Хрустнули сухие ветки под тяжелой обувью. Лично я даже не удивилась, увидев приближающихся к нам риссов. Эдвина и уже знакомых близнецов.
— Прекрасного дня, господин Дивальд. Погода радует, не правда ли? — издевательски протянул Марре, сверху вниз поглядывая на беспомощного Тавиша. Использовать магию, похоже, он сейчас тоже не мог. — Мы наблюдаем за вами некоторое время, и поведение девушки подтверждает, что она — одна из нас. Но если вы станете настаивать на магической экспертизе, я, пожалуй, не стану возражать.
— Не трогай ее, — глухо рыкнул Тавиш.
Тем временем близнецы сбили клетку похожим дротиком, только более яркого серебристого цвета, который мгновенно нейтрализовал магию, и скрутили меня. Где там эта хваленая сила? Даже дернуться нормально не получалось.
— Девушка принадлежит стае, — будто даже с легким сожалением обозначил свою позицию главный рисс.
Дивальд ответил тем же:
— Я тебя закопаю.
— Не слишком ли самонадеянно? Мой тебе дружеский совет: не суйся. — Всерьез его не восприняли. Отмахнувшись от упрямого аристократа, Эд приблизился к Беате и, особо не церемонясь, ткнул ее носком сапога. Когда же она предсказуемо не прореагировала, указал на амулет: — Перенастроить успел?
— Да, — сквозь зубы процедил Тавиш.
— Тогда оставляю это здесь. Не волнуйся, ты очухаешься первый. — Судя по выражению на физиономии, он считал, что поступает благородно, но лично я бы поспорила. Впрочем, зверолюду на мое мнение было начхать. — Берите девчонку и уходим.
В его руке вспыхнул амулет, отблески которого вскоре сформировались в кружащуюся воронку полноценного перехода.
— Пустите меня! Я не хочу в стаю! Грязные животные! Тавиш! Не оставляйте его здесь! — Я билась изо всех сил, но добиться сумела только боли в вывернутых руках.
— Угомоните ее, — лениво распорядился Марре.
Шею кольнуло.
Реальность потихоньку поплыла.
При мысли о том, что Тавиш, даже в случае успешного исхода с Беатой, выбираться из этой глуши может долго, а значит, увидимся мы теперь очень и очень не скоро, если увидимся вообще, на глаза навернулись слезы.
— Держись там. Скоро я приду за тобой. Даже соскучиться не успеешь! — было последним, что я услышала, прежде чем упасть в темноту.
Глава 14
Открывать глаза не хотелось. Действие снотворного зелья еще не до конца отпустило, но даже под ним мой разум помнил, что где-то там есть реальность, в которой меня похитили полузвери, а Тавиш остался в смертельной опасности. Возвращаться в эту недружелюбную действительность разум не желал, я была с ним согласна, а потому лежала смирно, не шевелилась и дышать старалась как можно ровнее.
Поначалу не происходило ровным счетом ничего. Долго. Было тихо и мягко. В такой обстановке меня скоро стал одолевать сон, все же зелье еще действовало. Чувство опасности медленно отступало, мысли становились все более редкими… и тут открылась дверь и послышались голоса:
— Долго она, — мужской, незнакомый.
— Парни переусердствовали и дали ей дозировку, как одной из нас. — Эдвин был спокоен, будто ему не впервой похищать девушек и травить их какой-то гадостью. — Ничего, справится. И вообще, чем дольше она спит, тем позже мне придется успокаивать истерящую риссу.
Истинный мужчина! Натворил дел и в кусты!
Спать расхотелось. Душа требовала мести, но как ее осуществить? С этими нелюдями я не справлюсь. Хотя попытаться можно. Что угодно, лишь бы отвлечься от страха, ледяным клубком ворочающегося в животе…
— Истерящей или разъяренной? — хохотнул второй. — Я бы на твоем месте убрал отсюда тяжелые предметы, а лучше — связал ей руки.
— Ты забываешь, что она полукровка, — возразил Марре и погладил меня по волосам. Интересно, заметил, как я вздрогнула? — К тому же совсем молоденькая. И инстинкты у нее стали проявляться сравнительно недавно, некоторые из них еще вообще спят. Да о чем мы говорим, если у нее даже когтей нет!
А должны быть? Воображение живо представило несколько сочащихся кровью царапин на физиономии главного зверолюда… Да, такое оружие мне бы сейчас пригодилось.
— Слабая. И наверняка проблемная, как все полукровки. — Этот второй мне уже не нравился. Хотя, если он сейчас договорится до того, что меня выкинут вон, буду только благодарна. — Что думаешь с ней делать? Кто у нас есть из свободных мужчин?
— Неважно, — тягуче отозвался Эд и снова погладил мои волосы, задев и щеку. Приоткрыть глаза я пока не рисковала, но чутье подсказывало, что он улыбается. — Эту девочку я оставляю себе. Учитывая, сколько с ней будет проблем, вряд ли кто-то станет оспаривать такое решение. К тому же я и так трех предыдущих невест уступил другим, хотя имел на них все права.
Какая прелесть! А мнение «невест» у них тут спрашивать вообще не принято?
— Вожак и полукровка? — с сомнением пробормотал пока еще неизвестный, но от этого не менее противный тип.
— Будет интересно. — Эд питал странную слабость к моим волосам и щеке, а мне уже отчаянно хотелось «очнуться» хотя бы для того, чтобы попросить тазик с водой и кусок мыла. Чужие прикосновения сводили с ума, и отнюдь не в приятном смысле. — Правда, милая? Не притворяйся, я знаю, что ты уже не спишь. Ты дрожишь под моими руками.
От отвращения. Но тебе я скажу об этом позже.
Приподняв веки, я издала слабый стон, потом подумала немного и изобразила дрожь.
— Как плохо… Все кружится… И голова болит. Вы меня отравили!
Мужчины опасливо переглянулись.
Вот уж не ожидала, что это сработает во второй раз!
— Слэй, живо дуй за лекарем! — скомандовал побледневший Эдвин. — Бегом!
Второго рисса и след простыл.
Сам же глава стаи склонился ко мне, пощупал лоб, который от страха был немного влажный, и участливо забормотал:
— Потерпи, скоро все пройдет. Через минуту тебе дадут снадобье, ты еще поспишь, а потом начнется совсем другая жизнь.
Угу. Вот это-то и пугает.
Бояться одной было скучно, а может, это опять сработали инстинкты, которые почему-то всегда действовали совсем не так, как ожидал зверолюд. В том смысле, что к риссам я была холодна, а вот за Тавиша готова убить. В моменты опасности все страхи пропадали, вот как сейчас. И я, ни на секунду не задумавшись о последствиях, резко выбросила руку вперед и прошлась ногтями по смазливой физиономии.
Когтей у меня действительно не было, зато силы — в избытке, особенно когда злюсь. Эд зашипел и отпрянул, на его щеке стремительно набухали кровью достаточно глубокие царапины.
Полюбовалась на них, и на душе немного полегчало.
— Врушка, — беззлобно вздохнул глава стаи, вытирая бегущие к шее капли. Впрочем, безрезультатно, часть из них уже просочились под ворот его темно-синей рубахи. — И не стыдно тебе?
Мне?! От такого заявления действие снотворного зелья окончательно прошло. Значит, они меня похитили, собираются непонятно что сделать, а стыдно должно быть мне?
— Кто же мог предположить, что ты попадешься на эту уловку дважды? — насмешливо фыркнула я.
— Риссы друг другу не лгут, — объяснил свою доверчивость Марре, недовольно морщась. — Никогда.
— Я не одна из вас! — тут же взвилась я.
Марре оставил напрасные попытки утереть кровь, задумчиво меня оглядел и печально вздохнул.
— Наполовину. Иначе ты бы просто не смогла ранить меня. К сожалению, не всегда эта половина оказывается лучшей.
— Так может, разбежимся? — Я позволила себе понадеяться. — К чему мучиться с ущербной?
Взгляд рисса сделался слегка оценивающим. На четко очерченных губах заиграла улыбка. Еще и дразнит, зверюга неотесанная!
Что-то не нравится мне его настроение.
— Ну зачем я вам такая, а? — спросила жалобно.
— Сила, нежность и терпение могут укротить даже самого неистового зверя, что уж говорить о маленькой полукровке.
Стало немного не по себе. Это ж надо было так попасть! С таким размахом я даже из-за Тавиша не влипала.
На миг наши взгляды столкнулись, но я первая отвернулась. Было действительно страшно, и выхода из сложившейся ситуации не виделось. Совсем никакого.
— Со мной не получится, — заявила с полной уверенностью, подтянула ноги к груди и поплотнее завернулась в одеяло, будто бы оно могло меня защитить.
— Но я все же попробую, — ослепительно улыбнулся заранее считающий себя победителем зверолюд.
— Напрасно потратишь время!
Судя по набежавшей на окровавленное лицо тени, мне собирались ответить что-то резкое, но тут распахнулась дверь.
— Вот… лекарь… — пропыхтел Слэй.
Задыхался он не от бега, скорее от боязни не угодить вожаку.
— Уже не надо! — рявкнули мы с Марре в один голос.
Оба мужчины отступили, явно намереваясь скрыться с наших глаз.
Но оставаться наедине с брачно настроенным зверолюдом мне как-то совсем не хотелось, так что я спешно добавила:
— Только если ему, — и указала на Эда.
Всеобщее внимание вмиг оказалось приковано к моей стушевавшейся персоне. Эд смотрел с искренним возмущением. Как это, его, такого сильного и важного, и к лекарю из-за трех кровоточащих… впрочем, уже не кровоточащих царапин?! Слэй — с недовольством и чем-то похожим на отвращение. Ясно, похоже, полукровок тут жалуют не все. Но я не обиделась, этот подхалим мне взаимно не понравился. И лекарь — просто с любопытством.
Глянув на него, я первым делом определила, что он вообще не рисс, и только потом разглядела знакомые черты.
— Вы?!
— Простите, мы знакомы? — удивился пришедший.
И вот как тут ответить? Я-то была уверена, что он вместе со всеми от лихорадки умер, а он… Здесь, у риссов. Как такое вообще возможно?!
— Вы мэтр Пэйн Говард? — справившись с нервами, я на всякий случай переспросила еще раз. — Я — Михаэлла, дочь вашей помощницы. Правда, она умерла, от лихорадки… Но у нас все считают, что вы тоже умерли, а вы — вот он! Я сама вас не помню, но по портрету узнала, он до сих пор в чернолесской лечебнице висит.
Получилось сумбурно, но я не могла остановиться, пока не выдохлась. Фууух!