– И спрашивать нечего. Ты только что себя выдала. Тебе Артур сказал.
С логикой не поспоришь. Проболталась. Вообще, все это из-за Тейна. Не выходит у нее из головы, и все мысли путает. К тому же, до поездки осталось всего два дня, и если раньше когда-то Гейдж думала, что сильно волновалась, то врала сама себе. Она была спокойна как мертвец, а сейчас… Ни спать, ни есть, ни пить… И еще Хлоя…
Нет, она рада подруге, но лучше бы она приехала позже, чтобы Гейдж могла выплакаться, раскаяться… Стоп! Артур запретил думать о плохом. Она приедет, увидит Тейна, он станет на колени, попросит у нее прощения и так же, стоя на коленях, сделает предложение.
Вот! Опять в голове ерунда какая-то, а тут еще Хлоя с жалобами на невнимание Артура.
– Хлоя, – если уж говорить правду, то всю, – я не знаю, что тебе посоветовать. Сказать – вспомни о гордости и выброси Артура из головы? Не могу. Сама делаю наоборот – еду к Тейну, несмотря на его бегство. Но и сказать, что все у вас получится и ты поступила правильно, приехав, тоже не могу, прости. Конечно, он женится на тебе, но… Не от того, что сильно этого хочет. Ты сама все понимаешь.
Хлоя пожала плечами.
– Женится, потому что так велит ему долг.
– Да. Если ты уверена, что это именно то, чего ты хочешь…
– Я люблю его.
– Я тоже люблю Артура, – сказала Гейдж, – и ты мне дорога. Поэтому если ваш брак принесет вам двоим счастье… Ты сумеешь сделать его счастливым?
– Ты сумеешь сделать счастливым лорда Сейвуджа?
– Я постараюсь.
– Я постараюсь, – эхом ответила Хлоя.
Гейдж в изнеможении развела руками. Действительно, какой из нее советчик? Порядочная леди, у которой есть гордость, никогда бы не поехала на поиски джентльмена, который от тебя спрятался. Джентльмена, который даже готов заплатить, чтобы его не разыскивали. Леди Сейвудж обещала свою поддержку, но не заставит же она сына жениться, если тот не хочет?
Гейдж приедет под предлогом визита к графине, но все, начиная от самого Тейна и заканчивая прислугой его соседей, будут знать истинную причину. И, откровенно говоря, Гейдж пока не представляла, удастся ли ей не умереть со стыда?
– Ты, действительно, поедешь к нему? – недоверчиво поинтересовалась Хлоя.
– Артур говорил, за свое счастье нужно бороться, – ответила Гейдж. – И когда, если не сейчас?
– И ты готова бороться с лордом Сейвуджем?
– Я готова бороться за нас с ним.
Спустя пару секунд Гейдж поправила себя:
– Если почувствую, что ему тоже это нужно.
Хлоя прекрасно понимала подругу. Рискнуть – это страх и в то же время надежда. Сама она, приехав к Артуру, возможно, совершила серьезную ошибку. Он не любит ее, не любил и мало шансов, что полюбит в будущем. Да, их будут связывать брак и общие дети, возможно, появится привязанность – она неплохой друг, смеет надеяться. Но теплоты, желания быть рядом с ней, у Артура нет.
Кто знает, быть может, он хотел бы как лорд Сейвудж умчаться в ночь на своем скакуне – только бы дальше от нее, но бежать некуда – она в его доме.
Когда пришло письмо от Артура, Хлоя была готова подпрыгивать до потолка, а когда прочла эти несколько сухих строк…
Он не спрашивал, как у нее дела, как жила три месяца без единой весточки от него, сколько ночей простояла у окна, загадывая желание на звезды, сколько раз встречала сочувственный взгляд дворецкого, когда сбегала за корреспонденцией, сколько упреков выслушала от матери в своей легкомысленности, сколько раз отец говорил, что стыдится ее поступка, сколько надежды было у всех жителей их дома, когда письмо, наконец, пришло, как дрожали руки, когда вскрывала его…
И какой грянул скандал, когда решила приехать, несмотря на отсутствие приглашения.
– Я выйду за него! – стояла на своем Хлоя. – Выйду!
Леди Роу велела спрятать ее чемоданы, лорд Роу приказал слугам следить за дочерью и практически посадил под домашний арест. Ей запретили даже конные прогулки. Но Хлоя сумела найти подход к родителям.
– Если вы меня не отпустите, если я упущу свой шанс, я не выйду замуж ни за кого другого, – пригрозила она. – Никогда. Начну династию старых дев в нашей семье. Такой вариант устроит?
После долгих раздумий, леди Роу сказала своему мужу:
– У нее такой же тяжелый характер, как у тебя. Когда я отказалась выйти за тебя замуж, ты заявил, что ни один джентльмен не приблизится ко мне за весь сезон, и так как у моих родителей нет денег на второй, придется принять твое предложение.
– Не сравнивай, – с улыбкой отмахнулся лорд Роу, – это была любовь.
– С моей стороны ее не было. Тогда, – поправила себя леди Роу. – Но ты сделал все вероятное и невероятное, чтобы я ответила взаимностью. Твоя дочь ведет себя так же дерзко и эгоистично, как ты. Тебе и принимать окончательное решение.
Когда лорд Роу посмотрел на Хлою, она поняла, что решение принято, и в ее пользу.
– Если Артур будет знать, что тебе есть куда вернуться, – сказал лорд Роу, – у него останется пусть к отступлению. В свое время я сжег все мосты-лазейки, чтобы добиться согласия твоей матери. Почти год ушел, чтобы доказать, что она не совершила ошибку, и еще несколько лет, чтобы убедить, что она жить без меня не может. Не самое легкое время в нашей совместной жизни. Были и холодность, и презрение, иногда твоя мать прибегала к особенно болезненному методу – игнорированию. И если ты уверена, что готова к этому, хотя, быть, может, у вас и сложится все иначе…
– Пап! – Хлоя бросилась отцу на шею. – Спасибо!
Именно лорд Роу придумал историю с ее побегом, чтобы прижать Артура к стенке.
– В конце концов, – объяснил он, – его никто не тянул за язык.
И это сработало! Артуру не посмел отправить ее обратно к родителям. Наоборот, был вынужден написать им письмо, в котором сообщал, что Хлоя до свадьбы будет жить в ДримКарлейн, а чтобы приличия были соблюдены, сам он уедет из поместья.
Обстоятельства сложились в пользу Хлои – Артуру необходимо сопровождать сестру в МартинХолл. Этого времени должно хватить, чтобы подготовиться к венчанию и, самое главное – переманить на свою сторону будущих свекра со свекровью.
Артур будет под присмотром и при деле, потому вряд ли кем-либо увлечется, а когда вернется и они поженятся, она сделает все, чтобы стать его единственной и желанной женщиной.
Даже если у него и есть сейчас любовница, задача Хлои – занять ее место. Гейдж права, нечего ворошить прошлое. Если постоянно оглядываться, проворонишь будущее.
– У тебя все получится, – сказала Хлоя подруге. – Я видела, какими глазами лорд Сейвудж смотрел на тебя. Если бы Артур хоть раз смотрел на меня так, я бы уже летала на крыльях, я бы отправилась за ним не только в МартинХолл, но даже в Олмак.
Гейдж рассмеялась.
– О, да, – сказала она, – это было бы незабываемо! Снова пережить унижение, когда тебя осматривают, как лошадь и пытаться бороться с невыносимой духотой с помощью теплого лимонада. Нет, если я еще раз и появлюсь на этом аукционе невест, то только в качестве компаньонки своей дочери.
Говоря так, Гейдж понятия не имела, как своевольна судьба. Ей придется еще раз побывать в Олмаке на балу дебютанток, и она будет мечтать о теплом лимонаде, которого там не окажется, когда решится на поступок, благодаря которому через девять месяцев родится ее дочь.
Глава № 26
Тейн был в ярости.
Его мать имеет право на многое – благодаря титулу, состоянию и самое главное – тому, что она его мать, но вмешиваться в личную жизнь он не позволит даже ей!
Привезти в его дом невесту! Господи, как она додумалась до такого? У него за спиной! Сказав, что хочет навестить одну из своих приятельниц! С каких пор она дружна с мисс Карлейн?
И с каких пор мисс Карлейн снова считает себя его невестой?
Нет, он не был ярости. Он был в бешенстве.
Казалось бы, кошмар остался в прошлом, он почти выбросил эту девушку из головы, почти перестал ненавидеть Рождество – и вот, причина его мучений у него на пороге. Более того, в доме!
Невыносимо!
Как она пошла на это? Что ей наобещала его мать, чтобы подтолкнуть к бессмысленной поездке? Ах, да, титул и состояние. Быть может, сказала, что он скучает и только и делает, что шепчет ее имя? И она поверила? Наивная провинциальная дурочка!
Тейн плеснул в бокал еще бренди. И он вынужден терпеть ее общество в своем доме? Развлекать? Или даже сделать по новой предложение? Увольте.
И камердинер, его камердинер, был соучастником!
А стоит сейчас напротив него, делает большие глаза и хлопает рыжими ресницами. Сама невинность! Неслыханно! И еще смеет говорить, что ожидает как минимум словесной благодарности – дорога была слишком утомительной, но он ее стоически вынес, ради счастья его светлости.
Благодарности?
– Вон! – приказал Тейн.
Уил подскочил на месте, уходя, отыгрался на двери, но тишина того стоила. Тейн привык к ней. Он не хотел ничего менять в своей жизни, будь то мисс Карлейн или…
Дверь приоткрылась и в комнату вошла леди Сейвудж.
…Или его мать.
Он не позволит сделать из себя марионетку!
– Пожалуйста, дай мне побыть одному, – попросил он.
Попросил таким тоном, что леди Сейвудж без возражений вышла. Да, не так она все представляла. Неужели ее сын увлечен кем-то другим, а не мисс Карлейн? Более холодной встречи жениха и невесты трудно себе представить.
Тейн вежливо поклонился, отдал распоряжение слугам подготовить комнаты для гостей и тут же удалился в свою, сославшись на массу дел. А сам мечется из угла в угол как зверь.
Леди Сейвудж щелкнула по перу на шляпе и вдруг ее осенило. А ведь и правда. Мечется, как раненный зверь. И что это значит? Как минимум, что мисс Карлейн ему не безразлична. И, тем не менее, его что-то отталкивает от нее. Что?
Ах, все вышло совсем не так, как она мечтала. Пока не так.
Тейн прячется в комнате, мисс Карлейн плачет в своей, Артур спокойно сидит в гостиной, потягивая крепкий бренди вместо положенного чая. Какое нарушение традиций!