Майор оживился.
— Еще как помогут! — Он достал из кармана лист бумаги и развернул его. В списке телемастеров напротив слова "Юбилейный" значилась фамилия Бутырин М. А. Это было уже кое-что. Белоглазов протянул руку. — Спасибо за информацию, Саша. Напоследок, если можно конечно, я бы хотел одним глазком взглянуть на раненого.
— Я не возражаю, — откликнулся Андреев. — Пройдемте!
28
Надежда Ивановна весь вечер прождала сына. Давно уже Ленка, наговорившись с подругами по телефону, легла спать, и даже "гуляка" Сергей уже вернулся с улицы и тоже улегся в постель, а Максима все не было. Нет, конечно, Максим иной раз задерживался с приятелями допоздна, но всегда ставил в известность мать, с кем и где он находится. А сегодня с утра от парня не было ни слуху, ни духу.
Чтобы отвлечься и как-то скоротать время, Бутырина взяла первую попавшуюся в руки книгу и прилегла на диване. Книга оказалась неинтересной, и незаметно для себя мать задремала. Неожиданно громко и тревожно прозвучавшая в тишине трель звонка заставила Надежду Ивановну встрепенуться. Сунув ноги в тапочки, шаркая, она вышла во двор и заспешила к калитке.
К удивлению Бутыриной, на улице было многолюдно. При неярком свете фонаря она разглядела стоявших у калитки милиционера и военного, а невдалеке на обочине большую военную машину, возле которой толпилась группа людей в форме. Надежда Ивановна почувствовала слабость в ногах. Она сразу поняла, что в ее дом пришла беда. Мать привалилась к косяку, беспомощно оглядываясь в поисках сына. Макса нигде не было видно.
— Бутырины здесь проживают? — спросил стоявший ближе всех к хозяйке дома рослый человек в милицейской форме.
Надежде Ивановне было трудно говорить, она лишь кивнула.
— Я следователь районного отдела внутренних дел майор Белоглазов, — представился милиционер и указал на блондина с лицом похожим на вяленую воблу. — Дознаватель военной прокуратуры капитан Меркин. Нам нужен Бутырин Максим Федорович.
— Его нет дома, — запинаясь произнесла Надежда Ивановна.
— Вы его мать?
— Да. А что случилось?
Бутырина понравилась майору. Обыкновенная женщина с добрым честным лицом — труженица. Жаль, если ее сын окажется преступником. Однако делать какие-либо выводы было еще рано. Майор шагнул к калитке.
— Пройдемте в дом, мамаша. Там все объясню.
— Ах, да, — спохватилась Бутырина и шире открыла калитку. — Извините, растерялась. Проходите, пожалуйста, проходите. — Надежда Ивановна повернулась и пошла к дому, показывая непрошеным гостям дорогу.
На кухне Бутырина включила свет и встала у стола, ожидая разъяснений. Белоглазов медлил. Он достал из папки лист бумаги и протянул хозяйке.
— Это ордер на обыск. Покажите нам комнату сына. Затем подсобные помещения, сарай, если есть, — гараж, чердак. Понятые, ваши соседи, уже ждут. Начинайте, товарищ капитан, — обратился Белоглазов к Меркину и вновь повернулся к Бутыриной: — Я бы хотел взглянуть на фотографию вашего сына.
Надежда Ивановна вышла вместе с капитаном. Вскоре она вернулась и протянула майору карточку. С фотоснимка на Белоглазова смотрел кучерявый смуглый парень с угрюмым лицом. Это был явно не тот человек, которого майор видел мельком в больнице. Однако Белоглазов был уверен, что шел по правильному пути и не зря приехал в этот дом с обыском. Шофер директора завода упоминал о кучерявом парне, которого заметил в "Уазике". Под описание человек, изображенный на фотографии, подходил. Может быть, именно его обгорелый труп и был обнаружен в машине. Это можно было проверить.
— У вашего сына были вставные зубы? — спросил Белоглазов, помня, что о зубных протезах упоминал врач-патологоанатом.
Надежда Ивановна изменилась в лице. Уж очень пугающий задал милиционер вопрос.
— Были, — сказала она, теребя край клеенки на столе. — Три коренных зуба справа на нижней челюсти. Он недавно вставил.
И здесь приметы совпадали. Тянуть дальше время было бесполезно. Хотя Бутырин и преступник, сообщить матери о смерти сына было непросто.
— Надежда Ивановна, — официальным тоном произнес Белоглазов, — сегодня при ограблении машины с зарплатой для рабочих погибли четыре человека. У меня есть основания предполагать, что среди погибших был ваш сын.
Бутырина ждала всего чего угодно, но только не известия о смерти сына. На какое-то время горе парализовало ее, но слез не было… Они будут потом, когда мать увидит обгорелое тело сына, когда будет его хоронить, когда останется наедине со своим горем. Сейчас же Надежда Ивановна ощутила в груди лишь пустоту. Она зачем-то взяла со стола горку чистой посуды и стала складывать ее в шкаф, потом сняла со спинки стула рубашку Максима, сложила ее и бросила на стул. Ей показалось, что она странно ведет себя, что она не так должна реагировать на смерть сына. Позже, вспоминая об этих минутах, она как бы видела себя со стороны, будто у нее было раздвоение личности. Вот она зашаталась, прислонилась к стене и стала съезжать по ней на пол… Вот майор подхватил ее и усадил на стул… Вот он подает ей стакан воды, и она, стуча зубами о стекло, делает несколько глотков… Зачем? Пить ей совсем не хотелось. Да и разве может вода облегчить горе. Майор говорил ей слова утешения, она что-то отвечала, кивая головой…
Вошел Меркин. С порога возбужденно заговорил.
— Нашли, товарищ майор! — Он развязал узелок, который держал в руках, и высыпал на стол штук десять брусков взрывчатки. — На чердаке лежала. Под связками старых газет и журналов.
— С вашего склада?
— Вне сомнений!
"Значит, Бутырин все же преступник", — подытожил майор, глядя на сгорбленную фигуру убитой горем женщины. Однако чувство торжества он не испытывал.
— Надежда Ивановна, — проговорил майор. — Я понимаю, что вам трудно сейчас говорить, но постарайтесь сосредоточиться и ответить на мой вопрос. Это очень важно.
Бутырина подняла голову.
— С кем, — спросил майор, — в последнее время чаще всего общался ваш сын?
Целую минуту Надежда Ивановна молчала, отрешенно глядя на майора, потом тихо произнесла:
— С братьями Маловыми — Генкой и Славкой.
— У них есть машина?
— Насколько я знаю, нет.
— Где они живут?
— Тут рядом. На улице Центральной. Дом пятьдесят один, кажется.
Бутырина вновь опустила голову. Неожиданно мать завыла. Офицерам стало не по себе. Это был жуткий протяжный вой смертельно раненного зверя.
— Позови сюда понятых, — шепнул Белоглазов капитану. — И собери ребят. Через пару минут уходим.
Меркин исчез, а через полминуты в дверях возникла молодая супружеская пара с заспанными испуганными лицами.
— Вот что, молодые люди, — обратился к чете Белоглазов. — Вашу соседку нельзя сейчас оставлять одну. Я попрошу вас побыть с ней некоторое время. Если необходимо — оказать помощь, вызвать родственников, близких. А мне пора. Я не прощаюсь, мы с вами сегодня еще увидимся для оформления формальностей.
Пожав мужчине руку, майор вышел за дверь.
29
Белоглазов несколько раз с силой надавил на кнопку звонка. В доме Маловых никто не отзывался.
— Что будем делать? — майор взглянул на стоявшего рядом Меркина.
Капитан сделал неопределенный жест:
— Это не в моей компетенции, товарищ майор, — сказал он. — Я здесь ничего не решаю.
— Ясно, — усмехнулся Белоглазов. — Боишься брать на себя ответственность?.. Землянов! — негромко позвал майор.
От группы людей, тесно прижавшихся к стене дома, отделился невысокий коренастый человек в милицейской форме и быстро подошел к Белоглазову.
— Слушаю, товарищ майор.
— Перелезь-ка через забор, — распорядился Белоглазов. — И попытайся открыть калитку с обратной стороны. Да смотри, Дима, будь осторожен. Всякое может быть.
Парень поправил за спиной короткоствольный автомат, потом ухватился за край забора и подтянулся. Несколько мгновений он висел неподвижно, вглядываясь в темноту, затем взмахнул ногами и исчез за забором. Вскоре раздался шепот:
— Калитка на замке, товарищ майор. Погодите минутку, я попробую открыть ворота.
Где-то что-то лязгнуло, и секунду спустя со скрежетом и визгом одна створка ворот приоткрылась. Меркин и Белоглазов ступили во двор Маловых. И на этой стороне дома наглухо закрытые окна были темны.
— Возьми, капитан, пару человек и прочеши двор, — обратился майор к Меркину, — а я займусь домом.
Капитан вышел за ворота и тотчас вернулся в сопровождении двух военных. Освещая себе путь мощным фонарем, группа стала удаляться в глубь двора, а Белоглазов направился к дому.
Входные двери были на запоре. Майор достал из кобуры пистолет и ударил рукояткой по одному из небольших стекол веранды. Просунув руку в окошко, он нащупал замок. К счастью, замок был такой конструкции, которая позволяла открыть запирающее устройство изнутри дома. Белоглазов распахнул дверь, ступил на веранду. В нос ударил запах травы. Когда майор включил свет, то несказанно удивился обилию цветочных горшков, находившихся на веранде. Такого количества зелени в доме ему в своей жизни видеть еще не доводилось. Держа перед собой оружие, Белоглазов обошел все комнаты в доме, включая в них свет. Дом был пуст.
Майор вернулся в зал, к стоявшей на серванте фотографии, которая привлекла его внимание несколько минут назад при осмотре комнат. На снимке была изображена белокурая, довольно симпатичная женщина в окружении двух мальчишек. Хотя фотография была старой и плохого качества, в одном из ребят Белоглазов признал найденного у больницы раненого парня.
Скрипнувшая в коридоре половица отвлекла майора от созерцания фотографии. Он быстро обернулся на звук, держа в руке пистолет, как киногерой из боевика. Тревога оказалась ложной. В дверях стоял Меркин. Его форменные рубашка и брюки были в пыли и паутине.
— Где это ты так перепачкался? — спросил Белоглазов, пряча в кобуру пистолет.
— В сарае, — дознаватель вошел в зал, отряхивая плечо. — Между прочим, сарай недавно был спешно переоборудован в гараж. Для подъезда к нему спилены несколько деревьев, а на земле видны следы шин.