Однажды Тиитии решил, что следует собрать вместе все ветры, которые дуют на свете, и соединить их в скорлупе одного кокоса [394]. Тогда сразу бы стало и приятно, и радостно, и прохладно.
Тиитии собрал все ветры, дувшие на Уполу. Но на Саваии оставался еще один ветер — западный ветер Лаи. Тиитии послал на Саваии своих людей, приказав им поймать западный ветер и упрятать его в кокосовую скорлупу. А Фату-ати и Фату-ата, прибыв туда, увидели красную собаку, гулявшую у входа в какую-то пещеру. Они вернулись к Тиитии и сказали ему, что им очень хочется заполучить эту собаку. И вот Тиитии отправился ловить ее.
Собака тем временем успела скрыться в пещере. Едва Тиитии вбежал в пещеру, как вход в нее замкнулся. Так Тиитии погиб в пещере, а все потому, что то была не обычная собака, а дух — аиту Сале-вао [395].
И до сих пор западный ветер по-прежнему дует с Саваии, и от него, не успев дозреть, падают плоды фруктовых деревьев, кокосовых пальм, хлебных деревьев. При этом обычно говорят: "Погиб наш урожай, погиб совсем, загубленный западным ветром". И есть поверье, что ветер этот берется из нетленного тела Тиитии.
Примечание № 60. [57], конец XIX в., о-в Уполу с самоанск.
Таланга, Тиитии — самоанские названия Мауи Аталанга (Атаранга) и Мауи-тикитики (Мотикитик) соответственно. Ср. здесь аналогичные ротуманский, тонганский и ниуэанский мифы (№ 6, 87, 89, 125). В разных вариантах хозяином огня является либо дух землетрясения, либо (дух-) предок Мауи, либо хтоническое существо мужского или женского пола.
61. [Как были собраны вместе ветры, дующие на Самоа]
Однажды Тиитии, сын Таланга, отправился в плавание. Тут подул туаолоа [396], и Тиитии приказал:
— Поймать его и спрятать у меня в лодке. Это плохой ветер.
Затем подул один из северных ветров, мату, и Тиитии велел:
— Поймать его, это скверный ветер, он приносит бури.
И этот ветер был пойман и надежно спрятан в лодке Тиитии.
Вскоре поднялся матауполу [397], приносящий дождь. Его Тиитии тоже счел дурным, и он тоже оказался у него в лодке. Вслед за ним задул тоэлау [398]. И его решено было поймать: слишком он силен. За тоэлау поднялись новые ветры — лауфала, фаатиу, пии-папа [399]. Про все эти ветры Тиитии сказал, что они плохи, и все они были скоро собраны в его лодке.
Ветер тонга[400] был ничуть не лучше остальных — ведь он несет с собой дожди, а на людей нагоняет тоску и слабость.
Последним же задул легкий, приятный ветерок, и Тиитии сказал:
— А вот этот ветерок пусть гуляет на свободе. Без него и на суше и в океане придется плохо. И к тому же мне нравится, как он треплет мне волосы.
Примечание № 61. [56], вторая половина XIX в., с англ.
Ср. № 60, где также изложен сюжет о собирании ветров. Следует иметь в виду, что одно и то же название может обозначать разные ветры в зависимости от географического положения островов Полинезии.
62. Сина-асаулу
Благородная Сина-асаулу жила на диком, скалистом и пустынном берегу между нынешними местностями Салаилуа и Лата [401].
Вождю с острова Тутуила, носившему имя Лата, очень хотелось завязать дружбу с благородной Синой. И вот как-то Лата прибыл к ней и спросил, чего бы ей хотелось с его острова, с Тутуила, ведь он бы мог привезти ей оттуда все, что она пожелает. В ответ госпожа спросила его:
— А от меня чего ты хочешь?
— Пусть в твоих владениях будет построена для меня лодка, — отвечал Лата.
— Хорошо, — согласилась госпожа, — ты же привези мне со своего острова поющую раковину пу [402].
Вождь отправился в свой край на поиски поющей раковины, а Сина занялась приготовлениями, необходимыми для строительства лодки. Она велела своим мастерам отправиться в лес, выбрать там подходящее дерево и приступить к сооружению лодки. Мастера тотчас же отправились в лес. Но, отдавая им приказ, Сина забыла поговорить с духом, охранявшим тот лес, — не попросила у него ни разрешения, ни помощи [403]. И тогда дух тот пришел туда, где лежало дерево, которое мастера выбрали для лодки и которое они уже успели повалить, и сказал дереву:
— Слушай меня, дерево. Никто не валил тебя, ты никуда не падало. Пусть сейчас же соединятся ветви твои и ствол. Поднимайся и вставай, я приказываю тебе, слышишь?
Дерево тут же ожило и поднялось.
Мастера вскоре снова пришли к тому месту, но поваленного дерева не нашли. Вернувшись к своей госпоже, они рассказали ей об этом, и она сразу догадалась, какую совершила ошибку. Сейчас же отправилась она просить прощения у духа. Дух сказал ей, что она и вправду разгневала его, но госпожа не стала долго разговаривать с ним, а скорее снова позвала мастеров и велела им приниматься за дело. И вот уже на берегу стояла готовая лодка, и мастера были свободны.
А тут с Тутуила прибыл Лата с обещанной поющей раковиной. Она была завернута во множество тутовых листьев. Лата сказал благородной Сине:
— Вот твоя поющая раковина. Только не спеши разворачивать этот сверток. Дождись, пока скроется за горизонтом верхушка моей мачты, той, что на построенной лодке, а уж тогда начинай распаковывать сверток.
И она послушалась Лата. Лодка уплыла, и только когда она уже совсем скрылась из виду, Сина принялась разворачивать сверток с той самой раковиной, которую ей так хотелось иметь. Она снимала один тутовый лист за другим — а их было чуть ли не сто — и наконец увидела свою раковину. Но это была вовсе не раковина пу, а лишь простая раковина палаау [404]. Тут Сина впала в страшный гнев и стала осыпать проклятиями и саму лодку, и всех, кто сидел в ней. Было приказано сейчас же вернуть лодку к ее берегам и разбить в щепки.
И вот лодка была возвращена к берегам Сины-асаулу, разбита, расколочена в щепы, а все и всё в ней обратилось в камень. Лата тоже погиб на том самом берегу, и оттого-то берег получил свое нынешнее название — Лата.
Примечание № 62. [57], конец XIX в., о-в Саваии, с самоанск.
Известный полинезийский сюжет "лодка Рата", здесь существенно измененный. Ср. здесь № 63, Предисловие.
63. Лодка Лата
В Тафангафанга — есть такая местность [405] — построили для Лата лодку. Он пустился на ней в плавание и достиг острова Саваии. Вот почему одна из местностей на острове Саваии носит название Лата.
Покинув Саваии, Лата поплыл дальше и достиг островов Тонга. Там, на тонганской земле, он скончался; тонганцы же бережно разобрали его лодку на части, чтобы понять, как она построена, и научиться делать такие суда.
Им удалось построить лодку, и с тех самых пор на лодках и появились такие приметные домики, какие и сейчас можно увидеть на палубе, — фале-фаамануа [406]. Домик, открытый с одной стороны, располагается на одной из палуб двойной лодки.
Вот и вся история о Лата.
Примечание № 63. [40], конец XIX в., о-в Мануа, с самоанск.
64. Тинги и Лау
Тинги был благородный и знатный человек из Амоа [407], Оло — благородный и знатный вождь в Фалелатаи [408], а Лау была дочерью благородного вождя из Танга [409], первой красавицей своего края. Ее, эту прекрасную знатную девушку, сватали многие вожди Самоа. Она же выбрала благородного Оло и стала жить с ним.
Вот как-то в Танга прибыл из Амоа высокородный Тинги; прибыв туда, он сразу направился к дому Оло и Лау. Лау обратилась к нему с вопросом:
— Куда ты направляешься, благородный господин?
— Я ищу балансир для своей лодки, — отвечал Тинги.
На самом же деле ему не нужен был балансир: он искал не балансир, а жену.
В это время Оло как раз не было дома, он ушел в море ловить рыбу. В его отсутствие Тинги лег с Лау и сделал ее своей женой.
Вернувшись, Оло застал у себя дома Тинги и сказал ему:
— Останься, отдохни у нас, благородный мореплаватель!
Оло спросил у Тинги, откуда тот прибыл. Тинги отвечал ему:
— Я прибыл сюда с берегов Фаасалелеанга.
Тогда Оло спросил, куда и зачем держит Тинги свой путь. Тинги отвечал:
— Я ищу балансир для своей лодки.
— О, — воскликнул Оло, — здесь в лесу немало крепких деревьев, древесина которых может пойти на балансир!
Оло искренне поверил, что Тинги ищет балансир для своей лодки.
Он сказал Тинги:
— Прекрасно, завтра утром мы с тобой отправимся в лес, и ты сможешь подобрать себе древесину для балансира.
Наутро Оло и Тинги отправились в лес за древесиной для балансира. Оло сразу забрался в самые заросли, а Тинги быстро вернулся к Лау. Опять было все как накануне. Когда же Оло вернулся, Тинги сказал ему:
— Приветствую тебя. Мы разошлись в твоем лесу, потому что я в нем впервые и плохо его знаю. Мне пришлось довольно скоро вернуться сюда.
И вот уже Тинги отплыл оттуда в свой край, а Лау в положенный срок родила сына — от Тинги.
Лау с сыном жила по-прежнему в той же земле. Мальчик вырос, стал сильным и крепким. Как-то Оло взял его с собой забрасывать невод. На берегу Оло сказал мальчику:
— Сынок, когда я закину невод, скорей беги сюда.
И вот Оло закинул невод, а мальчик нагнулся и стал рассматривать песок и воду у берега. И вдруг из лужицы на берегу выпрыгнули две молодые рыбки манини