мы это сделали?
Я молчала, не в силах даже как-то отреагировать. Потом буквально подпрыгнула на месте, когда в наушниках раздался шум толпы из обзорного зала, ставший нам опять слышимым. А на экране появилось изображение, где объявляли промежуточные результаты. Даже не сразу поняла, что говорят о нас.
– Побит новый рекорд прохождения лабиринта! – кричал распорядитель, сверкая белозубой улыбкой. – Участники под номером «сто семьдесят пять» сумели пройти этап за две минуты сорок секунд, оторвавшись от прежних фаворитов на целых пять минут.
– Рано радоваться, – проворчала я, глядя, как Лисенок едва не прыгает на месте и вопит с не меньшим восторгом, чем толпа в наушниках. – Впереди еще два этапа.
Дав себе еще десять секунд на передышку, мы помчались вперед. Предстояла трасса с препятствиями в виде астероидов и космического мусора. Сама по себе она не настолько пугала – главное, быть внимательным и уметь ловко маневрировать. Но вот то, что на этом этапе другие участники могли вставлять палки в колеса, далеко не радовало. Я расширившимися от ужаса глазами наблюдала за тем, как впереди один из байков оттесняет другой прямо к астероиду. Столкновение – выведенный из строя кораблик на голографическом экране вспыхивает красным, и его дисквалифицируют.
– Проклятье! – невольно вырвалось у меня.
Я видела, как другие участники ловкими маневрами устраняют с пути соперников, и понимала, что нам придется несладко. Вот тут как раз первоочередным становился опыт, которого у нас было явно недостаточно. Глядя на то, какие пируэты выделывают байки, уклоняясь от преград и кораблей противников, я нервно сглотнула. Лисенок кусал губы, наблюдая за этим, и тоже понимал, что вряд ли мы сможем здесь выстоять.
– Ну что, все-таки попробуем? – охрипшим голосом проговорил Алекс.
– Постой! – я схватила его за руку, уже тянущуюся к панели управления.
Идея, которая пришла в голову, казалась не меньшим самоубийством, чем опрометью нестись вслед за остальными. А может, и большим. Но на нашей стороне были мое феноменальное умение рассчитывать маршруты и скорость реакции Алекса.
– Ты что-то придумала? – Лисенок пытливо посмотрел на меня.
– Видишь тот участок трассы? – я показала на крайний справа, буквально-таки кишащий движущимися преградами.
Ни одного байка там не было – идиотов, которые решились бы проходить тем путем, не нашлось. Уж слишком сложно. Все в основном теснились по центру, где преград было меньше. И это давало нам шанс. Если сможем пройти тем путем, то избежим столкновения с другими участниками. Только вот проблема в том, что пройти там неимоверно трудно. Потребуется предельная концентрация и внимательность, чтобы учесть каждое препятствие. Передвигаться придется гораздо медленнее, и мы потеряем время. Но по крайней мере, избежим дисквалификации.
– Давай, – Лисенок решительно поджал губы. – Я в тебя верю!
Вот мне бы его уверенность! Я постаралась не показывать своих сомнений и решительно направила корабль вправо, уже просчитывая маршрут и отмечая на экране светящиеся линии. Стоило войти в буквально кишащий астероидами участок трассы, как я в полной мере осознала, насколько же мы встряли. Малейшая ошибка в расчетах, и просто повреждениями не отделаемся. Нас просто расплющит. И назад уже не повернешь – пространства для подобного маневра явно недостаточно.
Когда мы случайно задели одно из препятствий, из груди вырвался судорожный вздох.
– Прости! – выдохнул Лисенок, чья рука дрогнула на панели управления.
– Все нормально, но будь внимательнее, – с трудом сдерживая нотки паники в голосе, пробурчала я.
Мои руки дрожали, когда я прокладывала маршрут дальше. Время, казалось, растянулось до предела. Мы словно вечность уже блуждали среди нескончаемых препятствий. Наверняка безнадежно потеряли все свое преимущество, полученное на первом этапе. Но сейчас это не казалось столь уж важным – главное, вообще отсюда живыми выбраться. Остальное как-нибудь переживем. Когда впереди показался просвет, я даже не сразу поверила глазам. Только когда на экране зажглась желтая точка – конец второго этапа, повалилась на спинку кресла. Меня всю трясло, и эту дрожь никак не удавалось унять.