Дафи впервые попыталась посмотреть на мир глазами другого существа. И ощутила сочувствие к подруге. Как ни крути, но ей вряд ли удастся понять, что чувствует Арлас из-за своего различия с обычными женщинами. Да еще угораздило ее выбрать не кого-нибудь, а ганнера! А ведь представители этой расы славятся консервативными взглядами и непримиримостью к тому, что не укладывается в их понимание правильности. И вполне возможно, что опасения Арлас небеспочвенны. Вряд ли родители Дана нормально отнесутся к такой невестке. Да они, скорее, воспримут это, как несмываемый позор, и откажутся от сына. Благо, семьи у ганнеров обычно большие и достаточно других отпрысков. И пусть даже для Дана и правда важнее Арлас, чем мнение родственников, но в глубине души навсегда останется сожаление о том, чем пришлось пожертвовать ради личного счастья.
– Арлас… – начала было Дафи, но осеклась.
Раньше она вряд ли бы решилась предложить подруге такое, ибо считала, что та не нуждается в подобном и хороша такая, какая есть. Даже сейчас сомневалась, стоит ли. Но уже следующие слова андрана убедили в том, что сказать стоит:
– Я всерьез думаю над тем, чтобы сделать операцию. Чтобы стать полноценной женщиной.
– Ты даже на такое готова ради него? – покачала головой Дафи. – Мне казалось, ты вполне довольна тем, кто ты есть.
– Так и есть. Но… – андран недоговорила и понурила голову.
Вот тогда Дафи и решилась окончательно:
– Послушай, я не говорила тебе о том проекте, над которым мы работаем с Томасом. Все держим пока в тайне, хотя уже готов первый опытный образец. Мы даже провели исследование на мышах. Вполне успешно. Программа-симулятор показала, что и на гуманоидных существах все должно работать. Конечно, на практике с живыми людьми все может оказаться не так безоблачно, потому есть риск. Мы будем еще работать над этим. Я просто хотела сказать тебе, что есть возможность…
– Не понимаю, о чем ты, – нахмурилась Арлас, явно не понимая, к чему сейчас разговор об исследованиях Дафи.
Вздохнув, мигарка пояснила конкретнее:
– Мы вывели одно вещество, которое может изменять структуру ДНК. Конкретнее, меняет половую принадлежность. Не навсегда. На определенный срок. Томас считает, что перспективы неплохие. Многие захотят попробовать, каково это – стать мужчиной или женщиной. В индустрии развлечений наше открытие может пойти на ура. Ну, и также поможет тем, кого действительно не устраивает собственный пол, без радикальных мер в виде операций. На андранов же наше средство подействует и вовсе потрясающе. Мы проводили эксперименты на симуляторе. Ты сможешь в любой момент по желанию убирать мешающие тебе половые признаки. Чем-то это напоминает способность метаморфов менять структуру тела. Вообще, именно метаморфы и навели меня на подобную мысль. Я изучала их ДНК и использовала эти знания для своих разработок. В общем, углубляться в это все не буду, да оно тебе и вряд ли будет интересно. Но думаю, суть ты уловила.
– Погоди, – Арлас пыталась переварить услышанное, но похоже, до конца не верила в реальность того, что услышала. – Хочешь сказать, что принимая твое средство, я по желанию смогу становиться как мужчиной, так и женщиной?
– Или оставаться такой же, какая ты есть сейчас, – задорно улыбнулась Дафи.
– Мне трудно в такое поверить, – пробормотала андран.
– Если хочешь, могу показать симулятор, – усмехнулась мигарка.
– Хочу! – решительно сказала Арлас, и Дафи, не став медлить, потащила ее за собой.
В лаборатории оказался и Томас, работающий над одним из проектов корпорации. При виде андрана он непонимающе вскинул брови. И неудивительно. В этой лаборатории имели право появляться только он и Дафи. Ученый уже хотел выразить недовольство из-за нарушения инструкций, но мигарка выпалила:
– Арлас может быть нашим первым живым испытуемым! По проекту «Янус».
– Но ведь опыты еще не закончились, – нахмурился Томас, но по загоревшимся глазам было понятно, что наживку заглотил.
– Вот и постараемся их закончить поскорее, – широко улыбнулась Дафи. – Я хочу показать ей симулятор. И не переживай насчет конфиденциальности. Арлас умеет держать язык за зубами.
– Если нужно, могу подписать любые бумаги, – поспешила заверить андран и Томас все же кивнул.
Уже через несколько минут Арлас расширенными глазами смотрела на голографический экран, где разворачивалась удивительная картина. Дафи бегло сообщала ей подробности, поясняя увиденное.
– Есть один опасный момент, – она вздохнула, указывая на картинку на экране. – Когда вещество впервые начинает преобразовывать генетическую структуру, есть вероятность, что что-то пойдет не так. И что организм начнет воспринимать его как угрозу. Мы пока не сумели уменьшить вероятность риска и смягчить воздействие. Но прежде чем приступим к исследованиям на людях, эту проблему постараемся решить. Иначе риск слишком велик и никто не позволит применять такой препарат.
– Понимаю, – кивнула Арлас. – Но насколько серьезными могут быть последствия, если применить препарат таким, какой он есть сейчас?
– С современным уровнем медицины, конечно, не слишком серьезные. Даже если произойдет остановка сердца, можно реанимировать, а другие последствия излечить с помощью медицинских капсул. Но все равно подобное неприемлемо. Может, если снизить концентрацию вещества, удастся уменьшить и негативный эффект. Но тогда действие препарата продлится не несколько недель, а всего пару дней. Мы с Томасом считаем, что для большинства возможных потребителей второе даже будет предпочтительнее. Но для тех, кого интересует длительный эффект, все же лучше первый. Да и во втором случае нам не удается найти нужную формулу, и в уменьшенной концентрации препарат почти не действует.
– А подобный негативный эффект будет постоянно? – продолжала деловито расспрашивать Арлас.
– Нет, только в первый раз, – улыбнулась Дафи. – Потом организм уже не будет воспринимать его как угрозу.
– Я хочу попробовать прямо сейчас, – спокойно заявила Арлас, вызвав у Дафи и Томаса немой шок.
– Послушай, – осторожно начала мигарка, – я не уверена, что…
– Ты сама сказала, что сможешь откачать меня в случае чего.
– Но…
– Если вы и вовсе не сможете избежать негативного эффекта, вам ведь не разрешат внедрять этот препарат, не так ли? – прищурилась Арлас.
– Да, но…
– Возможно, после испытаний на живом существе вам удастся выделить то, что поможет избежать такого эффекта в дальнейшем. С симулятором ведь подобного ждать не приходится, правда?
– Арлас, я не хочу тобой рисковать, – Дафи нахмурилась. Она уже жалела, что посвятила андрана во все это. Того, что Арлас захочет немедленно стать подопытным кроликом, она точно не ожидала. Куда только подевалась рассудительность подруги?
– Я сама этого хочу, – откликнулась андран. – И ваше открытие действительно поможет многим из моей расы. Это и правда настоящий прорыв! И на нас уж точно перестанут смотреть как на каких-то мутантов или чудовищ.
– Насколько понимаю, Дана ты посвящать в это не собираешься? – покачала головой Дафи.
– Он станет меня отговаривать.
– И правильно сделает!
– Дафи, я не передумаю, – жестко сказала Арлас.
Мигарка переглянулась с Томасом и кивнула.
– Ладно. Тогда сделаем это. Не сегодня. Завтра. Нам нужно время, чтобы все подготовить. Но ты должна придумать что-нибудь, чтобы тебя не беспокоили хотя бы несколько часов. Ты должна быть под нашим присмотром. Пусть вещество начинает действовать уже через час, но неизвестно, какие еще побочные эффекты могут быть.
Арлас кивнула, ее глаза сияли так, что Дафи еще раз сокрушенно подумала о том, что вряд ли что-то заставит подругу передумать. И почему-то сердце тревожно сжалось, будто предчувствуя беду. Хотя, скорее, виноваты были разумные опасения – все же препарат на человеке они испытают впервые. Томас тоже не выглядел слишком уверенным, но инстинкты ученого взяли верх. Ведь Арлас права – подобный опыт позволит им сделать огромный шаг вперед в своих исследованиях. То, к чему при иных обстоятельствах они могли бы прийти через месяцы, а то и годы.
ГЛАВА 8
– Что ты сказала Дану и Хир-Но-Гару? – спросила Дафи у Арлас на следующий день, когда они втроем заперлись в лаборатории, подготовив все к эксперименту.
– Дану сообщила, что мне начальство дало особое задание. А Хиру сказала, что вы просили меня покараулить в лаборатории для большей безопасности. Не знаю, поверил ли, – улыбнулась она, – но согласился.
– Да ты из него вообще веревки вьешь! – ухмыльнулась мигарка.
– Вовсе нет, – горячо запротестовала Арлас. – Мы просто хорошие друзья.
– Тем лучше, – многозначительно произнесла Дафи, намекая на то, о чем они уже говорили ранее. И на что Арлас все же согласилась. Помочь устроить Хир-Но-Гару личную жизнь.
Томас еще раз проверил медицинское оборудование, которое может понадобиться в случае осложнений, и кивнул Дафи. Арлас уложили на кушетку и устроили поудобнее.
– Ты точно уверена? – снова спросила мигарка, замирая рядом со шприцом в руке.
– Абсолютно, – андран постаралась улыбнуться как можно увереннее и решительно протянула руку.
С шумом вздохнув, Дафи сделала укол, вводя опытный препарат. А потом потянулись минуты тревожного ожидания.
– Рассказывай нам все свои ощущения, – попросил Томас, фиксируя что-то на голографическом экране. – Особенно если начнешь испытывать дискомфорт.
Арлас напряженно прислушивалась к себе, но пока ничего, кроме некоторого жжения в том месте, где ее укололи, не ощущала.
Прошло уже полчаса, но никаких изменений не наблюдалось. Арлас искренне надеялась, что так продлится и дальше. Но что если препарат и вовсе не подействует? Такое ведь тоже может быть. Она старалась не выдавать собственных страхов и неуверенности. На самом деле это решение далось ей не так легко, как могло показаться. И Арлас прекрасно сознавала, на какой риск идет. Только вот вряд ли что-то могло остановить ее в стремлении использовать уникальный шанс, дарованный самой судьбой. Ради Дана она готова была пойти и не на такое!