А в двенадцать прибыли оба моих извечных спутника — Шемякин и Гвоздев, и мы в уже привычном мне сопровождении охраны отправились в строящееся имение Бельских. Кстати, перед этим мне позвонил Шуйский поинтересовался по поводу прошедшей тусовки у Голицыных. Поговорили мы недолго, я успокоил Ивана, что дам ему полный отчет в воскресенье, но тот с разочарованием сообщил, что это будет уже в понедельник: мол, в игру он в воскресенье войти не сможет. Да и вообще, хоть он старался этого не показывать, явно был не похож на себя. Выглядел потерянным, что ли, каким-то. Но на мой осторожный вопрос лишь отшутился.
Об этом я и размышлял по пути на стройку и чувствовал себя тоже не совсем нормально. Несмотря на все свои старания, угрызения совести я испытывал. Неужели так привязался к Ивану? И мне жаль Императора? Как следует проанализировав свои чувства, я все-таки решил, что нет, не жаль! Скорее, жаль именно Шуйского. С другой стороны, он станет Иваном… каким там по счету? Я прикинул… а, вроде, Иваном VI. Не самая плохая судьба. М-да, Веромир, ты становишься циником. Хотя, скажем честно, я никогда и не был добряком и бессребреником. Да и с чего мне им быть? В этом мире надо выживать: не откусишь ты — откусят от тебя…
— Подлетаем, господин, — отвлёк меня от самокопания Гвоздев, и я с радостью отбросил столь неожиданно захлестнувшие меня совершенно не нужные сейчас мысли. Посмотрел в окно флайера и раскрыл рот от удивления.
Сейчас флайер делал круг над стройкой…нет уже не стройкой, никаких следов строительных машин и всего такого прочего я уже не видел, зато разглядел гордо возвышающийся красивый трехэтажный особняк, который скорее можно было назвать замком. До этого я, конечно, видел его на плане и 3D-картинках, но вживую это смотрелось совсем по-другому. Строгие, но одновременно изящные контуры основного здания, к которому примыкали построенные по углам четыре прямоугольные башни со смотровыми площадками наверху, обязательные балкончики у широких окон и просторная терраса на крыше, закрытая со всех сторон магическими щитами, мерцание которых я отчетливо видел, —
в общем, то, что я и хотел. Более того, особняк окружала внушительная стена из заряженного магией камня, высотой метров пять, с широким ходом, на котором, как я уже понял, были оборудованы огневые точки, к моему изумлению, уже укомплектованные пушками и пулемётами, причем, насколько я понял, по всему периметру стены… Странно, вроде, Шемякин о ноябре говорил. Но с другой стороны, никто и не ожидал, что Ефим так постарается с нашим родовым гнездом.
Стена охватывала особняк огромным прямоугольником с внушительными квадратными башнями по углам, которые выглядели увеличенными аналогами башенок особняка. Кстати, в импровизированных бойницах башен крепостной стены я тоже смог разглядеть пушечные стволы. Двор казался огромным, на нем помимо площадки для флайеров расположилось с десяток разных небольших одно- и двухэтажных зданий и даже уместился небольшой парк с маленьким прудом и весьма симпатичной беседкой, окруженной невысокими деревьями. Уютно, ничего не скажешь.
— Как?.. — только и мог произнести я, повернувшись к сидящему рядом Гвоздеву, а улыбающийся Шемякин повел флайер на посадку. — Как это возможно за такое короткое время?!
— Скажите спасибо Ефиму, господин, — ответил Павел, — это полностью его заслуга. Мне самому непонятно, как он умудрился так быстро все закончить. Единственное, что осталось — это проложить дорогу для соединения с деревней.
Деревню я тоже, кстати, по пути видел. Она оказалась достаточно большой. Домов сто, не меньше…
— А система охраны…
— Тут я контролировал, господин, — повернулся ко мне Шемякин,
— Ты говорил, что позже?
— Все упиралось в размещение и склады. Ефим заверил, что место будет, и я ускорил доставку и взял на себя ответственность увеличить количество. Можно?
— Давай, — хмыкнул я, — еще пару кругов сделай, расскажешь, и приземлимся тогда.
— Как я уже говорил в прошлый раз… — Мой Глава Службы безопасности просто лучился от удовольствия. Видно было, что ему вся эта ситуация нравится, особенно рассказ об оружии. — Тут установлена полная автоматическая система охраны, которая объединит пушки и пулеметы в единую систему… Мне удалось достать четыре скорострельные 150 мм пушки, которые мы разместили в башнях. На стене оборудованы огневые точки, это двенадцать автоматических скорострельных пушек калибром 60 мм «Молния», по три на каждую стену. Также могут использоваться как система ПВО. Между ними расположено восемь тяжёлых автоматических станковых пулеметов калибром 15 мм. Все это будет управляться всего двумя операторами. Самоходные установки придут на следующей неделе, сейчас готовится ангар для них. Ну, а остальное оружие пока на складе. Я выбрал для нашей охраны еще тридцать человек, в том числе двух операторов. Все они проверенные бойцы, готовые дать самую строгую клятву роду. Я в свое время работал с ними от имени рода Бельских и знаю каждого из тех, кого пригласил…
— Я доверяю тебе, Иван, — поспешил успокоить его я. — Ты же наверняка всех их проверил?
— Да, господин, и могу поручиться за них.
— Ну и отлично! Но клятва?
— Есть возможность сегодня ее принести.
— Они что, здесь уже здесь? — удивился я.
— В казарме. После принесения клятвы сразу заступят на охрану нашего имения….
— Что-то не видел я у Трубецких и у Голицыных подобной охраны… — вдруг подумал я вслух
Гвоздев с Шемякиным весело переглянулись.
— Господин, — ответил Гвоздев, — она у них есть. Их поместья укреплялись веками. Там такая магическая защита, что выдержит прямое попадание авиационной бомбы. А если будет нападение, то у того же самого Трубецкого рядом его военная база. Все особняки строились за городом не просто так. У нас пока нет возможности построить что-то подобное, да и род Бельских сейчас в несколько другой ситуации. Нас вполне могут попробовать на зуб, в отличие от ваших союзников. С ними связываться дураков мало.
— Попробовать? Да разве те же Трубецкие нам не помогут? — вырвалось у меня
— Не помогут, — кивнул Гвоздев, — открыто не помогут…. Все-таки союз пока является негласным и неофициальным. Пока, если вы заметили, все на словах. Официальные документы не подписаны. Да, есть клятва, но разве вы не читали ее текст? Там не говорится об обязательной помощи. Не обольщайтесь, господин, это сейчас они вам улыбаются и стараются показать себя милыми и пушистыми, пока им это выгодно. Но поверьте мне, господин: это волки. Иначе они не достигли бы такого уровня. Мы за ними наблюдаем, но и они внимательно наблюдают за нами. И все равно придется доказывать им, на что способен клан Бельских, если мы не хотим, чтобы они нас подмяли под себя. Вот когда будет принесена настоящая союзная клятва и, соответственно, магически завизированы соглашения, тогда — да. Но когда это будет, я не знаю.
— Ты хочешь сказать, что это зависит от нас?
— Да, господин. Чем сильнее мы станем, тем быстрее это случится. Поэтому я и говорил о помолвке с Наоми. Союзный японский клан Сузуки — это серьезное усиление рода. Японцы вообще щепетильны в подобных вещах.
М-да, Гвоздев прав. Интересно…
— А если я, например, женюсь на Трубецкой, это что-то изменит?
— Я бы не рекомендовал вам это делать, господин, до того, как мы усилимся, или до … — Гвоздев замялся. — До помолвки с Наоми Сузуки. Иначе это будет не усиление, а скорее, та же самая попытка подмять вас.
— Поэтому ты уговаривал меня насчет японки?
— Да, господин. Нам очень повезло. Первая жена… и такая!
— А Демидова?
— Тут пока все неясно, кроме того, что Ольга не такая вертихвостка, как сестры Трубецкие.
— Понятно… — проворчал я, — подумаю.
Но все-таки не просто так Гвоздев не ровно дышит к Демидовой. Надо будет проверить… у Шуйского, что ли, поинтересоваться в шутливой форме?
Тем временем наш флайер вместе с сопровождающими нас флайерами охраны приземлился. Встречал нас широко улыбающийся Ефим с десятком незнакомых мне мужчин и женщин, и выглядел он донельзя довольным.
— Приветствую, господин! — поклонился он мне, и его жест повторили остальные, стоявшие рядом с ним. — Позвольте мне представить вам будущих слуг нашего рода. Согласно вашему распоряжению, я нанял достойный обслуживающий персонал для нашего имения. Надеюсь, вы простите мне мое самоуправство.
Я не выдержал и, подойдя, обнял его. Мой слуга даже прослезился от такого обращения.
— Ты молодец, Ефим. Волшебник!
Выпустив его из объятий, я внимательно осмотрел скромно стоявший рядом с ним народ, опустивший глаза и лишь иногда посматривавший на меня. В основном это были люди среднего возраста. Правда, я заметил несколько довольно симпатичных девушек….
— Господин… — Ефим явно проследил за моим изучающим взглядом. — Это повара для вашей кухни, я позволил себе нанять шеф-повара. Я хорошо знаю Александра, и поверьте мне, лучшего шеф-повара вы не найдете.
Полноватый мужчина кивнул мне, и, как я понял он был практически единственным из всей толпы слуг, который смотрел на меня спокойно и без какого-либо трепета. Вот понятно: уверенный в себе человек. Я кивнул ему в ответ. Затем мой слуга представил остальных. Как оказалось, тут было несколько служанок, трое обычных слуг из разряда «садовник, слесарь, электрик и все вместе взятое», ну и, понятно, прачки, поварихи и прочий необходимый персонал. М-да, Ефим, конечно, постарался. Я до сих пор пребывал словно в каком-то полусне. Но когда он провел меня по особняку — нет замку! — я, наконец, пришел в себя. Он действительно волшебник! Мало того, я представляю, сколько сюда было вложено денег, учитывая, что все комнаты были обставлены мебелью.
Несколько гостевых апартаментов, в которых могут разместиться человек десять, с впечатляющими удобствами. А мои апартаменты на третьем этаже представляли собой аж шесть смежных комнат: большую гостиную, не менее большую спальню, кабинет с камином, столовую, библиотеку и какую-то гигантскую ванную комнату с джакузи, бассейном, сауной и другими удобствами. Я уж не говорю о том, что в подвальном помещении расположился вполне себе просторный спортзал, небольшой кинотеатр и даже бильярдная. А в отдельном здании, как сообщил мне Ефим, через пару недель будет специальный полигон для магических тренировок. Я уж не говорю о бальном зале для приемов, который явно был не меньше зала у Трубецких.