Так как наступила ночь и уже похолодало, вечеринка переместилась в дом. Большую часть первого этажа коттеджа занимал зал. В нём стояли низкие столы, вдоль которых тянулись скамьи, и эти столы оказались также заставлены бесчисленным количеством рыбных блюд. Но тут присутствовали спиртные напитки, и я, к своему удивлению, увидел среди сакэ и японского пива и виски, русский коньяк. В общем, я оказался за столом в коттедже в компании Исидо. Остальной небольшой мужской контингент присоединился к танцам, в том числе и Шуйский, который продолжал обхаживать француженок.
Исидо под моим удивленным взглядом налил виски мне и себе. Надо же!
— Уважаемый Веромир, — церемонно начал он, обращаясь к мне, — я хотел, если это возможно, уточнить вопрос насчет моей сестры…
— Слушай, Исидо, — сказал ему я, так как периодическое впадение его в пафосный официоз меня уже начало напрягать, — давай по-русски, без ваших этих японских велеречивых фраз, а? И я уже говорил: давай на «ты»…
— Хорошо, — после небольшой заминки ответил он. — Я попробую. Хотел по поводу Наоми спросить…
— Что по поводу Наоми? — Я сразу напрягся, почувствовав в его словах явный подвох.
— Там переговоры ведет Глава вашего дипломатического отдела. Насколько мне известно, уже практически решен вопрос о помолвке.
— Через шесть месяцев? — уточнил я. — Да, я знаю…
Исидо внимательно смотрел на меня. Он отсалютовал мне бокаломи залпом выпил виски. Хм… похоже, мне попался не совсем правильный японец: ни тебе чайных церемоний и церемоний распития сакэ — в общем, всей этой церемониальной лабуды.
Исидо, видимо, прочитал в моих глазах немой вопрос и улыбнулся.
— Что-то тебя напрягло, Веромир? Погоди, я знаю… Не по-японски?
— Ну да, — признался я. — Вам разве не надо ритуал перед распитием провести? Ты же там, во дворе, вроде, пил только сакэ, да и то как-то по-странному… Да к тому же это виски…Вроде, не ваш напиток…
Исидо минут пять смеялся от души
— У тебя превратное мнение о Японии, уважаемый Веромир, — наконец произнес он, вдоволь насмеявшись. — Все эти церемонии, конечно, присутствуют, куда без них, но это все официальные церемонии, да и соблюдает их в точности больше старшее поколение. Нет, конечно, когда я стану Главой клана, мне тоже придется это соблюдать, но это просто дань традициям, не более того. Но это разве плохо?
— Исидо, я тебе прямо скажу: не готов пока я сейчас жениться. Да и положение у меня достаточно шаткое, и не факт, что Бельские продержатся…
— Но тебе нравится Наоми? — уточнил Исидо, вновь разливая виски. Да, а японцы не дураки выпить! Или это все из-за переживаний брата за сестру? Похоже, это действительно так.
— Нравится, — не стал я кривить душой.
— Это хорошо! — улыбнулся Исидо. — Скажу, что ты ей тоже нравишься. Мало того, я скажу, что моя сестра отвергла уже несколько очень выгодных предложений. Она вообще девушка весьма своеобразная и упрямая… Давай выпьем за нее?
Хм… он меня споить, что ли, решил? Ну-ну, неправильный японец! Мне даже стало интересно. Мы выпили, после чего он опять наполнил наши бокалы.
— Ты любишь виски? — не удержался я от вопроса.
— Да, — кивнул он, — это пятидесятилетний японский виски. Императорский завод, ограниченная партия…. Лучше виски в Японии нет.
Я лишь покачал головой. На вкус это было что-то! Правда, представляю, сколько это все стоит. Клан действительно богатый…. Несмотря на то, что я сейчас, наверно, тоже не считался особо бедным, до такого уровня нам было еще ой как далеко!
— Так что ты скажешь? — вновь задал он мне вопрос
— Насчёт чего? — уточнил я
— Понимаешь, Веромир… — По глазам Исидо было видно, что алкоголь уже начал действовать. Ну, понятно, куда уж им с русскими-то в этом соревноваться! — Я очень люблю свою сестру и переживаю заранее. Счастье сестры для меня очень важно… — Он остановился на минуту и, серьезно посмотрев на меня, продолжил: — Я понимаю, что это предварительные договорённости…помолвка только через шесть месяцев. Но, Веромир, прошу тебя: не обижай Наоми. Если ты поймешь, что она не подходит тебе, лучше отказывайся…
— А я не оскорблю этим твоего отца? — скептически осведомился я. — Он — Глава клана… и как у вас вообще к таким вещам относятся?
— Не очень хорошо, конечно, — нахмурился Исидо, — к тому же это не первый раз. Но я люблю свою сестру и рано или поздно стану Главой клана. Поверь, я готов даже дать магическую клятву, что наш союз никак не изменится от женитьбы…
Я чуть не открыл рот от изумления. Ну он и жжет!
— Рано еще об этом говорить, — успокоил я его.
— Понятно, — кивнул явно расслабившийся Исидо, — нужно поближе с ней познакомиться, я понимаю… Давай выпьем…
Мы выпили, и, судя по поведению моего собутыльника, тот уже был близок к состоянию сильного опьянения.
— Из японских женщин выходят отличные жены! — вдруг заявил он мне. — Поверь, Веромир, они уважают мужчин… Мужчина — Глава рода, и женщина лишь дополняет его. Эта философия впитывается с молоком матери….
— А что вы тут делаете? Пьёте без нас? Нехорошо! — раздался веселый голос Шуйского. Обернувшись, я увидел, что в комнату ввалилась вся честная компания, причём в полном составе, в том числе и с Наоми, которая подозрительно посмотрела сначала на брата, потом на меня. Через секунду она уже сидела рядом с Исидо.
— Ты что это, брат? — заботливо поинтересовалась она у него, но её ласковый голос меня не обманул.
— Что я? Все нормально!
Надо же! Только что я считал, что Исидо был уже достаточно пьян, а сейчас даже язык не заплетается. Это магия?
— Хорошо, — улыбнулась Наоми, бросив на меня очередной странный взгляд.
— О чем разговаривали? — поинтересовалась Пожарская, по привычке опускаясь рядом со мной за стол.
С другой стороны, место занял Шуйский, а рядом с ним — две француженки, так что явно недовольной Трубецкой осталось только сесть рядом с Дианой. А следующей устроилась Скуратова, которая просто пожирала меня своими голубыми глазами, и когда я встречался с нею взглядом, она сразу загадочно улыбалась. О, боги! Я уже начал жалеть, что вмешался тогда в клубе. Что-то слишком много женщин вилось вокруг меняв последнее время.
Я понимаю, что в Российской Империи многоженство приветствуется, но, блин, не готов я пока еще к подобным серьезным отношениям! Не привык я к этому пока…. Сколько я нахожусь в статусе настоящего аристократа? Несколько месяцев? Это очень мало… Но подобные мысли пришлось отбросить, так как сидевшие вокруг меня девушки уже стали обращать внимание на мою задумчивость. А женщины, они такие: все могут интерпретировать так, как им выгодно.
— Что-то случилось, Веромир? — В голосе Пожарской звучала неподдельная забота. Да, актерские способности у нее постоянно совершенствуются! Что ж, будем играть свою роль. Кстати, я вдруг только вспомнил, что на вечеринку не пришла Варвара Годунова.
— Все нормально, — успокоил я Диану. — Кстати, я почему-то не вижу Годуновой…
— Я все думала, когда ты спросишь, — улыбнулась Пожарская. — Ну, об этом тебе проще спросить у Исидо.
— Что ты хотел спросить? — Японец услышал мои слова и теперь вопросительно смотрел на меня.
— Да хотел узнать о Годуновой. Ты ее приглашал?
— Приглашал, — кивнул Исидо. — Она не смогла. У нее какая-то встреча…в общем, что-то в этом роде. В общем, она занята.
— А в вашей компании Годунова? — вдруг подала голос Скуратова
— Да, — ответил я.
— Интересно… — протянула она, глядя на меня. — То есть Годунова в вашей компании. Я уже много слышала о твоей группе и о том, что ты сейчас ее лидер. Но меня очень занимает один вопрос. Я даже не верила в то, что это правда. Извини, Веромир, и ты нормально относишься к Варваре Годуновой? Еще раз извини, но, насколько я знаю, род Годуновых… — Она замялась, видимо, понимая, что сейчас может перегнуть палку и обидеть своего спасителя. Надо же, судя по ее поведению, я даже не подозревал, что она вообще может смущаться!
— Не переживай, — успокоил я ее. — И да, Годунова в нашей компании. А что касается моего отношения, то я предпочту оставить его при себе. Надеюсь, ты меня поймешь.
Я попытался вложить в свой взгляд побольше суровости, ион явно пронял Скуратову. Отвязная деваха смутилась и, кивнув, ответила, что, мол, все поняла. Вот и отлично! Кстати, я сам не понял, почему вдруг вспомнил о Годуновой. Я понимал, что она мне явно нравится. Но не должно так быть. По-любому, мне придётся отомстить, и моя задача — уничтожать этот род, невзирая на то, кто будет править и что вообще произойдет. Но вот от симпатии к дочери Главы рода я никак не мог избавиться.
Однако, как обычно, занимался я самокопанием недолго. Мы еще пару раз подняли наши бокалы: сначала — за Императора, потом — за нашу дружбу. А потом кто-то предложил прогуляться. Сейчас даже уже не помню, кто.
Мы всей дружной компанией вывалились во двор, а потом и на улицу. Как оказалось, время было около одиннадцати часов. Дорожки были пусты, народ уже явно разбрелся по коттеджам и готовился к новому учебному дню. Лично мне странно было видеть территорию Академии настолько пустынной. Но, с другой стороны, прохладный октябрьский воздух отчасти разогнал хмель. Хотя пока не было особенно холодно, где-то в районе плюс пятнадцати, так что я просто наслаждался ночной свежестью. К тому же на этот раз моей спутницей оказалась Алена Скуратова, как-то лихо оттеснив опешивших от подобной наглости Трубецкую и Пожарскую. Но надо отдать им должное: они решили нам не мешать…И, надо сказать, после непосредственного общения с Аленой я понял, что именно эта девушка была мне ближе всего — по мировоззрению, что-ли. У нее не было всех этих аристократических замашек. Словно я разговаривал с девушкой, с которой мог познакомиться несколько лет назад Веромир Стапанов в каком-нибудь обычном баре. И, черт возьми, мне это нравилось!
Увлекшись разговором, я не заметил, как перед нами появилось несколько странных фигур в каких-то черных плащах, закрывавших лицо. Следом за этим фонари по дорожке, на который мы были, внезапно лопнули, погружая окружающее нас пространство во мрак. И я понял, что в нас полетели боевые заклинания, разрезав темноту огненными и голубыми росчерками.