Весь кошмар с экзаменом закончился в среду, когда у нас на двух последних занятиях по Общей магии Татищева его и устроила. Причем, из трех часов занятий, два часа шел сам экзамен, который, к моей огромной радости, оказался письменным, а потом мы толпились, как идиоты, около аудитории целый час, пока она проверяла работы. Даже вызвала несколько несчастных, чтобы определить списывали они или нет и закидать дополнительными вопросами. Меня эта стезя миновала, и я очень гордился полученной честной четверкой. И большая заслуга в этом была именно Пожарской. О чем я и сообщил в цветистых выражениях Диане. Та даже смутилась, но то, что ей было приятно, заметно невооруженным глазом.
А вечером, в этот же день, мы, наконец, добрались до Пелопоннеса. Это звучное название носила небольшая деревушка из двух десятков домов и таверны в центре. Располагалась она на самом берегу моря. Но самым странным было то, что вход в Подводные Пещеры Пелопоннеса оказался закрытым. Мало того, что он представлял собой огромные железные ворота, вмурованные прямо в скалу километрах в трех от воды, так еще и все наши попытки открыть их были бесполезными.
— Ничего не понимаю, — зло произнес Геракл, — что тут вообще происходит? Эти ворота ведут в морские пещеры. Там находится Храм Посейдона. У нас квест. А тут ворота не открываются, да еще и никаких системных сообщений нет.
На это справедливое возмущение ответ ему никто дать не смог. Но сокрушенное молчание вдруг нарушил хриплый старческий голос.
— Вы куда, молодые люди, попасть хотите?
Резко развернувшись, мы увидели стоящего в пяти шагах от нас колоритного старичка. Нет, не выглядел он сгорбленным и шамкающим. Наоборот. Представительный, с осанкой явно бывшего военного и холодными голубыми глазами. Окладистая седая борода и аккуратно, словно у парикмахера, уложенные седые волосы. И, естественно, с массивным белым посохом, украшенным замысловатыми узорами.
Сократ.
Уровень 70.
Философ.
— А вы кто? — спросил я и понял, что задал глупый вопрос. Ожидал получить советующий ответ, но…
— Я философ Сократ. А вы те, кто хочет попасть в морские пещеры?
— Да, — кивнул я, — можете помочь?
Вторую часть вопроса философ проигнорировал.
— А зачем вам нужно в морские пещеры? Это очень опасное место! — его глаза как-то оценивающе осматривали нас.
— В Храм Посейдона нам нужно, — я решил, что раз тут стоит старик 70-го уровня с таким именем, то есть причина.
— Хм, — погладил бороду Сократ, — люблю честных и прямых людей.
— Пытаемся открыть ворота, — пожаловался Геракл, — но не знаем, как это сделать.
— Единственная истинная мудрость — в осознании, что мы, по сути, ничего не знаем, — кивнул наш собеседник, — Назначение философии не в умозрительных догадках и построениях картины мира, а в раскрытии того, как людям следует жить, чем руководствоваться, как оказывать воздействие на других и на самого себя. Повседневная жизнь человека — это искусство. Основное познание должно быть направлено на себя, на деятельность своей души по поиску истины и смысла жизни.
Я не совсем уловил смысл этой фразы. Покосившись на своих спутников, понял, что они испытывали схожие чувства.
— Так вы нам поможете? — решил все-таки попробовать перейти к решению более конкретных проблем.
— Кто хочет — ищет способ, кто не хочет — ищет причину. Захочешь — найдешь время, не захочешь — найдешь причину! — провозгласил седовласый господин, заумные фразы которого меня уже начали утомлять.
— Отец, можешь прямо сказать, а? — видимо, Аврора совсем потеряла терпение, — я понимаю, что ты философ, невероятно начитанный и невероятно умный, но помоги нам открыть ворота!
— Могу, — кивнул тот, — только за это вам придется заплатить. Слова не правильные не кормят, кормят правильные слова!
Внимание:
Философ Сократ оценил вас и готов помочь открыть ворота в морские пещеры Пелопоннеса за 5000 драхм с каждого, кто хочет пройти в них.
Вы согласны?
Да/нет.
— Вот это да! — восхитился Орфей, — ты черной икрой с устрицами, наверно, питаешься и мраморной говядиной закусываешь?
— Не знаю, о чем ты, юный поэт, говоришь, — покачал головой тот, — Голод — лучшая приправа к пище!
— Ну а…
— Орфей, помолчи, — остановила его Аврора, — не зли старика. Сбрасываемся. У всех деньги есть. Переглянувшись, все кивнули. Я тоже расстался с пятью тысячами золотых, которые исчезли из моего инвентаря после нажатия кнопки «да».
— Правильно. Деньги приходят и уходят, а мудрость всегда с тобой остается.
Произнеся это, он подошел к воротам и несколько раз стукнул в них своим посохом. Раздался громкий скрип и массивные створки открылись.
— И за это заплачено столько денег? — все не унимался Орфей, несмотря на шиканье остальных.
— Ты чем-то недоволен, юноша? — прищурившись, посмотрел на него Сократ.
— Да ты — старый обманщик, — презрительно фыркнул Орфей, — давно меня так не разводили. Я…
Философ почал головой и просто ткнул своим посохом говорливого игрока. В следующую минуту на глазах изумленных соратников Орфей растаял, оставив после себя кокон.
— Э… — только и смог выдавить я.
— Не переживайте, молодые люди, — хмыкнул Сократ, — знаю, что вы бессмертные и воскресаете, но ваш невоспитанный друг сможет сделать это только завтра. Понимаю, что можете подождать до завтра, но я не могу оставить без внимания необъяснимое хамство и бесцеремонность. Поэтому, либо вы сейчас продолжаете путь без своего наглого спутника, либо ворота закроются, а завтра я могу не захотеть их открыть. Хотя, если увеличить плату за открытие раз в пять… — он ехидно посмотрел на меня.
— Нет, мы пойдем, — поспешил успокоить я Сократа, забирая кокон.
— Идите! Но помните! Смерть может быть величайшим из всех человеческих благ.
Замечательное пожелание, ничего не скажешь…
Мы поспешили отойти подальше от странного философа. Морские пещеры оказались весьма скромными. Морскими они, наверно, назывались только из-за близости моря, так как внутри оказались абсолютно сухими. Огромный зал, усыпанный живописно разбросанными по земле камнями. В метрах тридцати возвышался тот самый Храм Посейдона, о чем говорила фигура бородатого старика с трезубцем на фронтоне. А так можно было давать задания на нахождение отличий этого храма от того же Храма Зевса. Кроме скульптуры никаких не нашлось. Привязавшись, мы отправились на поиски третьего ключа.
Вы вошли в Храм Посейдона.
Защита от Магии Воды +5.
Защита от Магии Огня — 5.
Храм встретил нас тишиной и прохладой. Кстати, в нем было на удивление чисто, да и выглядел тот зал, в котором мы оказались, весьма нарядно. Пол выложен цветной плиткой. И по всей площади разбросаны небольшие прямоугольные бассейны.
Мы построились так, как нам было привычно, и двинулись вперед. Но едва сделали несколько шагов, как вода в бассейнах начала бурлить, и из них стали выбираться странные твари.
Истинная Медуза Горгона.
Уровень 40.
Я вовремя вспомнил, что мы с Медузой Горгоной встречались, но это было в самом начале игры. Запомнилась как она, так и ее мелкие соратницы. Прекрасное человеческое лицо, стройное, практически полностью обнаженное тело, но портящие картину красные глаза, змеи, шипевшие в распущенных волосах и сверкающая чешуя, покрывавшая тело ниже поясницы. Ну и, конечно, острые стальные когти на пальцах. Истинная Медуза Горгона фигурой походила на обычную, но вот лицо… Ничего красивого в нем не было! Какое-то зеленое, искаженное странной кривой улыбкой. И здесь их было много. Я, по крайней мере, насчитал с десяток. И, в отличии обычных Медуз, эти «красавицы» имели четыре руки. И в каждой была зажата тонкая длинная сабля. Мало того, выяснилось, что эти твари еще и очень быстро передвигаются.
Но наши «танки» встретили Медуз во всеоружии. Обнаружился и еще один неприятный «сюрприз» — эти твари все были бойцами ближнего боя. Не успел первый десяток схватиться с нашими «танками», как из бассейнов выбрался еще один. Тут мы их накрыли дальним огнем. Огненные шары, стрелы, молнии….
Из второй линии врагов уцелело всего пятеро, а вот наши два «танка», оставшиеся после гибели Орфея, начали пятиться под усиленным натиском десяти врагов. Хотя, тут помогли мантикоры Кассандры, которые, пикируя на Медуз, словно надоедливые мухи мешали им, отвлекая от схватки. Рубилово было отчаянное, особенно когда появилась третья волна из еще десяти Медуз. Радовало, что они шли не сразу, а спустя какое-то время. И поэтому, когда третья волна добралась до «танков», противников из первой и второй осталось всего пять-шесть…
Поняв, что третья волна оказалась последней, мы все, за исключением Кассандры и Асклепия, бросились в ближний бой. Наша помощь оказалась весьма своевременной. Все вместе, при помощи воздушной поддержки питомцев Кассандры, оттеснили врагов и, в конце концов, добили их. Мы не потеряли никого из отряда, но бутылок с маной и жизнью эта битва сожрала несчетное количество. Слишком живучими оказались противники.
— Тяжеловато, — заметил Геракл, когда, собрав оказавшийся не особо прибыльным лут, отправились дальше к виднеющимся в конце зала дверям. Пройдя между бассейнами, в которых вода теперь стала кроваво-красной, вошли в двери и оказались в следующем зале. И вот тут я завис. Это был какой-то сюрреализм. Перед нами раскинулось большое озеро. На ровной водной глади в сетчатой разметке покачивались корабли. Нет. Это были не настоящие корабли. Создавалось впечатление, что перед нами выстроилась какая-то игрушечная флотилия, если судить по миниатюрным размерам. Сами корабли в мерцающих белым цветом ячейках походили на своих настоящих собратьев. Я невольно залюбовался. В верхнем углу ячеек было что-то написано… Я присмотрелся. Латинские буквы и цифры. До боли это напоминало… Перед флотилией возвышалась высокая стена воды, деля озеро на две половины и полностью закрывая обзор второй части.