Читатель мог бы предположить, что то смирение, которое заставило этого святого человека отказаться от митры епископа, помогло ему остаться равнодушным к голосу клеветы и поддержало в трудную минуту. Однако испытание оказалось слишком велико для его добродетели. Теофил постоянно думал о нечестных обвинениях и о несправедливости, допущенной по отношению к нему, и в конце концов все его заботы свелись к тому, чтобы очистить свое доброе имя. Он использовал любую возможность, чтобы опровергнуть порочащие его слухи и доказать беспочвенность обвинений, выдвинутых против него злопыхателями. Однако вскоре Теофил осознал, что не может справиться с этой задачей: один человек бессилен против большинства, а клевета подобна гидре, у которой на месте одной отрубленной головы сразу же вырастает еще несколько. Измученный и отчаявшийся, не имея ни одной живой души, которая помогла бы ему, бедный священник задумал искать справедливости в том месте, одна мысль о котором еще месяц назад заставила бы его содрогнуться. Он пришел к некроманту. Тот в полночь привел его на перекресток четырех дорог и там вызвал Сатану, пообещавшего несчастному Теофилу восстановление его в сане и, что было более важно для священника, полное очищение его доброго имени. В обмен на эти благодеяния Теофил продал Сатане свою душу, в чем расписался собственной кровью и навсегда отрекся, таким образом, от Иисуса Христа и его Пречистой Матери.
На следующее утро епископ, неизвестно как, обнаружил свою ошибку, послал за Теофилом и публично объявил, что был введен в заблуждение лживыми россказнями, полную несостоятельность которых он готов открыто признать, и попросил прощения у священника, столь несправедливо лишенного им сана. Население вновь восторженно поменяло свое мнение о Теофиле на прямо противоположное и приветствовало его как святого и исповедника. Несколько дней все шло очень хорошо, и от счастья, что он вернулся наконец к своим прежним занятиям, Теофил совсем забыл о сделке с дьяволом. Но через некоторое время разум и осознание вины перед Богом вытеснили радость, и с тех пор совесть священника не давала ему покоя. Ночами он расхаживал взад и вперед по комнате, мучимый страхом; в лице его не было ни кровинки, лоб изборожден морщинами, и несказанный ужас выглядывал из его глубоко посаженных глаз. Час за часом Теофил молился, но это не приносило ему облегчения. В течение сорока дней он держал строгий пост. В дополнение к этому каждую ночь он молился в церкви Пресвятой Богородицы до тех пор, пока серое утро не проникало в маленькие оконца, делая тусклым свет горевших лампад. На сороковую ночь ему явилась Пресвятая Дева и печально упрекнула его в совершенном грехе. Он стал молить ее о прощении и просить ее заступничества, и она пообещала ему это. На следующую ночь Богоматерь вновь явилась и сказала, что Христос, по ее молитве, простил его. С криком радости Теофил проснулся; на груди его лежал контракт, что он подписал, продавая свою душу Сатане, отобранный у нечистого милостью Святой Божьей Матери.
На следующий день было воскресенье. Он встал, некоторое время возносил благодарственные молитвы, а затем отправился в церковь, где служили божественную литургию. После чтения Евангелия Теофил бросился к ногам епископа и попросил позволения покаяться в грехах прилюдно. Он рассказал о своем падении и показал собравшимся контракт, подписанный его кровью. Закончив исповедь, он снова упал в ноги епископу и попросил отпущения грехов. Контракт был разорван и сожжен в присутствии всех людей, Теофил получил отпущение грехов и принял Святое причастие, после чего в горячке вернулся домой и умер по истечении трех дней. Церковь почитает его как раскаявшегося, и день его памяти празднуется 4 февраля.
Самый первый рассказ об этой знаменитой сделке с дьяволом был создан на греческом языке и принадлежит перу Евтихия, ученика Теофила, который заявляет, будто излагает то, что видел своими собственными глазами и слышал из уст своего учителя. До наших дней дошли две ранние версии, переведенные на латинский язык; автором одной является Павел Диакон, другой — Гентиан Гервет. Последняя была напечатана болландистами в их впечатляющем труде, где указывается дата этого события — 538 год. Версия Гентиана Гервета — это перевод из Симеона Метафраста, жившего в X веке, который включил рассказ Евтихия в свое огромное собрание жизнеописаний святых.
В X веке Хросвита Гандергеймская, знаменитая монахиня из Саксонии, написала на латыни стихотворение, посвященное житию Теофила. В XI веке эту легенду изложил в стихах Марбод Реннский. Стихотворение на ту же тему есть у Готье де Куэнси. Другие стихотворные версии были изданы А. Жюбиналем и П. Парисом. Одна из лучших старинных поэм принадлежит Рютбёфу, труверу XIII века. Существует и ряд более поздних мираклей о Теофиле; в их числе один на французском языке, опубликованный Франциском Мишелем; и еще один на нижненемецком, изданный господином Дасеном. Последний собрал целую коллекцию произведений о Теофиле на всех европейских языках и привел ссылки на эту легенду ранних французских, англосаксонских, англо-норманнских и немецких авторов.
Архиепископ Элфрик (ум. 1006) упоминает эту историю в своих «Гомилиях», так же как и святой Бернард в «Молитвах во славу Девы Марии»; Винсент из Бовэ в своем восхитительном «Зерцале историческом». Святой Бонавентура, как страстный почитатель Девы Марии, не мог обойти своим вниманием это предание и рассказал о нем в «Зерцале Пресвятой Марии»; Яков Ворагинский вставил его в свою «Золотую Легенду», а Альберт Великий включил его в «Библию Девы Марии». Эта история упоминается великим немецким поэтом XII века Гартманом фон Ауэ, а затем Конрадом Вюрцбургским в XIII веке. Фламандский вариант «Теофила» был издан господином Филиппом Бломмаэртом со старинной рукописи XIV века в 1836 году. К тому же времени принадлежит и исландская версия легенды, изданная господином Дасеном; другая относится к XVIII веку. В Королевской библиотеке в Стокгольме хранится старинный «Теофил» на шведском, датирующийся 1350 годом.
В соборе Нотр-Дам в Париже есть две скульптурные группы, представляющие эту легенду, одна из которых расположена на северном портале. В соборе Лаона она изображена в восемнадцати медальонах на витраже на хорах. Этот же сюжет встречается в церкви Святого Петра в Труа и церкви Святого Жюльена в Мане.
Более полную информацию об этой легенде можно найти в трудах Г. Дасена «Теофил на исландском, нижненемецком и других языках в рукописях Королевской библиотеки Стокгольма» (Стокгольм, 1845); Ф. Соммера «О Теофиле, заключившем сделку с Дьяволом» (Галле, 1844); а также в «Миракле о Теофиле, составленном в стихах Готье де Куэнси в начале XIII века», опубликованном Д. Майе (Ренн, 1838).
Мне представляется вполне возможным, что эта известная легенда основана на событиях, имевших место в действительности. В ней и в самом деле видны признаки достоверности. Теофил теряет свое положение из-за клеветы, что сильно действует на его голову. Потом каким-то образом он снова обретает свое прежнее положение. Перемена позиции лишает его разума. Он строго постится в течение сорока дней, полностью теряет рассудок, рассказывает длинную бредовую историю о сделке с дьяволом и три дня спустя умирает от мозговой горячки. Единственная поразительная вещь в этой истории — это его рассказ. Если вспомнить, что признался он во всем после сорокадневного поста и непосредственно перед тем, как у него началась приведшая к смерти горячка, остается только изумляться тому, как люди в здравом уме и твердой памяти могли принять бред за чистую правду.
Приложения
Приложение АВечный жид
В «Саге о Магусе», несколько измененной исландской версии «Романа о Магусе», я обнаружил следующий весьма любопытный отрывок, в котором содержится упоминание о бесконечно продленной жизни, никак, однако, не связанный с Вечным жидом, Картафилом. Вот он:
«Магус подошел к королю (Карлу Великому) и учтиво поприветствовал его. Король отнесся к нему благосклонно и спросил, как его имя. Тот сказал, что его зовут Видферулль.
— Ты сильный человек, хотя, похоже, очень стар, — заметил король.
— Вы были правы, сир, сказав, что я очень стар; но я был гораздо старше, и может случиться так, что я стану еще моложе, — промолвил Видферулль.
— Как же это может быть, что ты был старше, чем ты есть сейчас, а станешь моложе? — удивился король.
— Сейчас я расскажу вам, — ответил Видферулль. — Дважды я сбрасывал свою старую кожу и каждый раз становился моложе.
Когда он произнес эти слова, все люди короля так и покатились со смеху и стали говорить ему, чтобы он не нес такую чушь в присутствии государя. Затем король снова заговорил:
— Правильно ли я понял твои слова, что ты дважды сбрасывал с себя кожу?
— Это чистая правда, сир! — сказал Видферулль.
— И ты полагаешь, что сможешь сделать это опять? — осведомился король.
— Я уверен в этом, — ответил Видферулль. — В этом самом месяце она снова слезет с меня, и это свершится через несколько дней.
— И в каком же возрасте это обычно происходит? — спросил король.
— Возраст не всегда одинаков, — сказал Видферулль. — Первый раз, когда это случилось, мне было триста тридцать лет, и мне снова исполнилось тридцать, я опять обрел всю силу и мощь юности… Если вы, сир, желаете, чтобы я показал вам, что я могу, и хотите посмотреть, как слезает с меня старая кожа, тогда отведите мне какое-нибудь место, и я останусь на несколько дней при дворе до тех пор, пока это не совершится… Второй раз, когда я сбросил кожу, мне было двести пятнадцать лет, и едва я почувствовал, что это вот-вот произойдет, то отправился в Рим, где правил в то время Германрих.
Король спросил, как же совершалось это чудо. Видферулль ответил:
— Первый раз это было довольно странно; тогда я был гораздо сильнее, хотя и прожил на свете больше, поскольку в те времена век человеческий был намного дольше, чем сейчас, и, хотя мне уже было более трехсот лет, я был еще крепок и мог охотиться. И вот однажды, когда я охотился, почувствовал я сильную жажду и лег на землю у воды, чтобы напиться; тут налетел на меня дракон, схватил и унес на высокую скалу, где была пещера. Затем… после схватки с ним мне удалось выбраться оттуда, и я спустился в прекрасную долину. На меня, изможденного, поскольку был я уже довольно стар, напала ужасная слабость; и вот тогда слезла с меня моя первая кожа, пока я был почти без чувств. Через некоторое время я пришел в себя и почувствовал, что я вновь здоров и свеж, как будто мне тридцать… Теперь я расскажу вам, как я второй раз сбросил кожу. Я уже жил в Риме. Во сне мне привиделось, что скоро со мной произойдет превращение. Тогда я был на несколько локтей выше, чем раньше, и очень крепок и силен, хотя и очень стар».