– Начни с главного! – посоветовала Алиса.
– Так это и есть самое тяжелое, – ответила Муза.
– Вы меня заинтриговали. Говорите уже! Что может быть более тяжелым, чем то, что случилось со мной? Я инвалид! – усмехнулся Виталий.
– Только не выгоняйте нас сразу! – предостерегла Муза. – Я – учительница музыки, и могу осуществить вашу детскую мечту: научить играть на пианино.
Воцарилась неловкая пауза.
– Вы серьезно? – спросил парень. – Ни с того ни с сего ко мне заявляются две женщины и предлагают уроки музыки? Вы издеваетесь? У меня нет денег на занятия…
– Занятия уже оплачены, – ответила Муза.
Парень рассмеялся:
– Вот это вы меня повеселили! Честное слово! Это с какой такой радости? Спонсоры? А кто вообще решил, что я хочу заниматься музыкой, да еще в таком возрасте?
На самом деле он был сто раз прав, прозвучало предложение Музы весьма странно.
– Детская мечта не умирает, – ответила Муза.
– Но про мою мечту знала только моя мама.
– И отец тоже, – буркнула Муза.
– Отец? Шутите! Я его не знаю, он не жил с нами.
– А вот он знал про вас, наводил справки, – пояснила Муза.
– Справки? Вы издеваетесь? Это программа «Розыгрыш»? Я видел такую. Но не слишком ли это жестоко? – Парень был явно выбит из колеи.
– Это не розыгрыш, – ответила Муза.
– Меня удар хватит.
– Надеюсь, что нет. Я говорила с вашим отцом, он меня к вам и прислал, это правда.
– Господи, зачем? Что ему надо? Я даже не думал о нем никогда! – побледнел Виталий.
– Ему уже ничего не надо, успокойтесь! Он просит прощения. – Муза понимала, что еще одно неверное слово, и он выставит их за дверь.
– Да, неужели?! Прощения? Это-то как раз и очень сложно! – ехидно заметил Виталий.
– Очень просит и не особо рассчитывает получить.
– Смотри-ка, а он не так глуп, оказывается. Он прав, и что? Он решил поиздеваться надо мной и оплатить уроки музыки? – Виталий был вне себя, и его можно было понять.
– Не только! Ваш отец оставил вам наследство! Много денег! Две квартиры в Москве. Всё, что у него есть! – ответила она.
– Оставил? Что это значит?
– Он умер, и это его последнее желание. Он хотел, чтобы я поговорила с вами, а еще обучила игре на фортепиано, если вы захотите, фу! Теперь я сказала всё!
– Бред какой-то… – растерялся Виталий.
– Это – реальность. Ваш отец Федор чувствовал свою вину, перед смертью он раскаялся и решил после ухода из жизни помочь вам. Что тут такого? – убеждала его Муза.
– И не рубите сплеча, остыньте, подумайте. Вам ведь нужны деньги? – обвела взглядом бедную обстановку комнаты Алиса, решив поддержать Музу.
Парень строго посмотрел на девушку.
– Дело в том, что мне от этого человека ничего не нужно. Даже денег! Как вы не понимаете?
– Не спешите. Иначе наследство пропадет. А так вы сможете грамотно им распорядиться, например, переехать в Москву, если захотите.
– Зачем? Никогда туда не стремился… Что мне там делать? Инвалиду…
– Московская квартира огромных денег стоит! Продадите! – начала убеждать его Алиса.
– Да зачем мне деньги? Семьи у меня нет и не будет! Что мне улучшать? Компьютер? Так он у меня и так мощный, на это я и сам зарабатываю, – нервно дернул плечом Виталий.
– На здоровье! – предложила Муза.
– Поздно. Если бы в детстве на меня свалились такие деньги, то был бы шанс встать, а так… Все глухо, а в остальном – я здоров. – Парень мрачнел с каждой минутой.
– Я бы хотела, чтобы вы приняли правильное решение, – вздохнула Муза. – Можете отдать их на благотворительность и снять это бремя с меня, иначе мне придется их куда-то пристраивать. Я же вам ничего плохого не сделала? Вот лично я? – спросила она.
– Вы? Нет, – согласился Виталий.
– Ну вот! Спасите хотя бы меня! Заберите свои деньги! Воля умирающего. И делайте с ними что хотите!
Такого крика души и такого поворота событий Виталий явно не ожидал.
– Я не знаю, я не готов. Вы свалились на меня как снег на голову. Я растерялся…
– А я вас и не тороплю. Вы можете думать сколько угодно! Только не принимайте опрометчивых решений. Я могу задержаться здесь на месяц, все свои координаты оставлю. Прятаться не собираюсь. Дело в том, что сейчас по завещанию всё перешло мне, но я с удовольствием верну вам как законному наследнику. Я этого очень хочу!
Парень молчал.
Муза начала терять терпение:
– Ну же! Решайтесь! Это серьезное дело!
– Не верится! Извините, а вы были любовницей моего отца?
– Я? Любовницей?! – вспыхнула Муза. – С чего вы взяли? – даже испугалась она.
– Ну, а кто вы ему? Почему он доверился вам? Вы же могли и не приходить ко мне, раз вам он всё отписал. Я, может, и инвалид, но не идиот. Неувязочка какая-то вышла.
– Я понимаю, что со стороны это выглядит дико, но у вас есть время все обдумать и проверить. А я – просто под руку подвернувшийся человек, которого ваш отец счел порядочным, вот и всё. Сделал он это от безысходности. Наверное, он прожил неправильную жизнь, если в последнюю минуту с ним не оказалось ни одного родного человека, – ударилась в философию Муза. – Или он очень хорошо разбирался в людях.
– Ладно, я подумаю, – нахмурился парень. – Дайте мне несколько дней.
– Вот и славно! Я зайду! Дня два? Да? – обрадовалась Муза, не веря своему счастью, ведь все прошло лучше, чем она предполагала.
Конечно, Виталий был в шоке, и ему было просто необходимо прийти в себя, всё обдумать. Но уже сейчас Муза понимала, что жесткого отказа не будет. Скорее всего, он захочет поговорить с ней об отце и примет хотя бы то, что тот должен был обеспечить ему еще при рождении.
– А насчет занятий музыкой? – улыбнулась Муза. – Мне заплатили за месяц работы с вами.
– Даже так? Сильно же хотел мой блудный папаша вымолить у меня прощение, – усмехнулся Виталий.
– Я не знаю, каким он был человеком. Но то, что он раскаялся, это точно, – заверила его Муза.
– Хорошо, приходите ко мне. Например, завтра! Часам к двум, – предложил Виталий. – Я попробую, когда-то очень хотел, но сейчас-то, наверное, поздно уже?
– Посмотрим, а инструмент есть? Пока жив, ничего не поздно… Только смерть безвозвратна.
– Пианино стоит в соседней комнате, – кивнул Виталий.
– Я могу посмотреть? Может, оно не в рабочем состоянии, – предположила Муза.
– Да, – не очень уверенно ответил парень, – идемте.
Он выехал на коляске в коридор. Девушки пошли за ним и оказались в соседней комнате. Она была до потолка захламлена, словно сюда свалили всё, что только можно.
– Извините. Мы этой комнатой не пользуемся, раньше здесь была гардеробная, а потом в виду отсутствия большого количества одежды просто свалили здесь все, что не нужно. Пианино мне тоже не пригодилось, его маме отдали добрые люди, зная, что я хотел, да не было денег на новый инструмент, но не пришлось воспользоваться… – попытался извиниться Виталик.
– Да ничего страшного! Мне бы к нему пройти…
Муза бочком прорвалась к цели. Она даже не стала проводить пальцем по крышке пианино, покрытой толстым слоем пыли. Муза просто подняла крышку, оставляя отпечатки, и коснулась клавиш.
– Ну? – спросил у нее Виталий через некоторое время.
– В этом инструменте нет музыки, – грустно ответила Муза.
– Оно сломано?
– Инструмент безумно расстроен, – пояснила Муза. – На нем в таком состоянии я вас точно ничему не научу. Я не специалистка, я не знаю, можно его реанимировать или нет.
– А что нужно? – спросил парень.
– Настройщик нужен. Я сама его найду, пошлю к вам и оплачу работу, – сказала она. – Главное, чтобы получилось.
– Хорошо, я фактически всегда дома, – ответил Виталий, и посмотрел на спутницу Музы.
– Договорились!
Они покинули этот странный дом.
– Интересный парень, – сказала Алиса, когда они очутились на улице.
– Думаешь? – покосилась на нее Муза.
– Один, на коляске, а сила чувствуется в руках, в глазах, в том, как держит удар.
– Вот и присмотрись! Неиспорченный! Ну и что, что инвалид? Такие деньги получит! Да и на тебя так смотрел, я заметила, – подбодрила ее Муза.
Алиса покраснела.
– Да о чем ты говоришь?! Я совсем не об этом, да еще с меркантильной подоплекой! Просто почувствовала, что человек хороший.
– А что такого? Парень, видно, порядочный, всю жизнь один, и видно, что ты ему понравилась!
– Не смущай меня, Муза, я не готова к такому повороту событий, – покраснела Алиса еще больше, как маленькая девочка, которую застукали за подслушиванием взрослых разговоров.
Глава 17
Так сложилось, что Алиса поехала на свою работу в институт, а Муза решила заняться накопившимися за недолгое пребывание в чужом городе делами. Для начала она не выдержала и позвонила Григорию. Просто так, или на ее решение повлияли двадцать пропущенных от него вызовов. То есть пора и совесть было уже включить. Тем более что она думала о нем даже не ежеминутно, а ежесекундно.
– Добрый день, Григорий.
– Муза? Господи! Я чуть с ума не сошел! – сразу же отозвался он. – Почему не отвечаешь? Как так можно? Я же за тебя переживаю…
– Дела… – туманно ответила Муза, размышляя, говорить ли Григорию о том, что она находится под следствием.
– Что у тебя? – спросил он.
– А у тебя? – вопросом на вопрос ответила хитрая Муза.
– Я с дочерью за границей. Готовимся к операции.
Муза сразу же поняла, что не расскажет ему о своих проблемах, потому что его проблема – всем проблемам проблема и только он в данной ситуации нуждается в понимании и сочувствии.
– Я искренне желаю успеха! – пожелала она.
– Спасибо большое. А у тебя?
– Все хорошо! Поверь! Ты занимайся дочкой, и дай бог, у вас все получится!
– Спасибо тебе, Муза. Не пугай, будь на связи. Как только я освобожусь – приеду к тебе. Мне надо слышать твой голос.
– Удачи! Это самое главное для вас.
– Целую!
– Взаимно.