"Милый, ты меня слышишь?.. Тогда повтори, что я сказала!" — страница 19 из 25

окойствие можно многое простить, не так ли?

Ваш супруг не совсем врет. Он приукрашивает правду. Что позволяет ему рассказывать десятки раз одну и ту же историю совершенно по-разному. В этом вам повезло. Во время застолий вам случалось видеть, как женщины не выдерживали сто двадцать третьего изложения одной и той же байки и пытались удавить пустомелю салфеткой.

Он невежа.

Мужчина никогда не говорил вам, что вы красивы. Да, вы некрасивы. Но вам кажется, что здесь как раз, он мог бы и соврать.

Он вспыльчив.

В тот самый момент, когда вы с наслаждением ложитесь спать, Мужчина переключается на больную тему: образование ваших детей и внуков.

Ваш дражайший супруг никогда не обращал и не обратит в адрес своих наследников ни малейшего упрека. Он величественно посвящает вас в то, чем недоволен, чтобы вы передали это тому, кому следует.

Голосом Наполеона он провозглашает:

— Мне бы очень хотелось, чтобы ТВОЯ дочь Ализа прекратила краситься, как шлюха!.. и прекратила бы носить мини-юбки, из которых торчит задница!

Вы сонно отвечаете:

— Почему ты сам ей об этом не скажешь?

— Ты мать!

Вы начинаете потихоньку просыпаться и заводиться.

— А ты отец! Мне надоело постоянно играть роль Мамаши с Розгами. Тем более что Ализе 25 лет и она уже взрослая.

— Ну да! У нее мозгов, как у синицы.

— Она, возможно, была бы более зрелой, если бы ты ей занимался. Но ты никогда не интересовался воспитанием собственных дочерей. Ты просто эгоист…

—…который работает, как проклятый, чтобы вас всех кормить! — гремит он.

А ведь, если и есть что-то, чего вы не переносите, так это, когда ваш муж кричит. Вы моментально впадаете в истерику. И орете в ответ:

— Я, между прочим, тоже работаю! И не меньше тебя!

Мужчина: Прекрати орать. Дать тебе громкоговоритель?

Вы: Это ты первый начал. Ты знаешь, что я этого не переношу. Я сразу психую!

Мужчина: А ты и так психованная!

Вы: Конечно, после жизни с такой крысой!

Мужчина: Раз со мной в этом доме так обращаются, я ухожу.

Он вылезает из кровати, не застегивая, надевает рубашку и брюки и без единого слова уходит из комнаты. Вы остаетесь со скрещенными руками и с лицом, застывшим, как у статуи.

Вы здорово выбиты из колеи.

В начале совместной жизни, ваш супруг оскорбленно бросал:

— Я возвращаюсь к матери!

Он еще не подозревал ни о женской солидарности, ни о материнском двуличии.

Лилибель встречала его очень нежно.

— Бедный мой малыш, у тебя опять проблемы дома! Ты правильно сделал, что пришел к своей мамочке, она тебя обожает и у нее всегда готова постель для ее мальчика….Твоя жена, конечно, милая женщина, но у нее тяжелый характер.

Как только «бедный малыш» засыпал, свекровь (мысленно окрещенная вами «экс-колонизаторской властью») бросалась к телефону, чтобы предупредить вас.

— Не волнуйтесь, он у меня. Я надеюсь, что вам не очень плохо. Вы знаете, какой он!

— Да уж!

— Бедная малышка, таковы мужчины. И вы их не измените.

Однажды ночью, после стычки из-за ванны, которую он не сполоснул (в ваших семейных ссорах просто завораживает мизерность детали, вызвавшей бурю), ваш супруг решил пойти спать к себе в контору. Он незаметно проскользнул за спиной у охранника. К сожалению, он позабыл о сигнализации, которая заорала так, что разбудила весь Париж, вплоть до мэра и Монсеньера Люстигера очень этим недовольного. (Да, у нашего дорогого кардинала не всегда мягкий характер. Один из ваших друзей клялся, что видел, как тот яростно пинал свою сломавшуюся машину). Тарарам продолжался. Прибежал охранник, месье Фред, с электрической дубинкой и компанией полицейских, чтобы арестовать вашего мужа. Мужчина отбивался изо всех сил и еле-еле убедил их, что всего-навсего пришел поработать несколько дополнительных часов.

Теперь, когда у него своя комната-кабинет в квартире, он довольствуется тем, что уходит туда, хлопая всеми дверьми по дороге. Бух! Бам! Хрясь! И запираясь изнутри: Брррряц!

Вы подавленно лежите, покинутая в огромной супружеской постели.

Теперь придется мириться. И просить прощения как всегда придется вам, даже если вы были правы (Естественно, вы были правы!)

Мужчина может дуться от дня до месяца. В течение этого времени он не говорит вам ни слова (а вы ему — тем более), часто ужинает вне дома (с кем?), завтракает в кафе на углу, проводит выходные у друзей (вы ненавидите их всех, кроме тех нескольких, кто потихоньку звонит вам: «Дорогая, твоя половина у нас. Ему очень плохо без тебя»—«Рассказывай! Ему совершенно все равно»—«Да нет же! Нет! Я видел слезы у него в глазах!». Вы не верите ни единому слову, но все равно это приятно слышать)

На исходе двадцать девятого дня вы вне себя от тоски. Вы клянетесь себе никогда больше не упоминать о плохо помытой ванне.

Вы пробуете помириться с помощью секса. Сперва маленький нежный поцелуйчик в шею посреди кухни. Потом более чувственные ласки. Он гневно отталкивает вас.

— Чего тебе надо?

Вы (жалобно): Давай прекратим ссориться?

У мужчины на этот случай есть два ответа:

— А мы разве ссоримся? По-моему, все в порядке.

Или:

— А я очень доволен, что мы ссоримся!

И он, сопя, уходит.

Как только эта сволочь выходит из дома, вы бросаетесь к телефону и оповещаете своих нежно-любимых дочерей, что вы разводитесь.

Они смеются.

— Мама! Ты сообщаешь об этом каждые три месяца! Ты снова поссорилась с папой?

— Он первый начал, — как маленькая жалуетесь вы.

— А из-за чего?

И самое ужасное, что очень часто вы совершенно не помните из-за чего.

С этим надо кончать.

Или вы убьете этого ужасного типа…влив ему мышьяку в томатный суп…, утопив его в ванне…, вонзив ему в живот нож для разделки жаркого…, вылив на него пять литров бензина и чиркнув спичкой, как сумасшедший буддист…, и т. д.

Или вы убьете себя… выпрыгнув в окно (Нет. Наверняка во время полета горько жалеешь о своем решении. Ужас!)… Врезавшись на машине в дерево (Нет. Вы рискуете остаться в живых, но без ног. Кошмар!)…Наевшись барбитуратов и выпив бутылку виски, как Мэрилин (Нет. Вы ненавидите виски.)…

К тому же, этот мерзавец способен не пролить о вас ни слезинки.

Вы томитесь. Вы, просовываете ему под дверь записочку в стиле:

«Любовь моя, я жутко несчастна без тебя (увы, это правда). Я люблю тебя до безумия (и ненавижу одновременно). Прости, пожалуйста, что я приставала к тебе с этой дурацкой немытой ванной (вы готовы на любую ложь, на любое унижение, чтобы помириться с Мужчиной вашей жизни). Возвращайся! (Или сдохни!). Ты чудовище, но я не могу без тебя. (В этом вся ваша трагедия.).

И т. д.

Вы жалеете, что у вас нет душевной твердости той англичанки, о которой прочли в газете: когда она узнала, что муж ей изменил, она пригрозила ему разводом, если он не пройдет по улице перед домом, с двумя плакатами на спине и на груди. На одном было написано: «Я ИЗМЕНИЛ ЖЕНЕ», а на другом: «ПРОСТИ, ДОРОГАЯ».

Ваш муж предпочел бы развестись, или исчезнуть в лесах Конго.

— Уж лучше дикие звери, чем моя жена, — пожаловался как-то он Лилибель, а та с удовольствием передала это вам.

Получив ваше покаянное письмо, Мужчина вновь обретает улыбку. Вечером он приходит домой с икрой и букетом в знак примирения. Он целует вас за ухом там, где это вызывает у вас чувственную дрожь.

Это праздник.

С течением времени вы постигли искусство уступок. Есть фразы, которых вы больше не произносите никогда:

«Ты даже не заметил, что я была у парикмахера» (и он сделал мне красные и фиолетовые перышки по последней моде)

У вашего султана есть занятия поважнее, чем смотреть на ваши волосы, например, телевизор, или письма писателей, требующих денег, которые он таскает в портфеле (письма, а не деньги).

«Ты мог спросить моего мнения»

Настоящий мужчина не нуждается в советах своей скво.

«Мне не в чем себя упрекнуть».

Женщине всегда есть, в чем себя упрекнуть. Арабская пословица гласит: «Бей жену каждый день. Если ты не знаешь за что — она знает».

«Ты водишь, как сапожник».

Все французские водители мнят себя гонщиками. Особенно ваш муж, который едет со скоростью сорок километров в час, широко жестикулируя, когда что-нибудь рассказывает — и со скоростью сто восемьдесят, когда спешит. Никогда нельзя кричать: «Осторожно! Красный свет!». Он тогда затормозит так резко, что машина перевернется. Когда он орет на вас: «Ты с ума сошла, так меня пугать! Мы чуть было не попали в аварию», не отвечать: «Конечно, чуть не попали, ведь ты даже не видел, как справа выехала машина!..» Вы живы, это главное.

Вы так же научились:

молчать, когда он громким голосом заявляет в театре: «Какая дрянная пьеса! А актриса — старая корова…», когда речь идет о вашей подруге, столь любезно вас пригласившей. Не отвечать: «Старая корова моложе тебя!». Он всю ночь будет с ужасом изучать в зеркале в ванной свои три седых волоска.

молчать, когда он восклицает: «Тебе не стыдно смотреть по телевизору эту дрянь?» и переключает программу, чтобы погрузиться в дебильное зрелище: одиннадцать парней, бегающих за одним мячом.

молчать, когда он роется в ваших покупках и ехидно спрашивает: «ты хочешь устроить ферму по разведению лифчиков?»

молчать, когда он берет ваш дорогущий интенсивный увлажняющий крем (восемь аминоцидов, витамины Е и С, молочная кислота, комплекс ко-энзимов на базе биотина и лимонная кислота), чтобы почистить им ботинки, потому что вы, видите-ли, забыли купить ваксу.

молчать, когда он ворчит, возвращаясь с работы, а через час в гостях у знакомых весел, как весенняя ласточка и всех смешит своими шутками.

молчать, когда он по часу сидит в туалете утром в воскресенье и читает газету. (Вы просто установили второй туалет)

молчать, когда, вы опять же утром в воскресенье, нежитесь в горячей пенной ванне, в сотый раз подряд мурлыча вашу любимую мелодию: