– Да какое теперь это имеет значение? – дернула плечами Муза.
Женщина, натужно закашлявшись, с тревогой в глазах посмотрела на Музу.
– Ни фига себе ты приехала! Что теперь делать? Чем тебе помочь? – спросила она.
– Я не знаю, я тоже не ожидала такого, – ответила Муза, беспомощно озираясь.
– А чего узнать-то у нее хотела? – поинтересовалась женщина.
– Хотела узнать у нее о гостинице «Турист», – озвучила свои спутанные мысли вслух Муза.
– Что там приключилось? Когда? – заинтересовалась женщина с ребенком на руках.
– Это не достоверная информация, но Татьяна снимала номер в областном центре в гостинице примерно год назад. Я хотела у нее узнать: ничего она подозрительного не заметила? То есть криминального? Но теперь уже не удастся. – Муза вздохнула.
– Постойте-постойте! Это когда было? – спросила старушка с палочкой.
– Где-то около года, – повторила Муза.
– Ну точно! Мы про это и говорим! Таня была в городе в командировке, как раз год назад. Ее от фабрики отправили, вроде как на повышение квалификации, как молодую и перспективную работницу! После этого она и рассталась с Толиком.
– Нет! – встряла женщина с ребенком. – Это произошло позже.
– Но сути это не меняет! – встряла остроносая в пушистой шапке. – Таня уезжала – это факт.
– А там, может, что и произошло? – предположила молодая мама.
– Может, и произошло. Только теперь ни Тани, ни ее мамы Светланы Аркадьевны нет, да и не сказали бы они ничего, раз год молчали, зачем сейчас говорить? Но явно что-то произошло, раз Таня после этой командировки изменилась… – подвела итог старушка с палочкой.
– Как выглядела Татьяна? – спросила Муза.
– Так вы не виделись? Очень симпатичная девушка была, нежная такая, глаза большие и почти все время грустные… Мама ее очень любила, оберегала, одна дочка-то была, и растила она ее одна.
– А может, Толик что знает? – спросила востроносая, вытирая глаза носовым платочком.
– Толик?
– Ну да! Он только живой и остался! – здраво рассудила старуха с палкой. – Так вы к Тане-то пойдете?
– К Тане? – успугалась Муза.
– Ну, к покойнице? Попрощаться! Ехали же! – подбодрила ее старуха.
– Нет. Не пойду. Я ее не знала и не видела никогда. Чего прощаться-то? – съежилась Муза, естественно, как любой нормальный человек, не любившая покойников.
– Ну, как хотите! Странные люди! Ходют тут… Раньше надо было вопросы задавать, теперь уже нет человека, ничем ему и не поможешь!
– А где бы нам Толика найти? – внезапно спросила женщина, перестав кашлять и взяв инициативу в свои руки.
– Толика? Так он женился.
– Так мы не свататься к нему, а о Татьяне расспросить.
– Так в общежитии они живут от АЭС, молодая семья… Небось, и не расстроится из-за Тани, паразит… Бросил девку.
– Я знаю, где это, – сказала кашляющая женщина. – А как его фамилия? А как его по фамилии?
– Не знаю я его фамилии, – сказала молодая мама.
– И мы не знаем.
– Послушайте, – сказала старуха с палкой, – он один такой, приметный. Волосы у него ярко-рыжие. Его называют Рыжим Толиком.
– По таким приметам найдем, – кивнула женщина из автобуса и, уцепившись за Музу, поволокла ее в сторону.
Муза послушно поплелась за ней, словно марионетка. Она была духовно опустошена, от женщин они уже узнали все, что могли.
«Ой, неспроста все это! Господи, а вдруг правда неспроста? Не может же быть такого совпадения? Я стала ее искать, поехала к Тане поговорить и… Нет! Неужели это с моей подачи убили девушку? Если бы я не начала копать это дело, возможно, она осталась бы жива». От таких мыслей Музу даже стало мутить, и она остановилась.
– Тебе плохо? – спросила новая подруга, пытливо заглянув ей в глаза. – Кстати, как тебя зовут?
– Муза.
– Интересное имя. А я Юлия Михайловна.
– Очень приятно, – вздрогнула Муза.
– Плохи дела? – спросила Юлия Михайловна.
– У кого?
– Ну, не у меня же! У Тани плохо, да и у тебя… Побледнела так, словно сама сейчас концы отдашь! Что? Думаешь, убили ее? Странно – фен бросили в ванну, если верить сплетням.
– Да, странно. Ну, не самоубийство же? Тогда бы это сразу произошло, а не по прошествии такого длительного времени, – задумалась Муза, – хотя, если ее Толик женился недавно, он мог спровоцировать такой поступок и сейчас.
– Из-за старой истории? – спросила Юлия Михайловна.
– А я смотрю, вы очень проницательная женщина.
– Да я всю жизнь была в месткоме! Председательшей! – гордо произнесла она и, поймав недоуменный взгляд Музы, пояснила: – Всю жизнь с людьми! Они ко мне и в горе, и в радости обращались. Я всю жизнь разруливала их проблемы и как никто другой научилась разбираться в людях! Вижу насквозь!
– Тогда вы – ценный кадр для меня, – печально улыбнулась Муза.
– Ничего в жизни просто так не бывает, и наша встреча – тому подтверждение.
– Вот и поймите, что в это дело лучше не лезть. А то все, кто замешан, рано или поздно плохо кончают, – ответила Муза, которой реально стало плохо физически, перестало хватать воздуха, и в горле встал какой-то ком.
– Нет, без моей помощи ты не справишься. Не найдешь ты Толика в нашем поселке. Да и не боюсь я уже ничего. Чего мне бояться, и так одной ногой уже в могиле!
– Не говорите так! – вернулась на эту землю Муза.
– Да ладно! Сейчас вниз по скверу и налево, там общежития находятся. Есть хочешь? – вдруг спросила Юлия Михайловна. – Тут пирожковая классная.
– Пирожки? Да что-то не очень.
– Нет, ты, девка, не дури! Надо покушать! Там просто сногсшибательные пирожки! Тесто на минеральной воде замешивают! И начинку добросовестно кладут. Лесные ягоды, значит, это клюква, черника, купленные у бабушек из лукошек на рынке, грибы – отборные шампиньоны, с мясом – так это не из фарша, в который перемалывают и кости, и субпродукты, а из настоящей мякоти, прокрученной вручную. Это все я знаю, потому что живу здесь, и моя подруга в том кафе работает. Конечно, продукты у нас несколько подгажены радиацией, поэтому и грибы большие… Да шучу я! Мы живем здесь, а ты – проездом, ничего тебе от одного раза не будет. Пошли, не пожалеешь! В кровь поступят питательные вещества, и мозги заработают!
– Хорошо, – без энтузиазма согласилась Муза, – если заработают…
Уже при подходе к кафе с простым названием «Пирожковая» чувствовался аромат свежей выпечки. А внутри он просто дурманил, и Муза, не хотевшая есть, заказала себе аж три пирожка и одну ватрушку и уминала их с превеликим удовольствием.
Юлия Михайловна взяла большой рыбный расстегай, причем, как было обещано, с двумя видами рыбы, красной и белой. И еще взяла целую гору хрустящего хвороста, щедро посыпанного сахарной пудрой. Они заказали по большой чашке кофе и заняли столик у окошка.
– И правда вкусно, – отметила Муза.
– Я же говорила! Ты слушай тетю Юлю, я плохого не посоветую.
– Мне надо позвонить, – сказала Муза. – Поела, и мозги заработали.
Муза набрала номер следователя Константина Сергеевича и представилась. Не сразу, но он ее узнал.
– Это дама из «Туриста»? – спросил он лениво.
– Да, это я! Вы мне сказали, чтобы я пока не уезжала из Верхневолжска.
– Да, это так. А вы где? – спросил Константин Сергеевич уже бодрее.
– Я уехала, но недалеко! Я в области и скоро вернусь!
– Все равно вы не должны были уезжать, но хорошо, что предупредили, – ответил следователь. – Это все?
– Нет. Я звоню сообщить, что одному человеку угрожает опасность, – сказала она.
– Что вы говорите? Какому человеку? Какая опасность? Вы там, Муза, обкурились или опять напились? Только не убивайте снова! А то это уже будет отягчающее обстоятельство, – зевнул Константин Сергеевич.
– Я не обкурилась! Почему вы так со мной разговариваете? И я не пьяна! А если с этим человеком что-то случится, то это будет на вашей совести! – выпалила Муза.
– Вы не кипятитесь, Кипяткова! Кого вы имеете в виду? – попытался пошутить следователь.
– Тамару, проживающую в городе Бежецке, адрес сейчас скажу…
В трубке повисла тяжелая пауза.
– Муза, как вас там по батюшке?
– Батюшку моего не трогайте. Муза Юрьевна я.
– Вот-вот. Вы приехали из Москвы и, насколько я помню, говорили, что никогда до этого не были в нашем городе.
– Никогда, – подтвердила Муза.
– Так какого же хрена вы сейчас крутите мне мозги про какую-то Тамару? Да еще проживающую в Бежецке? Это ваша знакомая?
– Нет.
– Это уже хорошо для Тамары! Почему выбор пал именно на эту несчастную? – распалялся Константин Сергеевич, и Муза поняла, что разговор не получится.
– Что вы такое говорите? Никого я не убивала и не собираюсь. Просто этому человеку может грозить опасность, я так думаю…
– Какая опасность? Почему?
– Она останавливалась в гостинице «Турист», – ответила Муза, понимая сама, насколько неубедительно звучат ее слова.
Это была как раз одна из тех ситуаций, когда она что-то понимала и предчувствовала, но внятно объяснить и доказать это не представлялось никакой возможности. Тем более с таким настроем следователя относительно ее слов.
– Опять вы за свое? При чем тут «Турист»? Или, по-вашему, всем постояльцам автоматически угрожает опасность? Уж не потому ли, что там вы остановились? – ехидно спросил следователь.
– Опасность грозит только одиноким женщинам… – пояснила Муза.
– Я не хочу слушать этот бред! – оборвал ее Константин Сергеевич.
– Мое дело – предупредить.
– Вы сейчас где? – вдруг спросил он.
– В городе Удомля.
– Понятно! Может, это так радиация с непривычки действует? Вы поберегите себя, Муза Юрьевна, я не снял с вас подозрение, – сказал следователь и прервал связь.
Муза еще несколько секунд просидела с трубкой около уха, смотря в пустоту.
– Что? Не поверил? – спросила Юлия Михайловна.
– А чему верить? Ни одного факта, да и вообще ощущение, что я попала в параллельную реальность. Да и относится он ко мне предвзято, это тоже факт.