«Заклинания для спящих красавиц».
Секунду спустя Тедрос закрыл последнюю книгу, которую читал, и посмотрел на Тристана. Темные круги под глазами мальчика не могли скрыть даже его красно-рыжие веснушки.
– Так и быть, – решил Тедрос, поднимаясь. – Пойдем обратно…
Вдруг он заметил, что книга, которую отбросил Тристан, открылась на покрытой плесенью странице. Тедрос ногой придвинул книгу поближе к себе.
– Не хочется тебя расстраивать, – нетерпеливо начал Тристан, – но в прошлом году Садер рассказывал нам об этом. О том, что оборотни теперь живут только в Кровавом ручье…
– Забавно, – Тедрос поднял вдруг вспыхнувшие глаза. – Не оттуда ли Хорт?
Софи швырнула «Пособие по уловкам и шпионажу» на кучу забракованных ею книг и быстро окинула взглядом двухэтажную золотую библиотеку Добродетели. Если смотреть сверху, то круглый читальный зал представлял собой огромные солнечные часы.
– Нам потребуются месяцы, чтобы пролистать все это добро!
– Везде одни и те же заклинания, – нахмурилась сидящая за столом Агата, листая «Заклинания слежки. Том второй». – Невидимость, маскировка, продвинутое могрифирование. Ничего такого, к чему бы они не были готовы. Нам нужно продержаться в школе для мальчиков до тех пор, пока не найдем способ проникнуть в башню Тедроса. Возможно, на это уйдет несколько дней.
– Дней?! С этими грязными принцами?! Мы умрем от вони, – простонала Софи. Она бросила взгляд на морщинистую черепаху, дремавшую за громоздкой библиотечной стойкой. – Эта штука вообще просыпается когда-нибудь?
Она обернулась к Агате, которая хмуро уставилась на бабочек, только что впорхнувших в библиотеку.
– Не злись, – шепнула ей Софи. – Мы же идеальная команда, помнишь? Вспомни, как ты прошмыгнула на Испытание в прошлом году.
– Теперь все по-другому, Софи. Нам нужна помощь, – быстро прошептала Агата. – А пока декан подслушивает нас, мы ее не получим.
Так как сегодня их расписания различались, Софи отправилась слушать о женских талантах, а Агата тем временем встретилась с Дот по пути на историю героинь.
– Все еще по нулям? – спросила Агату Дот, усаживаясь с ней рядом на лавку из окаменелостей в зале Добра. – Папочка знал бы, что делать, но он в бегах от девы Мэриан. Она стала порабощать всех мужчин в Шервудском лесу после того, как обнаружила, что Робин Гуд посматривает на других женщин. – Жаль, я сама не успела открыть ей глаза!
Голова Кико возникла рядом с Агатой – девочка отчаянно тянулась к ней с соседнего ряда.
– Е-е-е-е! Ты наконец-то пришла на лучший из уроков! Жаль, что тебя не было здесь на первой неделе. Мы изучали историю Золушки. Ты в курсе, что она вышла замуж за принца только после того, как он переписал на нее свое королевство? Потом она бросила его в темницу и правила самостоятельно, притворяясь, что у них счастливый брак. Как выяснилось, мальчики скрывали истинные сюжеты сказок, чтобы выставить девочек слабыми и глупыми! А потом мы оказались в истории Златовласки и понаблюдали, как она сначала приручила трех медведей, а потом пустила их на шубы! А потом мы были в сказке Белоснежки, когда она отравила тех гномов-шовинистов яблоками…
– А? – спросила сбитая с толку Агата. – Во-первых, ничего из того, что ты говоришь, не похоже на правду. Во-вторых, что значит вы «оказались в истории»?
Кико озорно улыбнулась:
– Увидишь!
Сопровождаемая цоканьем каблучков о каменный пол, в зал вошла декан и тут же защебетала:
– Кроме непосредственного боя с нашей командой, мальчики наверняка нашпигуют Синий лес смертельными ловушками. Так же как и мы, – добавила она, поднимаясь на деревянную кафедру. – Но разум мальчика – это, наверное, самая страшная из всех ловушек. Когда задето их достоинство, они прибегают к отчаянным, невообразимым и прямо-таки извращенным мерам. Вы должны быть к этому готовы.
Из-за кафедры она извлекла толстенный фолиант «Исправленная версия истории леса для учащихся» Августа Садера и открыла его где-то в середине. Тотчас на весь зал прогремел ее голос, будто исходивший отовсюду:
– Глава 26: Восход и падение короля Артура.
Над книгой появилось крошечное облако тумана, которое потихоньку рассеялось и явило объемное призрачное изображение. Беззвучная движущаяся картинка показала девочкам самого короля Артура, увенчанного золотой короной, который метался по залам Камелота в одной ночной рубашке.
С заднего ряда Агата с трудом могла что-либо разглядеть:
– Она такая маленькая…
– Подожди… – заговорщицки прошептала Кико.
Декан подняла книгу и со своей фирменной ухмылкой, обнажившей изящную расщелинку между передними зубами, подула на призрачную картинку. Со свистящим «вжи-и-ик» сценка разлетелась на миллион блестящих осколков, которые обрушились на учениц стеклянной бурей. Агата тут же закрыла глаза руками и почувствовала, как ее тело поднялось в воздух, а через какое-то время ее ноги коснулись пола. Она осторожно взглянула сквозь пальцы, закрывавшие ее лицо.
Зал Добра исчез вместе со всеми лавками и остальными девочками. Агата оказалась в кабинете из темного дерева. Все вокруг нее было окутано неясной дымкой, которая создавала ощущение нереальности происходящего. Она пригляделась и заметила бородатого, крепко сбитого мужчину. Седовласый, облаченный в ночную рубашку, отороченную волчьим мехом, он крался в ее сторону. На его голове сияла золотая корона…
Агата задохнулась от изумления. Кико была права. Она действительно оказалась внутри сказки.
Сквозь туман она протянула руку к стене, украшенной замысловатым узором бронзового цвета. Рука прошла сквозь стену, будто Агата была привидением. Король Артур прокрался мимо нее. Его тело мерцало и немного искажалось, как у любого фантома. Семеня босыми ногами по розовому ковру, король направлялся в другой конец зала. Агата легко узнала эту квадратную челюсть и голубые льдинки глаз, которые он передал по наследству сыну. И даже меч с золотым эфесом был знаком Агате. Этот меч она держала в руках две ночи назад.
– Артур встретил Гвиневру в школе Добра и Зла еще до того, как стал королем, – зазвучал голос декана. – С первого дня их знакомства он знал, что она его презирает. Но он все равно заставил Гвиневру выйти за него замуж, грубый и безжалостный, как и все мальчики.
Агата вгляделась в призрачного короля. Есть ли в том, что сказала декан, хоть крупица правды? Или это снова ее сомнительные истории, перевернутые с ног на голову?
Она заметила, что Артур добрался до последней двери коридора и, не издавая ни единого звука, пытался…
– Однако Гвиневра выставила одно условие – они с королем ночуют в разных спальнях, – продолжала декан. – Артур не смел ей возражать, так как Гвиневра вела себя как примерная жена и подарила ему жалкого наследника, о котором он всегда мечтал. И все же король лишился сна. Ночь за ночью он пытался заглянуть в покои своей королевы, но ее дверь всегда была заперта. Но однажды…
Теперь Агата разглядела то, что увидел король. Этой ночью ему удалось взломать дверь в покои королевы. Агата обогнула Артура и заглянула внутрь…
Она успела увидеть, как Гвиневра выбралась в окно, спустилась по шторам вниз и растворилась в ночи.
– На следующее утро за завтраком королева улыбалась как ни в чем не бывало, – продолжил голос декана. – И Артур и словом не обмолвился о том, что видел вчерашней ночью.
В этот миг сценка затуманилась, и декорации поменялись. Агата очутилась в тускло освещенной пещере, где и шагу нельзя было ступить, чтобы не наткнуться на бурлящие сосуды, шкафы с банками и пузырьками (хранящие таинственное содержимое) и десятки исписанных блокнотов. Теперь Артур спорил с древним тощим стариком, белоснежная борода которого доходила до пояса.
– Артур испробовал все, чему научился в школе Добра и Зла, – заклинания невидимости, поиск по следу, могрификацию, – но никак не мог обнаружить, куда каждую ночь исчезает Гвиневра. Его верный советчик Мерлин отказал ему в помощи, настаивая на том, что дела сердечные нужно решать, не прибегая к помощи магии…
Раздосадованный Мерлин вылетел из своей пещеры. Артур было погнался за ним, как вдруг остановился. Его взгляд зацепился за один из открытых блокнотов Мерлина, и он взял его в руки…
– Тогда Артур нашел одно зелье, которое в своем убежище сварил Мерлин…
Глаза короля вспыхнули.
– Использовать это зелье было опасно. Но, по мнению Артура, ему могло помочь только оно…
Дрожащими руками Артур вырвал страницу.
Сцена снова сменилась, и Агата оказалась посреди леса. Мимо верхом на черной лошади, едва различимой в темноте, промчался всадник в капюшоне.
– В тот вечер Артур приказал охране запереть окна Гвиневры. Сам же, закутавшись в плащ с капюшоном, он выбрался из окна соседней комнаты и обнаружил лошадь, ожидающую всадника.
Лошадь остановилась на чернильно-черной поляне. Агата увидела, как неясный силуэт мужчины отделился от тени дерева, до этого скрывавшей его. Он медленно приблизился к всаднику. Но, закутанный с ног до головы в плащ, король Артур не спешился. Он выжидал, пока темная фигура подойдет ближе… еще ближе… Они все еще не могли разглядеть друг друга, как вдруг луна осветила фигуру, крадущуюся из темноты. Агата различила человека со смуглой кожей и крючковатым носом, облаченного в рыцарские доспехи.
– Это был Ланселот. Друг Артура, которого он любил как брата. Мужчина, к которому каждую ночь приходила Гвиневра.
Ланселот приблизился к лошади. Капюшон все еще скрывал лицо всадника. Ланселот помедлил, почувствовав что-то подозрительное… Но тут он заметил изящную дамскую туфельку, выглянувшую из-под облачения всадника. Агата озадаченно уставилась на эту женскую ножку, а влюбленно улыбающийся Ланселот ринулся к лошади. Агата увидела, как он приблизился к всаднику вплотную, затем нежно поднял капюшон, открыв… холодный взгляд голубых глаз короля Артура.
У Агаты перехватило дыхание.
Его глаза сияли вовсе не на мужском лице.