Когда мальчики спохватились, что кожи Угу уже нет на пальме, Арамемба давно и след простыл. Они пустились за ним в погоню. Но он кинул им пустую кожуру от кокоса. Они приняли ее за кожу Угу и остановились, чтобы подобрать.
Арамемб пришел к реке Биан с кенгуру, который все время скакал за ним. Он переплыл на лодке на другой берег и встретил там своего родственника. Звали его Бевра22.
Нгейс23,—сказал Бевра Арамембу, — дай мне твоего кенгуру.
Но Арамемб не захотел расстаться с кенгуру. Тогда Бевра тайком от Арамемба убил его кенгуру, а мясо испек на костре. Арамемб сделал вид, будто ничего не заметил, сел к костру Бевры и стал жевать свой бетель. Потом Бевра взял обгорелую шерсть кенгуру и насыпал ее Арамембу в калебасу для извести. Однако Арамемб заметил эту проделку. Он взял калебасу, поднес ее к уху и услышал внутри жужжание. Обгорелые шерстинки кенгуру превратились в москитов. Не успел Бевра опомниться, как Арамемб стукнул его по голове калебасой, да так, что калебаса раскололась.
Рой москитов закружился вокруг головы Бевры. Бевра вскочил и кинулся бежать. Он добежал до деревни Вояу, что на реке Биан. Москиты всюду его преследовали. Он никак не мог от них избавиться. Наконец в отчаянии Бевра прыгнул в реку. Еще и поныне в Вояу живут демы-москиты. Из этих мест произошли все прочие москиты24.
Арамемб же взял под мышку кожу Угу и пошел дальше. Скоро он пришел в Онгари. Там на берегу сидели мальчики. Они увидели приближающегося Арамемба и сговорились отнять у него кожу Угу. Взявшись за руки, мальчики загородили Арамембу дорогу и стали припевать: «Бабу, валумассу! Бабу, валумассу!» Арамемб побежал к морю, и мальчики побежали к морю. Он попытался взбежать на каменистый берег25, и мальчики туда же. Так он бегал то туда, то сюда, но мальчики все время следовали за ним. Он вверх, и они вверх, он вниз, и они вниз.
Так продолжалось до самой темноты. Наконец Ара-мембу удалось прорваться, и он продолжил свой путь в Каибур. Всю дорогу он пританцовывал и напевал:
Арамемб-а э! Бале куамин, Изок куа-мин
Арамемб! Он появился в Бале, он появился в Изок.
Уар-ка-нок, Йогум-ка-нок
Я — огромный аист Йогум.
Билум, Билум э! Мелью удуп э! Вапенг, Вапенг э!
Последние слова перечисляют места на побережье, где проходил Арамемб. Бале и Изок находятся близ устья реки Биан.
Не доходя до Каибура, Арамемб услышал со стороны берега крики.
— Слышите, кто-то шумит там? — спросил он встречных мальчиков из Каибура.
— Это Явима26,—отвечали мальчики. — Его укусила в ухо змея, вот он и кричит.
Когда Арамемб был в Мелью, одна женщина стащила у него цамбу27 и повесила на дерево. Арамемб заметив пропажу и вернулся в Мелью. Там он увидел свое цамбу в ручье. Но это было всего только отражение. Он поднял глаза и увидел цамбу на дереве. Оно покачивалось на ветру. На дереве сидели женщины и смеялись над Арамембом.
— Ах вы, собачьи жены! — стал ругаться он. — Отдайте мне мое цамбу!
Но женщины продолжали смеяться и дразнить Арамемба. Они опускали цамбу перед самым его носом, но едва он собирался его схватить, вздергивали наверх. Арамемб был взбешен.
— Отдайте мне мое цамбу! — все кричал он. Но так ничего от них и не добился и отправился в Кумбе.
Не доходя до деревни, он заглянул на огород, где рос уати28, принадлежащий его другу. Там он спрятал кожу Угу в дупле панданового дерева. А сам лег спать, потому что очень устал с дороги.
Утром Арамемб увидел, что кожу Угу обгрызли крысы. Он расстелил ее, чтобы рассмотреть как следует, но тут, к его досаде, на огород пришел его друг. Он сел рядом с Арамембом, и они вместе стали жевать бетель.
Друг Арамемба увидел кожу Угу и спросил, что это такое. Но Арамемб ответил уклончиво.
Некоторое время спустя они собрались вместе пойти в Анаси. Арамемб улучил минуту и опять спрятал кожу Угу в ствол панданового дерева. Ему казалось, что друг этого не видит. Но он ошибался. Ночью тот тайком вернулся в Кумбе, достал из дупла кожу Угу и убежал с ней в Новари.
Однако и он недолго владел ею. Однажды в Новари пришли люди из Сарора. Они принесли ротан, чтобы обменять его на раковины. Один мужчина, по имени Гина, увидел кожу Угу в корзине для бетеля. Корзина принадлежала одной женщине. Гина увидел, как эта женщина пошла на берег и положила кожу Угу в воду. Кожа тотчас растянулась и стала огромной. Ночью Гина прокрался в женский дом, украл кожу Угу и спрятал ее под своими лубяными косицами (моюб). Никто этого не заметил. Так кожа Угу попала наконец в Сарор, где она находится и поныне.
Арамемб же из Кумбе отправился на своей лодке в Браву (близ Новари). Там он воткнул шест в берег, привязал к нему лодку и пошел в деревню. На берегу в это время играли мальчики и девочки. Они сначала забрались в лодку Арамемба, а потом вышли на берег и отвязали ее. Отлив унес лодку в море. Арамемб вернулся на берег и увидел, что его лодка далеко.
— Что вы наделали! — закричал он на детей и погнался за ними с палкой. Но они попрыгали с берега в воду и превратились в рыб. Мальчики превратились в рыб банг-а-банг 29, а девочки — в рыб рубри30.
В Браве Арамемб совершил ряд странных поступков, о которых маринд рассказывают неохотно, потому что многое тут опять же связано с обрядами Майо. Арамемб искал здесь девушку для предстоящего обряда. Рассказы об этом очень разнятся. Одни сообщают о большом празднике Майо, состоявшемся в Браве, другие говорят, что действие происходило в Сариру и Кондо, третьи — в Майо близ Йормакана. Все дальнейшие рассказы об Арамембе вообще окутаны покровом таинственности. Часто речь идет просто о непристойных историях. Можно утверждать, во всяком случае, одно: в Браве обитает загадочный и страшный дема, который приносит всяческие болезни и вообще беды. Трудно сказать, насколько его можно отождествлять с Арамембом; к сожалению, неизвестны мифы, которые могли бы прояснить именно этот вопрос.
Из многих мифов можно заключить, что именно здесь, в Браве, произошло когда-то некое впечатляющее событие. Весьма возможно, что это было падение метеорита, давшее толчок разным легендам. Например, рассказывают, как Арамемб бросил вверх свою палицу и она упала на землю близ Бравы в виде пылающего камня. Другие ставят это событие в прямую связь с солнцем и рассказывают, как солнце (дема солнца) послало на землю своего сына — метеора (Уаи).
Не приходится удивляться, что Брава оказывается вообще местом действия самых различных мифов. Если где-то когда-то упал прямо с небес огонь, если видели, как с неба сошел дема в своем телесном обличье, — все эти события переносятся в Браву и связываются с Бравой. Местные жители сообщают также, что в Браве находится Дакум-дема, т. е. дословно «дема пупка». Слово «дакум» вообще означает начало, происхождение. Местные жители не раз говорили мне, что этот Дакум-дема и есть мифологический родоначальник культа Майо — Мойу, т. е., возможно, тут что-то тоже связано с возникновением церемоний Майо. Дакум-дема известен и в Кондо. Наконец, третий Дакум-дема, по свидетельствам местных жителей, обитает в Имо, близ Саигасе. Это Имо-дакум-дема. Но какие-либо подробные свидетельства на эту тему отсутствуют.
Умалчивается и об участии Арамемба в церемониях Майо. Рассказчики сходятся лишь в том, что Арамембу путем всяких непристойных проделок удалось заполучить для предстоящих церемоний Майо много девушек, так что празднество приобрело весьма скабрезный и разгульный характер. Вместо красной краски Арамемб разрисовал себе лоб кровью девушек. В результате на лбу у него выросли два красных попугая. Вместо кокосового масла он натерся спермой. Тогда из его плеч и затылка выросли клубни ямса, причем разных сортов. Он срывал побеги с затылка и высаживал в землю. Так возник ямс. Арамемб засадил им обширные поля между Явимой и Тораси31. Здесь вообще выращивают почти исключительно ямс.
Одна женщина пробежала через его поле, только что засаженное ямсом. Арамемб рассердился и пустил в нее стрелу. Спасаясь от стрелы, женщина забралась в свою корзину для бетеля и превратилась в кускуса (банга) 32.
Позднее Арамемб опять вернулся на запад. Он прошел Явиму, Дабояс, Тали (на реке Кумбе) и добрался до Дигула, где исчез. С тех пор о нем ничего не известно. Осталась лишь его палица в Браве. Она там находится и сейчас (вероятно, здесь был найден метеорит).
То, что Арамемб, согласно мифологическим преданиям, исчез бесследно, отличает его от других дем. Некоторые говорят, что он ушел в море, другие — что в Дигул, третьи — что он зажигал огонь на праздниках Майо (как У аба) и при этом сгорел. Из другого, более давнего и уже забытого свидетельства можно, по-видимому, заключить, что Арамемб превратился в птицу уар и улетел.
Однако все рассказчики сходятся па том, что у Арамемба не было потомков, которые стали бы людьми. От пего лишь различным образом произошли всякие странные демы, а уже от них, в свою очередь, люди, животные и растения, находящиеся в родстве с Арамембом. Поэтому не существует племени арамемб-рек.
Рассказывают еще, что Арамемб до конца оставался холостяком. Он всегда путешествовал и нигде не имел постоянного жилища.
Таким образом, Арамемб представляет собой личность, занимающую в мифологии маринд совершенно особое место.
В мифах о Явиме также много умолчаний, мистической таинственности, поскольку и они восходят к обрядам Майо.
Явима пришел из Сангасе с девушкой, чтобы принять участие в празднике Майо. По пути он с этой девушкой переспал, и она родила болотную змею — ацанид. Зта змея укусила Явиму в ухо. Тогда он бросил прочь свое гари33 и стал с воем носиться взад-вперед по берегу, жалуясь на невыносимую боль. А девушка убежала.
Тем временем из Онгари по берегу шел Арамемб, держа под мышкой кожу Угу. Вдруг он услышал, как кто-то кричит: