х, но они и не дают нам подойти на кораблях к берегу здесь, на безопасном расстоянии.
– Прибавьте шагу, мы уже дошли, надо успеть до темноты, – Фауст остановился и замер сбоку от протоптанной дорожки, пропуская путников.
– Нет ничего странного в том, что народ не верит в магов: чего в вас верить, если вы даже себе нормальной дороги домой сделать не можете, – проворчал Истер, проходя мимо с Кристин на руках.
– Дорога есть, но она только для магов, а не для стайки детей, – спокойно пояснил магистр и поддержал Анну, оступившуюся на камнях в наступающем мраке. Она отдернула руку и окатила мужчину холодной ненавистью, но Фауст остался невозмутим. – Ярик, веди их в убежище.
Истер последовал за другом чуть правее, ему показалось, что дорога поднимается вверх, а гора оказалась почти над головой, пока совсем не заслонила потемневшее небо.
– Проходите, – и Ярик буквально исчез из поля зрения.
– Где он? – испуганно спросила Кристин, но Истер все еще слышал его, только его шаги и дыхание изменились.
– В пещере, – Истер увидел темный проход и вошел, опуская девушку на ноги. Узкое ущелье тянулось всего несколько метров и заканчивалось в просторном каменном зале: Ярик уже зажег в центре костер, он разгорался, освещая грубые стены и высокий свод природной пещеры.
– Уф, тут тепло, – с этими словами в пещеру вошел Джеймс, он помог Ксении дойти до чего-то, что напоминало скамейку, накрытую покрывалом. Девушка села, прикрыв глаза, и откинулась на стену.
– Располагайтесь, тут нам ничто не грозит, – Фауст зажег еще один костер в глубине, и ребята смогли рассмотреть скамьи с одеялами по всему протяжению пещеры. – Это убежище для тех, кто пробирается в Северный город путем для людей.
– Я бы поел, – простонал Джеймс, скидывая накидку и шапку, грея ладони о пламя костра.
– Тут все есть, – Ярик прошел к дальней стене и достал из темной ниши мешок. – Конечно, не горячий суп, но сможем подкрепиться, – и он достал из мешка на одну из скамей яблоки, галеты и вяленое мясо, на которое они тут же набросились, запивая подогретым растопленным снегом. После долгого дня в снегах тайги это им казалось почти раем, Джеймс широко зевал, вызывая улыбки у окружающих. Алексис привалилась к теплому боку ее снежного кота, который доел за нее мясо и растянулся на полу.
– Мы переночуем здесь, а утром тронемся, скоро должен подойти проводник, который проведет нас через рудники.
Истер с ненавистью посмотрел на мага: они едва держались на ногах от усталости, а этот был свеж и бодр, словно и не шел с ними все эти долгие часы. Даже сумасшедший дядюшка Ярика из пустыни помог им пройти быстро и без проблем, а этот магистр тащил их через снега и радовался.
– Если мы будем слишком быстро здесь передвигаться, то привлечем внимание, – заметил севший рядом Ярик, Кристин устроила голову у него на плече и почти сразу задремала.
– Ты обещал не лезть в мою голову! – возмутился Истер, и девушка вздрогнула, но глаз не открыла.
– Не ссорьтесь.
– Мы не ссоримся, – процедил сквозь зубы Истер, пытаясь справиться с гневом.
– Я и не лез, просто я научился очень хорошо понимать, о чем ты думаешь, – пожал плечами Ярик, улыбаясь и сладко зевая. – Здесь нужно быть очень осторожными, потому что Правящие начеку, они знают, что мы ходим через их земли, просто поймать пока не могут.
– Будем надеяться, что и не смогут, – тихо отозвалась Алексис. Истер проследил за ее взглядом: она наблюдала, как Лектус помогает Анне устроиться в дальнем конце пещеры, там же расположился связанный Легат. Шер принес девушке воду и еду.
– И как вы собираетесь кормить кровососа? – усмехнулся Истер, переводя взгляд на Ярика. – Чью вену предложим?
– Он пока не голоден. Легаты научены есть раз в семь-десять дней, это универсальные солдаты, – пояснил Лектус, подходя к сестре и отдавая ей еще одно одеяло, укутывая ее. – К тому же чего ты переживаешь? Твоя кровь все равно ему не подойдет, разве что если решите его убить.
– Мы не хотим его убивать, – вмешался Ярик, и Истер только скривил рот – миротворец нашелся.
– И что же вы хотите с ним сделать? – хмыкнул Лектус, устраиваясь рядом с Ксенией, которая легла на скамейку, положив голову Джеймсу на колени. – Пытать? Ставить опыты? Как те, из вулкана.
– Мы таким не занимаемся, – покачал головой Ярик и отвернулся, тоже пристраиваясь на ночлег.
– Кто-то идет! – Истер вскочил, услышав шаги по коридору, что отделял пещеру от внешнего мира.
– Не волнуйся, это друг, – Фауст положил руку на его плечо, но Истер скинул ее, медленно возвращаясь на то же место.
Все, кто еще не спал, настороженно следили за вошедшим в пещеру человеком. Это была высокая женщина с обветренным лицом, укутанная в плащ и платок, с потрескавшимися губами и шрамом на щеке. Ее глаза были сужены, словно она все время готовилась к нападению, словно никому не верила.
– Здравствуй, Эолина, – поздоровался магистр, – проходи к огню. Тебя послал отец?
– Он получил ваше послание, но не смог прийти, заболел, – голос женщины тоже был острым, резким. – Я вас поведу завтра.
– Хорошо, а пока располагайся у огня, согрейся. Ты голодна? – Фауст вел себя, как радушный хозяин.
– Нет, сыта, – она размотала плащ и села прямо на пол у костра, протягивая руки. Ее цепкие глаза обвели пещеру, остановились сначала на Истере, а потом на Легате. – Зачем вы ведете его в город? Почему не убили сразу?
– Мы не убиваем Правящих, Эолина, – мягко заметил Фауст, садясь подле нее.
– Ну, да, конечно, вы же добрые, милосердные, – с насмешкой произнесла женщина. – Нянчитесь с одним, когда они десятками убивают женщин, детей, мужчин. Посмотрела бы я, какими бы вы были добрыми, побывай вы пару дней назад у кромки леса.
– Что-то случилось, пока нас не было? – встревожился магистр.
– Все как всегда, обычная рутина: они устроили охоту с волкодавами на людей. Набрали десяток и пустили бежать по полю, а сами следом со смехом. А утром кровавую бойню присыпало снежком, – она говорила это ровно, обыденно, но при этом Истер чувствовал, что от этого рассказа в нем подымаются гнев и ненависть.
– Красивая сказка.
Все повернули головы в сторону Лектуса, он был еще более бледным, чем обычно. Что, Принц, не нравится тебе правда о твоем гнусном народе?
– Сказка? – Эолина сверкнула глазами. – Что ты знаешь о жизни, мальчишка? Что ты знаешь об ужасах, которые тут творят с людьми?!
– Правящие никогда не убивают бессмысленно и зря, тем более подобным образом, – спокойно ответил Лектус. – Это нарушение закона. Каждый человек является собственностью Водного мира, его ресурсом, и умирает он только за нарушение законов и для того, чтобы поддержать жизнь в Правящих.
– Да? – тихо спросила Эолина, и казалось, что взгляд ее стал еще более острым. – Тогда давай прогуляемся завтра в город и посмотрим на их игрища, посвященные снежному покрову? – прошептала она. – Давай вместе с тобой посмотрим, как каждый из их домов выставит на арену троих мужчин, женщину и ребенка, которые должны будут биться до смерти, пока лишь один из них не останется в живых! Сто ни в чем неповинных людей!
Истер почувствовал, что у него свело челюсти, кулаки сжались, перед глазами пошли темные круги.
– И этому последнему выжившему эти твои милостивые Правящие даруют жизнь и свободу, отпускают в тайгу – иди и живи, если сможешь. Что ты знаешь, мальчик, о том, что здесь творится?!
– Я не верю, – Лектус встал, – если бы подобное здесь происходило, кто-нибудь уже донес бы моему отцу, и виновного в этих зверствах казнили бы по законам нашего мира, – четко произнес Принц. – Это ваши сказки, которыми вы кормите своих детей, чтобы натравить их на мой народ.
– Твой народ? Твоему отцу?! – Эолина медленно встала, не сводя глаз с Лектуса. Рядом с ним тут же выросла фигура Джеймса. – Кто ты такой?
– Он сын одного из Правящих в Красном городе, – Фауст мягко опустил руку на плечо женщины. – Успокойся, он не ведает, что говорит, – магистр перевел взгляд на Принца. – Она не врет, это правда, именно из-за этих жестокостей твоего народа на севере крепнет мятеж, сопротивление людей. Племена доведены до крайности страхом смерти и жестоких игр местных.
Истер оглянулся на Ярика: тот явно был недоволен сценой, которая разыгралась на его глазах, наверное, что-то в его гениальных планах по спасению человечества сбилось с намеченного курса.
– Давайте все успокоимся и ляжем отдыхать, – предложил Фауст, – здесь нам ничего не грозит, а завтра нам предстоит длинный день.
Лектус сел на место, следом за ним опустился на скамью Джеймс, остальные расслабились. Эолина бросила последний – полный ненависти – взгляд на Лектуса и пошла в глубь пещеры, туда, где сидели под охраной Анна и Легат, словно собиралась всю ночь не спускать с них глаз.
Истер тоже устроился удобнее у скамьи, где засыпала Кристин и зевал Ярик. Ему не привыкать спать на полу – спал и в худших местах. Постепенно все затихли, было слышно лишь мерное дыхание людей да северного кота – долгий день взял свое. Истер тоже закрыл глаза и почти заснул, когда услышал шаги. В почти погасшем пламени костра он легко опознал фигуру Лектуса, который двигался к выходу. Истер уже собирался броситься на него, но тут пошевелился Джеймс.
– Ты куда?
– Догадайся, – кинул тихо Лектус и буквально исчез в проходе пещеры. Истер поднял голову, но Джеймс был уже на ногах и пошел следом, накидывая плащ. Если Принц сбежит – это будет на его совести.
Истер вздохнул и тоже поднялся, крадучись выбрался из пещеры и прислушался.
– …собрался?
– Я иду в город.
– Ты… хочешь нас предать?!
– Конечно, и отдать им Ксению, – Истер даже представил себе, как этот наследник кровопийц закатывает глаза. И то верно – вряд ли он станет подвергать опасности сестру, из-за которой пересек всю планету с юга на север. – Я должен знать.
– Правду ли сказала эта женщина?
– Догадливый, видишь, иногда твой мозг подает признаки жизни. Я хочу знать правду.