ытнее тебя. В магическом бою ты точно проиграешь.
— Думаю, я сумею его удивить. — Мое лицо исказила улыбка, не предвещавшая нахалу ничего хорошего.
— Эй, ты меня не пугай! — Шуйский ткнул меня локтем в бок. — Ты, случайно, некромантией не увлекаешься? Не советую ее использовать…
— Некромантией — нет, но сюрприз для уважаемого Преображенского будет.
— Ты что, серьезно хочешь дуэль без правил? — уставился на меня Иван.
— А почему бы и нет? — улыбнулся я. — Посмотрим, кто кого. Зато, если я завалю этого Преображенского, то меня вряд ли кто рискнет на дуэль вызвать? Он же, как ты сказал, один из самых сильных дуэлянтов…
— А то, что ты сам можешь погибнуть, это не рассматриваешь? — осуждающе заметил Шуйский.
— Это я не рассматриваю, — поспешил успокоить его. — Ты лучше расскажи, что ты знаешь об этом Преображенском.
— Ну, знаю на самом деле не много, — признался Иван, — но сейчас напишу запрос. Думаю, сегодня к вечеру все будем знать. Ты своим «родовым» сообщи.
— Несомненно, — кивнул я. — Нашим в группе лучше не говорить…
— Это правильно, — согласился со мной Шуйский. — У нас есть время, чтобы подготовиться…
— По-моему, ты преувеличиваешь опасность, — сообщил я ему, на что он лишь пожал плечами.
В аудиторию мы зашли уже самыми последними. Поздоровавшись с нашей «группой поддержки», уселись на свои места. Общая магия пролетела быстро, а вот по дороге на практикум нас окружили девушки, и я обратил внимание на их взволнованные лица, и, кстати, на озадаченное лицо Исидо, который по-прежнему был молчалив. Впрочем, его сестра явно оттаяла и все больше и больше сходилась с Трубецкими и француженками, уже не строя из себя холодную королеву. А наши европейские красавицы, глядя на это, тоже начали постепенно «размораживаться».
— И ты решился на такой бой с Преображенским? — обвиняюще обратилась ко мне Вероника, и возмущённые взгляды девушек скрестились на мне. Шуйский лишь покачал головой, не став никак комментировать данное действо.
— Стоп! — вырвалось у меня. — Вы-то откуда знаете?
— У меня свои источники, — безапелляционно заявила наша блогерша, — да и Преображенский кое-кому уже рассказал по секрету…
— По секрету… — проворчал я. — Трепло ваш Преображенский!
— Ты не ответил, почему бой не на Арене? — не унималась она.
— А в чем, в общем-то, дело? — спокойно произнес я, не реагируя на такие вот голословные обвинения. — Вызвали на дуэль — я принял вызов. Какая разница, где этого козла наказать? Чего-то не понял претензий в свой адрес.
— Но… — Вероника аж задохнулась от возмущения, однако, встретившись с моим взглядом, как-то быстро сдулась,
— Ты же понимаешь, что он может тебя убить? — пришла тем временем ей на помощь Пожарская.
— Да, тем более, репутация его прекрасно известна, — поддержала ее Анна Голицына. — Он опасный человек.
— Ага, маньяк еще тот! — добавила ее сестра.
— Кто такой этот Преображенский? — удивленно уточнил тем временем Исидо. — Не пойму, почему его все так боятся. Он студент?
— Студент, — ответила ему Диана, — и искусный фехтовальщик. Гораздо искуснее присутствующих здесь…
— Не знаю, кто там месье Преображенский, но я думаю, наш Лидер справится, — заявила тем временем Мари. — Мужчина должен решать для себя подобные вопросы сам, на то он и мужчина!
Я с интересом посмотрел на нее. Судя по всему, сестра полностью поддерживала ее.
— Вот правильная точка зрения! — не удержался от ремарки Шуйский. — Вот вам у кого вам учиться надо!
Что ж, этими словами он, наконец, заработал задумчиво-изучающий взгляд Мари.
— Учителя! — презрительно фыркнула Годунова, и на этот раз вся российская часть женщин была с ней, судя по всему, солидарна.
— Может, переиграть можно? — осторожно заметила Пожарская. — На Арене дуэль устроить?
— Поздно, — отрезал Шуйский, — уже все утвердили. Без потери репутации назад не сдать.
— Да это просто убийство! — возмутилась Диана.
— Ладно, заканчиваем! — Меня это уже начало раздражать. — Хватит по мне слезы заранее лить! По Преображенскому их лучше лейте. Все нормально будет!
— Он наследник? — вдруг поинтересовался Исидо, прервав наступившую после моих слов паузу.
— Да, — ответил Шуйский.
— А если ты его убьешь, Веромир-сан, как отреагирует на это его род, раз он наследник? Разве не будет мстить?
— Вот это правильный вопрос! — сразу посерьезнел Иван. — Не знаю, как с этим у вас в Японии, у нас же, если все происходит на дуэли и с секундантами, между аристократами, то по правилам, принятым в Российской Империи, все законно! — уверенно заявил он. — Это не убийство — это дуэль. Понятно, будет расследование, будет много злобы и ненависти, но мстить он не будет. Если только кто-то по частной инициативе…
— Хм… интересно у вас… — покачал головой Исидо. — У нас все серьезнее. Надо головой сначала думать, прежде чем на смертельную дуэль вызывать!
— Вот такие мы безбашенные, — успокоил я его. — А по поводу дуэли, — добавил, увидев, что мы уже подходим к полигону, — еще раз повторюсь: все под контролем. И я, конечно, постараюсь не убивать противника.
— А когда дуэль? И во сколько? — поинтересовалась Вероника.
— Нам не нужны свидетели, — сообщил я ей. — тем более — стримы…
— Ну… Веромир… пожалуйста… — протянула она умильным голосом, захлопав глазками
— Сногсшибательно! — признался я. — Но мы уже пришли!
И действительно, мы уже входили на полигон.
Занятие прошло, как обычно. Ничего нового Борщ не давал, повторение пройденного и тренировка уже известных нам заклинаний.
Перед обедом я отошел в сторонку и, позвонив Гвоздеву, коротко изложил возникшую передо мной проблему. Было заметно, что мой Глава дипломатического отдела явно неприятно удивлен новостью, но вида не подал, попросив, чтобы я позвонил после занятий. Он со своей стороны заверил, что постарается найти информацию о Преображенском и посоветоваться с Шемякиным и Стапановым. Так что на обед я отправился в немного приподнятом настроении, а то наследник престола своим пессимизмом мне его испортил.
— И все-таки зачем? — шепнула мне на ухо Пожарская, когда мы традиционно устроились все вместе за столом. Француженки благодаря стараниям Шуйского оказались рядом с ним.
Ради такого он даже уступил свое место рядом со мной младшей Трубецкой. Так что теперь я сидел, окруженный со всех сторон красавицами. Правда, Вероника еще побаивалась меня и вела себя тише воды ниже травы, хотя натуру не спрячешь, и периодически появлялась ее истинное лицо… По мне, уж лучше ее сестра, которая вела себя спокойно и вдумчиво… Хотя она тоже в этом покушении опосредованно принимала участие. Но Елена, по крайней мере, не стример. С этими блогерами с ума сойти можно!
— Да вот, так получилось, — честно признался я своей рыжей любовнице. — Может, и не надо было, но будь что будет. Не переживай, разберёмся мы с этим Преображенским.
— Ты не знаешь, кто он, — шепотом ответила она. — Это серьезный соперник.
— Да хватит уже меня им пугать! — проворчал я, — Серьезный и серьезный. Я тоже нелегкий соперник.
— А причина-то дуэли какая? — поинтересовалась Вероника, которая краем уха все-таки умудрилась подслушать наш разговор.
— Да, какая? — поддержала ее Пожарская и сделала это то ли намеренно то ли нет, но достаточно громко, из-за чего все сидевшие за нашим столом вопросительно уставились на меня.
— Не обязательно всем знать. — попытался отговориться я, но не вышло. Пришлось рассказать, из-за чего меня вызвали на дуэль.
— Не знала, что Щербатова и Преображенский помолвлены, — удивлённо протянула Вероника.
— Ты не знала? Теряешь хватку! — улыбнулся я, как и остальные за столом, кроме иностранцев, сумев оценить мою шутку, а объект моей насмешки нахмурился, но промолчал.
— Она исправится, — заверила меня Едена, ехидно глядя на сестру. — Да, Ника?
Та только тяжело вздохнула и демонстративно вернулась к еде.
После обеда мы отсидели историю, на которой в этот раз ничего особо примечательного не было, не считая небольшого опроса студентов, миновавшего нас с Шуйским. А вот Мари вновь пришлось отдуваться, как, впрочем, и Наоми, тоже показавшей достаточно глубокое знание истории России.
А с фехтования я ушел, воспользовавшись возможностью своего свободного посещения. Правда, перед этим Шуйский предупредил меня, что в семь вечера встречаемся в игре и что он небезвыгодно продал вещи Геродота. Напомнив ему, что он обещал выяснить по поводу Преображенского, я отправился домой.
Глава 7 Разрушенный Храм кентавров
И вот я вновь очутился в Эфесе, перед входом на рынок. Геракл меня уже ждал. Наш гоплит был доволен, как объевшийся сметаной кот, только что не мурчал.
— Ты чего такой довольный? — невольно поинтересовался я.
— А чего печалиться-то? Вещи продал очень выгодно, да еще про квест разузнал — тот самый, на который нас Геродот хотел взять: разрушенный Храм Кентавров…
— Ты это сейчас прикалываешься? — уточнил я у него
— Почему?
— Что нужно сделать в квесте? Наверно, Храм кентавров восстановить?
— Ну да, — кивнул Шуйский, вопросительно посмотрев на меня. — Там у них бог или полубог Хирон. Его алтарь восстанавливаешь. Он появляется, тебя, типа, благословляет и награждает. И так происходит какое-то количество раз, пока рэндом не выбирает время, и группа, проходящая его, становится последней. Она, кстати, снимает очень вкусные бонусы, но это лотерея… После чего храм возрождается. Правда, через пару дней храм вновь в руинах. На нем какое-то проклятие сильное лежит. Такой вот вечный квест.
— Отлично! — кивнул я. — Просто отлично! А ты помнишь, как ко мне кентавры относятся?
— Блин… точно! — вырвалось у моего собеседника. — Я и не подумал… но тут легко проверить. Если ты квест возьмешь и тебе ничего на этот счет не напишут, то, значит, все хорошо. Давай попробуем?
— Давай, — кивнул я.