— Проклятая палка! Моя еда не готова!
Он закопал вертел в угли и опять заснул. Проснувшись, он потянул носом.
— М-м-м… Пахнет чем-то вкусным.
Он вынул еду, зажаренную на углях. Капуста была мягкой и нежной, когда он ее вынул. Он подпрыгнул и запел:
Так они будут готовить ее,
Так будут жарить ее в горячих углях,
Так индейцы будут готовить капусту.
Затем он опять отправился за капустой. Собрав капусты, он опять изжарил ее. Тсмихвен набрал камней, сложил их в костер и, когда они нагрелись, сделал очаг. В нем он изжарил капусту. Пока она готовилась, он сплел несколько блюд. Еда была готова. Он положил капусту на блюда и наполнил их все.
Но он все еще был совсем один. Он подумал: «Я устал жить один. Я сотворю нескольких женщин и назову их своими детьми».
Так он и сделал. Он надрал осиновой коры, принес домой, расщепил ее и вырезал из нее две женские фигурки. Затем он взял заостренную палочку и, указывая на вырезанные фигурки, сказал:
— Девушки! Поднимайтесь! Не спите так долго! Поднимайтесь, у нас много дел.
И девушки поднялись. Они оказались довольно красивы.
— Дети мои! Вы должны называть меня «мой отец!» или просто «отец».
Так они и сделали. Девушки оказались работящими.
Тсмихвен замышлял недоброе.
— Мы пойдем к устью реки и будем вялить лосося.
Они переселились к устью реки. Иногда тсмихвен не возвращался на ночь домой.
— Куда ты ходишь, отец?
— О, я играю в меченые палочки1 с Воронами.
Однажды он вернулся с простреленной шеей.
— Ох-хо, я скоро умру. Когда я умру и вы похороните меня, не засыпайте мне лицо. Вы должны ходить прямо над моим лицом2. И если здесь появится человек, вы должны взять его в мужья. Тогда вас станет много.
Так сказал тсмихвен девушкам. Когда он умер, они похоронили его так, как он просил.
Через пять дней действительно пришел некий человек. Старшая сестра была готова взять его в мужья, но младшая сказала:
— Сестра! Этот человек очень похож на нашего отца.
— Как он может быть нашим отцом? Ведь отец умер.
— Э-э, может быть, он не умер, а только притворился.
Старшая сестра рассердилась. Она не хотела брать пришедшего человека в мужья.
— Ты обманываешь меня. На самом деле ты мой отец. Как же ты можешь быть моим мужем?
— Но я не твой отец! Ты осиновая кора, два куска осиновой коры!
Девушки тогда собрались и ушли от него.
— О, другие люди придут в эту страну, и они будут поступать так даже со своими детьми.
Затем тсмихвен ушел сам. Он собирался обойти всю страну. Он хотел сделать водопад. Для этого он бродил по стране. Так он пришел на реку Колумбия и создал на ней водопад.
— Хей! Я не могу переправиться через реку. Я сделаю мост, чтобы переправиться.
Тсмихвен продолжал бродить по стране. Везде он делал запруды. Затем он вернулся в страну кус. Он женился. У него родился сын. Он рос и стал таким же, как отец. Он поступал так же, как его отец.
Тсмихвен шел берегом океана и пришел к какому-то дому. В доме была одна старая женщина. Ее дети отправились на охоту. Когда она увидела человека, подходящего к дому, она подумала: «Возможно, это идет тсмихвен».
— Есть тут кто-нибудь?
Старая женщина испугалась и ничего не ответила. Тсмихвен вошел в дом.
— Ты одна?
— Да, — с неохотой ответила старуха.
— Почему же ты не впустила меня?
— О, я не слышала тебя.
— Ха, ты лжешь!
Он набросился на старую женщину. Оставив ее лежать с пеной у рта, он вышел из дома и улегся спать в бане. Когда сыновья старухи вернулись с охоты, они увидели свою старую мать, лежащую с пеной на губах. Юдин из братьев увидел в бане спящего тсмихвена. Он сказал об этом братьям:
— Хорошо же. Мы расправимся с ним.
— Но каким образом?
— Очень просто. Мы сделаем вид, что выходим в океан ловить рыбу, и позовем его с собой.
— Дядя! Иди! Мы собираемся рыбачить.
— Хорошо, племянник, я пойду. — Так ответил им тсмихвен.
— Поторапливайся, дядя, мы должны спешить, потому что отлив очень сильный. Нам нужно будет поспешить.
— Иду, племянник, иду.
Они спустились к воде.
— Забирайся в каноэ, дядя.
Он забрался в лодку.
— Ты должен лечь на дно, дядя, тебе нужно будет накрыться.
— Хорошо, племянник.
Он лег на дно каноэ, и братья накрыли его. Потихоньку от него они привязали к каноэ тонкую веревку и оттолкнули его от берега. Пока каноэ выплывало в открытое море, они наблюдали за ним. Когда тсмихвен поднялся, он обнаружил, что один в лодке. В лодке была рваная корзина и недоделанная плетеная шляпа. Больше не было ничего — ни единой вещи, даже весла. Из воды высунулся тюлень.
— Гей, пошел прочь!
Тюлень не уходил. Он вновь вынырнул возле лодки, а когда он показался в следующий раз, тсмихвен набросил на него шляпу.
— Когда будущие люди увидят тебя, ты не сможешь ничего им сделать. А твоя голова будет как эта шляпа.
Затем показался кит и выпустил фонтан.
— Убирайся. Я боюсь тебя!
Тсмихвен взял недоплетенную корзину с рваными краями и бросил в пасть киту.
— Ты не сможешь никого укусить, ты будешь беззубым, а это будет торчать у тебя в глотке. И ты не сможешь никому причинить зла.
Потом он задумался. «Что, если я прыгну в эту пасть?»
Он прыгнул, и кит проглотил его. Братья на берегу наблюдали за ним.
— Он прыгнул в кита!
Они подтянули каноэ к берегу за привязанную к нему веревку. Тсмихвен был теперь в чреве кита. У него был маленький нож, которым он прорезал внутренности кита3. «Теперь-то его прибьет к берегу», — подумал он.
Действительно, вскоре кита прибило к берегу. Сначала он качался на береговом прибое, а затем его вынесло на берег. Тсмихвен прорезал отверстие в туше и выбрался наружу. Он ничего не видел. Потихоньку он вскарабкался на берег, нащупал бревно и прилег за ним.
Спал он долго и проснулся от боли. Сильно пахнущий муравей укусил его.
— Эй, что ты делаешь? Кусаешь своего вождя? Так ты будешь поступать с будущими людьми и с теми, кто придет вслед за ними издалека. Так же ты будешь кусать женщин.
Вот что разбудило его. Он протер глаза, осмотрелся и направился к лесу. В лесу он набрел на поваленные бурей большие деревья, нашел ствол с большим дуплом и спрятался в нем.
— Закройся!
Дерево на самом деле сомкнулось. Он стал звать на помощь родных. Никто из них не откликнулся на его зов. Тем же, кто пришел на его крики, он отвечал:
— Я не звал вас! Убирайтесь прочь. — И они уходили.
Тсмихвен звал снова и снова, но никто не приходил. Затем прилетел красноголовый дятел и проделал дырочку в дереве. Тсмихвен опять готов был напроказничать.
— Эх, до чего же хороша у тебя грудка! — Он хотел потрогать грудку дятла.
Дятел собрался улететь.
— Эй, я не стану дотрагиваться до тебя. Моя рука случайно коснулась тебя.
Дырочка стала чуть больше. Тсмихвен схватил птицу за перья на голове.
— Ну не хороша ли она!
Он хотел украсть у дятла несколько перьев. Птица вырвалась и улетела.
— Эй-эй, племянница! Иди ко мне, иди ко мне! Я ничего тебе не сделаю. Иди сюда! Я только играл с тобой.
Но дятел так и не вернулся. Поэтому тсмихвен расчленил себя на маленькие кусочки и выбросил их через дыру. Он выбросил все части своего гела через дыру — иначе он не мог выбраться. Выбравшись наружу, он собрал части своего тела. Но ворон успел украсть его внутренности, а глаза выкрал канюк4. Так что он отправился дальше слепым и без внутренностей.
Лишившись глаз, тсмихвен мог только слышать голоса играющих детей, так что он пошел на голоса, туда, где играли, дети.
— Эй… дети. Идите сюда! Видите это страшилище там?
Дети подошли к нему.
— Где, дядя?
— Подойдите ближе, чтобы рассмотреть.
Дети подошли к старику, он схватил одного из них, вынул его глаза и вставил их себе.
— Вы все будете слепыми, и имя вам будет улитки. Так вас будут называть. Весь ваш род будет слепым.
Так он сказал тем, у кого украл глаза. Затем он отправился дальше.
Тсмихвен нашел землянику и стал есть ее. Он ел и ел, но никак не мог наесться. Он оглянулся и увидел, что все съеденные им ягоды остаются позади него на земле.
— Ох, я забыл, что у меня нет желудка!
Он вспомнил о диком пастернаке.
— Я сделаю из него внутренности.
Он собрал овощи и запихнул в себя. Но они все время выпадали.
— Я заклею задний проход смолой.
Так он и сделал. Затем тсмихвен отправился дальше.
Он увидел играющих детей и подошел к ним.
— Эй, во что вы играете?
— О, мы прыгаем через костер.
— Дайте-ка, я попробую.
Он тоже прыгнул через огонь, смола на заднем проходе растаяла, и внутренности вывалились.
— О, я забыл о смоле!
Тогда он схватил одного из детей и выкрал его внутренности. Ребенок остался без внутренностей. Тсмихвен сказал:
— Будущие люди будут поступать так же.
Он отправился дальше, увидел дом и подошел к нему.
— Гей, сестра! Я поживу немного здесь, я пришел издалека повидать тебя.
Он остался в доме. У его сестры были дочери. Однажды тсмихвен разжег возле дома костер.
— Идите, девочки, посидите здесь!
Они присели возле огня. Он ударил по костру ногой, и девочки упали в страхе5.
— Ты, — сказал он одной из них, — пойдешь со мной.
— Сестра! Я иду рыбачить. Я хочу, чтобы эта девочка пошла со мной. Она будет разделывать лососей. Мы сможем заготовить много лосося.
— Пусть она идет!
Они отправились. Тсмихвен задумал недоброе. Они приближались к цели, и он начал шалить. Он обратился к деревьям:
— Большие деревья, упадите! Одно сзади, другое спереди!
Так и случилось. Тсмихвен взобрался на одно из деревьев, но девушка не могла перелезть через него.