– Ты вообще больше никуда не сойдешь с корабля, – отрезал Лектус, которого буквально окружили. Видимо, все просто мечтали оказаться в тюрьме Архипелага и дожидаться Байрока. – Ладно. Лар, со мной пойдешь, – кинул Принц одному из купленных бойцов, – пригодишься. А ты, – он посмотрел на Истера, – запри второго, пока он не устроил бунт, – и Принц со вздохом стал спускаться в шлюпку.
– Ты же не знаешь, где искать Алексис! – Ярик явно рылся в голове Принца, перегибаясь через борт. – Может, мне пойти с вами?
– Замрите тут, – кинул им Лектус, когда боец Лар налег на весла. Он отвернулся от корабля, глядя на снова приближающийся берег. Он предполагал, где искать дикарку, но сначала он собирался наведаться на рынок и купить продукты. Он не собирался морить сестру голодом.
Боец молчал, как его и учили, и Лектус был рад отдохнуть от всех своих спутников.
– Что-то забыли, юный друг? – приветливо спросил Смотритель порта у Лектуса, всего полчаса назад отмечавший их с Истером отплытие.
– Мы купили двух бойцов, – он кивнул на своего сопровождающего, тенью замершего позади, – у нас стало на два рта больше. Отец посчитал, что лучше запастись едой, чем я буду голодать в пути, – пожал плечами Лектус, – к тому же моя девчонка, рыжая такая, где-то тут потерялась, решил все-таки найти. Не видели ее?
– Видел, – ухмыльнулся Смотритель, но дальше ничего говорить не стал. Лектус достал из кошелька обменный камень и вложил в руку Правящего. – Мелькала ее головка в лодке, что слуги Офелии к острову вели.
– Благодарю, – кивнул Лектус, не удивленный этими словами, и направился вверх по знакомой дорожке к рынку.
На площади было все также оживленно, солнце припекало, и большинство посетителей было в шляпках или с зонтиками. Начали продавать воду со льдом и замороженные леденцы.
Боец Лар был более приятным спутником, чем Истер: он не задавал лишних вопросов и вел себя как примерный слуга, складывая покупки в мешок.
– Теперь возвращайся на корабль, оставь там провизию и плыви обратно за мной, – скомандовал Лектус, когда они вышли с рынка и поспешили к пристани. Солнце стояло высоко, отражаясь от воды, туда-сюда сновали быстрые лодки и ялики. – Если через два часа я не вернусь, ты должен отбыть на корабль и увести его отсюда. Любыми способами, даже если тебе придется запереть всех, кто находится на корабле, в трюм. Ты понял?
– Да, господин, – кивнул боец, перекидывая в лодку продукты и забираясь туда сам. Не обманул Сайрок – купленный человек оказался очень послушным.
Лектус не стал наблюдать за тем, как боец ведет лодку к кораблю; надо было идти и спасать дикарку. Он сам виноват: не подумал, что мадам Офелия может подстерегать девчонку. Никто иной бы не позарился на дикарку: вокруг бегает полно людей, которые прислуживают Правящим, это же не зажиточный Красный город, где почти каждый может себе позволить платить наемным Правящим, чтобы они служили в доме. В провинции многие использовали труд людей с фабрик в качестве прислуги, носильщиков, охранников. В этом недостатка тут явно не было – рынок процветал, суда с товаром прибывали каждый день.
А вот в дом Офелии рыжая девчонка вполне могла понадобиться: не так часто с севера привозили кочевников из племени Детей Огня, экзотика, за которую пришлось бы дорого заплатить, а тут она сама, бесплатно, попала в руки.
Лектус свернул с дороги и пошел вдоль кромки моря. По левую руку красовался остров, увенчанный красивым каменным особняком с арками и колоннами, увитый каким-то растением, что для городов Правящих редкое явление. Но вся эта красота, пропитанная покоем, была окружена стеной. Тут и там торчали над стеной крыши других построек.
Лектус никогда не бывал в подобных местах, но вполне представлял себе, как устроен дом Офелии. Там точно нет фабрики и питомника: населяли дом девушки и женщины, а посещали его только Правящие, да изредка не прошедшие еще Посвящение наследники. Принц предполагал, что даже если и рождались под кровом Дома Офелии дети, то их легко продавали на рынке. Вряд ли кто-то из отцов предъявлял права на такого ребенка.
Лектус остановился на берегу, не доходя до каменного моста, который связывал главный остров Архипелага с владениями Офелии. На той стороне был небольшой домик, где, скорее всего, сидят Стражи, а также лакеи, которые провожают гостей внутрь. Принц собирался нанести официальный визит в этот интереснейший дом, но для него было важно не встретиться со своей утренней знакомой: она не глупа и поймет сразу, что он пришел за своей девчонкой. А просто так Офелия такое сокровище не отдаст.
По мнению Лектуса, лучше всего было оставить дикарку тут, одним ртом меньше, да и проку от нее особого нет. Но он дал Ярику слово, что все они поплывут прочь от земель Правящих взамен на спасение Ксении. К тому же в ее положении был косвенно виноват и он: должен был думать, прежде чем посылать дикарку одну через весь город. Были и практические причины забрать девчонку с собой: она слишком многое могла бы рассказать, а найти ее здесь людям отца не составит большого труда.
Лектус огляделся и увидел детеныша, который тащил на плече рыбу, насаженную на прут. Принц подозвал мальчишку и показал ему маленький обменный камень, отчего глаза ребенка загорелись, как два изумруда. Правящие очень редко давали прислуге из людей камни для торговли.
– Получишь, если сбегаешь к воротам дома Офелии и скажешь ей, что прибыл корабль из Красного города, привез товар, который отправил сюда Повелитель Байрок. Скажешь, что над кораблем развивается красно-белый флаг, а на мостике стоит капитан, у которого только одна рука. Скажешь, что об этом пока никто не знает, и у нее есть шанс первой выбрать себе лучший товар, пусть поспешит, торг начнется ровно… – Лектус посмотрел на солнце, – через тридцать минут. Запомнил?
Мальчишка кивнул, следя глазами за вожделенным камешком, и Лектус вложил его в ладошку детеныша. Он не обманет, потому что за обман (и он это хорошо знает) его тут же отправят на стол Правящих, и не выдаст, иначе камень у него тут же отберут, а его самого выпорют. Конечно же, глупый ребенок не думал о том, что, когда обман раскроется, его найдут и жестоко накажут, но Лектуса это мало волновало.
Издалека Принц видел, как детеныш бегом пересекает мост и разговаривает с вышедшим к нему, лениво потягивавшимся Стражем. Правящий – а по тому, как Страж держался, было видно, что это наемник, а не слуга – кивнул и скрылся в воротах, а мальчишка дал стрекача, сразу растворившись за поворотом дороги.
Минут через пять показался Страж, а за ним и сама Офелия в сопровождении служанки и еще одного охранника. Они поспешно направились по дороге к рынку. Насколько мог видеть Лектус, лицо у дамы было весьма самодовольное.
Он осмотрел свою одежду: несмотря ни на что, выглядел он так, словно только что вышел из своей спальни в Красном городе. Обменных камней в кошеле оставалось мало, но Лектус решил, что будет решать проблемы по мере их возникновения.
И он направился уверенным шагом к мосту, пересек его и остановился у сторожки, ожидая, когда его заметят.
– Добрый день, мне сказали, что это дом Офелии. Могу ли я войти? – весьма вежливо спросил Принц, когда к нему вышел Страж.
– Госпожи нет, – ответил Правящий, почтенно поклонившись. – Зайдите позже.
– К сожалению, я здесь ненадолго, через два часа мой корабль продолжит путь. Мой отец отправился к Главе Архипелага, а я бы хотел здесь отдохнуть. Я заплачу, – и он намеренно пошевелил кошельком.
– Идемте, я предупрежу управляющего, – видимо, в этом доме все знали, что нельзя отпускать клиента, который готов оплатить услуги, независимо от времени суток. Страж распахнул ворота, позволяя Лектусу войти в небольшой дворик, оттуда по узкой дорожке в тени стен его повели к каменному дому. Во дворе не было ни души, видимо, обитатели усадьбы в это время отдыхали.
Навстречу Лектусу из дома вышел высокий статный Правящий в безукоризненном костюме, с приятной улыбкой на лице. Все в нем говорило о доброжелательности и радушии.
– Рады приветствовать вас в нашем доме, проходите, – он отворил двери и пропустил Лектуса вперед, не задавая никаких дополнительных вопросов. Видимо, если Стража впустила, значит, нужно обслужить.
Комната, в которую Принц попал, была затемнена за счет плотных портьер и приглушенного света. Стены обшиты синей парчой, красная мебель бархатная, приятная даже взору.
– Вы желаете что-то конкретное или на наш вкус? – осведомился управляющий, махнув рукой: в комнату вошла красивая девушка в длинном платье, на подносе она несла графин и бокал.
– Я бы предпочел что-то юное и экзотическое, – скучающе ответил Лектус, кивнув и пригубив вино, которое ему принесла служанка. – Говорят, дом Офелии славится именно этим или врут? Мы с отцом прибыли с Девяти островов, там полно разной экзотики, так что удивите меня. К нам прибывают корабли и с юга, и с востока, и с запада… У отца богатая фабрика, в четыреста душ.
Лектус видел, как глаза управляющего тут же скользнули к кошельку гостя. Еще бы, сын Правящего, у которого есть четыреста душ только на фабрике, может позволить себе купить половину этой усадьбы – и не обеднеть.
– Пойдемте, я провожу вас в альков, – кивнул управляющий, видимо, уже приняв решение. Лектус отставил бокал и последовал за Правящим по красивой каменной лестнице, ковер на которой заглушал шаги, на второй этаж дома. Через неплотно зашторенное окно он заметил, что не так далеко от окон проходит каменная стена, ограждающая усадьбу от воды.
Комната, куда привели Лектуса, была светлая, через открытое окно дул морской ветер, но не было слышно шума порта и города. Управляющий оставил Принца одного, и он сразу же подошел к окну: до стены было чуть больше полутора метров. План побега готов, оставалось только заполучить дикарку.
Лектус сел в кресло и взял яблоко, надкусывая. Видимо, в этой комнате обычно принимали клиентов-людей.
Когда вернулся управляющий, Лектус подавил разочарованный вздох: с ним пришла совсем не дикарка, а очень миловидная девушка, тоже, судя по всему, с севера. Она потупила взор и задрожала, стоя у дверей.