– С удовольствием посмотрю, – Тимур хлопал по карманам в поисках завалявшегося амальгамума. – У тебя… – он посмотрел на Кренделя.
– Извини, штаны дома забыл, а в зубах мелочь носить не привык, – лениво потягиваясь, сказал проводник.
– Понятно. Тогда я пуст, – развёл руками Тимур. – А почему решётки только на окнах Гарольда? – он решил не терять времени даром.
– О, они появились ещё при Айрин и за много лет до нашего рождения. Однажды ночью к ним в комнату по плющу забрался хорёк, – махнула рукой Ита.
– Представляю, как она верещала. Я бы тоже струхнул: спишь себе, а к тебе на кровать прыгает… – Гай неожиданно схватил сестру за ногу, та взвизгнула и хлопнула его по руке.
– Дурак, – засмеялась Ита, – когда ты уже вырастешь? Так и остался мальчишкой! О чём я говорила? – Она задумалась. – А, да, бабушка так испугалась, что распорядилась установить решётки.
– А там замочек, – покачал головой Гай, – мечта-а-а. Жаль, открыть нечем, а ломать такую красоту рука не поднимается. Надеюсь, попадётся мне когда-нибудь его двойник да с ключами, и утащу я его в свою коллекцию, – он изобразил, как прижимает замок к груди. – Если умру раньше, знай, я доверяю хранить сокровище только тебе.
– Прекрати, – рассердилась Ита и стукнула хохочущего брата колодой по лбу.
– Угомонитесь, – Мэри выиграла и довольно улыбалась, с превосходством поглядывая на остальных. – Вечно вы пикируетесь. Не надоело?
– Я помню, как мама покупала этот замок. Мы с ней вместе ходили в лавку. Хозяин тогда сказал, что нам крупно повезло: второго такого не существует. Сделан на заказ. Не сбыться твоей мечте. – Кари подвинула к себе деньги и тщательно пересчитала. – Ещё сыграем? – с надеждой спросила она и посмотрела на Нолана.
– Я невезучий, всегда проигрываю, – оправдался гувернёр. – И нам пора спать, – он посмотрел на Оскара.
Мальчик, уткнувшись глазами в пол, раскачивался на стуле взад-вперёд.
– Вам, наверное, тяжело с ним? – Крендель зевнул и поднялся. – Бедный ребёнок, жаль пацана.
– Нормально, я привык. Одна проблема – никакой личной жизни. Всё время провожу с ним. – На руку Нолана упал неизвестно откуда взявшийся паучок. Гувернёр осторожно встал, подошёл к открытому окну и стряхнул насекомое в сад.
– Сочувствую, – Тимур понимающе улыбнулся. – Тяжёлая у вас жизнь.
– Но я не представляю её иначе, – Нолан похлопал по плечу Оскара. – Не так она и плоха. Как вы у нас устроились? – поинтересовался он.
– Мне всё нравится, особенно как готовит ваш повар, – засмеялся Крендель. – Каюсь, я любитель покушать.
Неожиданно в комнату ввалился пьяный Диглан, споткнулся о Кренделя и, бормоча извинения, упал на диван.
– Что ты себе позволяешь? – возмутилась Кари. – Явиться в таком виде! Хорошо, Гарольд не видит.
– Ах, ах, ах, какой я плохой, – Диглан захихикал и скорчил гримасу. – А вы все такие хорошие, добренькие, интеллигентные. Одна паршивая овца в стаде.
– Сейчас же прекрати, – разозлилась покрасневшая Ита. – Это отвратительно!
– Да что ты?! Невинная девочка! Вот только этот ангелочек, помнится мне, в позапрошлом году, когда дед не дал денег на очередную причуду, шипела как змея: «Ненавижу, старый дурак всегда всё испортит».
– Ты… ты… – Ита задохнулась от негодования.
– Прекрати сейчас же, – встал на защиту сестры Гай.
– А если нет? – ухмыляясь, Диглан сел и закинул ногу на ногу. – Ударишь меня? Да ты трус с самого детства! Стоило тебя обидеть, сразу орал: «Ита!» Ну, иди сюда, ударь меня, ударь!
У Гая забегали глаза, и он стал быстро собирать карты со стола.
– Хам, – скривила губы Мэри.
– Ты бы вообще молчала! Кто на прошлой неделе закатил истерику, когда дед отшил очередного ухажёра? Помнится, твоя матушка орала, что Гарольд старый маразматик, который одной ногой в могиле, а другим жить не даёт.
– Мэри, мы уходим, – Кари решительно встала из-за стола. – Прошу нас извинить.
– Бегите, бегите, вам уже пора пошушукаться и обсудить, как бы вы прекрасно жили, если бы дед умер.
– Извините нас, – возмущённый безобразной сценой, Нолан пытался сгладить обстановку.
– Да ладно, не переигрывай. Смотрите, какой благородный мужчина. А собачек отравил. Не жалко? Знаем мы вас… – ухмыльнулся Диглан.
Нолан угрожающе двинулся к дивану, но в него вцепился испуганный скандалом Оскар.
– Замолчи! – выкрикнула взбешённая Ита. – Я-то врежу не задумываясь, – она оперлась ладонями на стол и подалась вперёд, сверкая глазами.
У Диглана, потянувшегося за бутылкой, дрогнула рука.
– Забыл, как я недавно устроила тебе взбучку? Сейчас же отправляйся наверх в свою комнату. И не смей выходить, пока не протрезвеешь. Идиот!
На удивление, скандалист сразу обмяк, ссутулился, молча встал и вышел.
– Нам тоже пора, – красный от злости Нолан положил руки на спинку кресла.
– Может, ещё посидим? – попыталась всё поправить Ита.
– Извините, но нам пора спать, – жёстко произнёс гувернёр и развернул кресло Оскара. Из-под чёлки мелькнули несчастные глаза мальчика.
– И мне хочется подремать. – Крендель встал и вышел в холл.
– Вам помочь? – Тимур остановился у лестницы.
– Нет, спасибо. Мне не трудно, – Нолан с Оскаром на руках с лёгкостью поднимался по ступеням. – Извините за испорченный вечер, иногда Диглан бывает настоящим гадом.
– Ничего страшного, мы всё равно хорошо провели время, – успокоил шагавший следом Крендель.
– Тем не менее неприятно, – гувернёр повернулся, и нога Оскара оказалась между балясин. Нолан дёрнулся, ботинок мальчика упал и покатился вниз.
– Я помогу, – Тимур подобрал его и передал Оскару. – Вы где-то испачкались, – улыбнулся он, показывая на зелёное пятно на кончике подошвы.
– Это с ним часто случается, вечно витает где-то в облаках, – Нолан поблагодарил за помощь кивком головы. – Спокойной ночи!
– И вам хороших снов, – пожелал Крендель.
Ита догнала их в коридоре.
– Извините за эту неприличную сцену. Диглан не такой плохой, как хочет казаться, но, когда выпьет, становится невозможным, – она с грустной улыбкой устало провела рукой по волосам. – Мне так неудобно.
– Вы в этом не виноваты, – успокоил её Тимур. – Всё нормально.
– Мы сегодня опять дежурим? – Крендель открыл окно. – Тим, смотри, какая красота.
Аллеи в саду, залитые светом мерцелий, уходили в тёмную бесконечность. Сверху клумбы казались огромными шляпами, украшенными парящими в воздухе головками цветов. Раздался тихий шелест.
Тимур подошёл, облокотился на подоконник и выглянул. Огромные бутоны лиан с тихим хлопком раскрывались, издавая нежный аромат.
– Лунный цветок, – восхитился Крендель, наблюдая, как стены дома покрываются колышущимися белоснежными волнами. – Как тебе семейка О’Ши?
– У каждого свои тайны, поэтому подозревать можно всех и никого, – ответил Тимур.
– Твоя мама говорила: «У каждого свои скелеты в шкафу», – Крендель задумчиво дёрнул себя за ус. – Получается, все желают смерти старому Гарольду. Даже Ита. Кто бы мог подумать, такая милая девочка.
– Мне кажется, скоро всё станет ясно, – уверенно сказал Тимур.
Крендель ошарашенно посмотрел на него.
– Мне осталось выяснить несколько деталей, и дело будет раскрыто. Завтра уточню пару моментов у садовника и дворецкого, тогда вся картинка сложится. Надеюсь, – добавил он, усаживаясь в кресло. – Пару часов вздремнём и отправимся на охоту за духами.
Тимур осторожно приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Старик, положив ладонь под щёку, спал, свернувшись калачиком. Привидение сегодня запаздывало. Он обошёл комнату, отодвинул портьеру, проверил окно – замок исчез.
– Очень интересно, – прошептал Тимур. – Придётся караулить всю ночь. Кто-то открыл решётку.
– Иди поспи, потом меня сменишь, – предложил Крендель.
– Нет, я лучше тут подремлю, за диваном. Спинка высокая, нас будет не видно. – Тимур сел на пол.
Ночь прошла спокойно, лишь несколько раз было слышно, как в алькове скребётся мышь.
– Привидение решило взять выходной, – проворчал невыспавшийся Крендель, когда они на рассвете покинули свой пост и оправились к себе. Но отдохнуть не удалось: через пару часов их разбудила Ита, приглашая на завтрак.
Гарольд снова не появился, сославшись на плохое самочувствие. После вчерашнего происшествия разговор за столом не клеился.
Абанга принесла с кухни стакан ярко-оранжевого сока для старика.
– Я сама отнесу, – предложила Кари. – Спрошу, может, вызвать врача. Папа в последнее время расклеился, и меня это беспокоит.
– Мам, тебя дворецкий звал к телеграфу, – сказала раздражённая Мэри. – Ещё двадцать минут назад.
– Забыла, – охнула Кари, поставила напиток на поднос и поспешила в холл. – Доброе утро, – пробормотала она, столкнувшись в дверях с Ноланом, который нёс на руках Оскара. Гувернёр приветственно всем кивнул и осторожно опустил мальчика на стул.
– Как прошла ночь? – Тимур попытался завязать разговор. – Мы с Кренделем сегодня проспали. Запах цветущей лианы действует усыпляюще.
– У меня от него голова болит, – буркнул недовольный Нолан.
Оскар пододвинул к себе стакан, предназначенный Гарольду, и отхлебнул прежде, чем гувернёр успел его забрать.
– Это не для вас. И… – Он хотел что-то добавить, но его перебила Ита с букетом свежесрезанных роз.
– Всем доброе утро! Простите за опоздание, такой славный день, не удержалась и с утра убежала в сад. – Стараясь не смотреть на Тимура, она наигранно беспечно обратилась к Кренделю: – Как прошла ночь?
– Всё отлично, – ответил проводник, уплетая творожную запеканку. – Ваш повар – кудесник: что ни блюдо, то шедевр. Обязательно схожу на кухню и поблагодарю. Если так пойдёт, придётся толстеть. Хотя в моём случае это не страшно, штаны расшивать не придётся, – хихикнул Крендель.
– Подайте, пожалуйста, вазу, – попросила Ита.
Тимур встал, но зацепил ногой стул, и тот с грохотом упал.
– Извините за неуклюжесть… – начал Тимур, но увидел расширенные от ужаса глаза девушки. – Что-то случилось? Вам плохо?