— Большая все же у тебя страна в подчинении, дорогой кузен, — заметил Вильгельм где-то после выезда из Крыма, — конца и края нет… как ты со всем этим управляешься?
— Привычка… — тяжело вздохнул Александр, — а что большая, так ведь это не наша прихоть какая-то, а суровая необходимость — у нас не Америка, которая окружена со всех сторон океаном. У нас сплошные враги по всему периметру, особенно восточному и южному — вот и пришлось отодвигать границы как можно дальше, чтоб у этих врагов не было пространства для накопления сил для новых ударов… так постепенно и дошли до Кавказа и Черного моря на юге и Китая и до Тихого океана на востоке.
— Да-да, — добавил красок в диалог Франц-Иосиф, — я читал некоторые книги по этой теме… Ключевского например. Действительно мирных периодов в вашей истории было немного, гораздо меньше, чем военных.
— Вот-вот, — усмехнулся царь, — я и пытаюсь переломить эту тенденцию. Знаете, какое прозвище мне дали в народе?
— Не знаю, — синхронно откликнулись оба императора.
— Миротворцем меня там зовут… а все потому что ни одной войны во время моего правления не случилось. Надеюсь, что и не случится… но к войне все равно надо быть готовым, правильно?
Но ни Вильгельм, ни Франц-Иосиф не успели ничего ответить на эту нравоучительную фразу царя, потому что откуда-то спереди раздался сначала продолжительный гудок паровоза, а потом шум удара, скрежет и резкое торможение. Всех троих бросило вперед по салону, но на их счастье там стоял мягкий диван, поэтому ничего страшного не случилось, не считая расквашенного носа Александра.
— По-моему у нас авария, — меланхолично заметил Вильгельм.
В салон ворвалась вооруженная охрана и дежурный медик, который немедленно начал осмотр повреждений у монархов. Но Александр отстранил его в сторонку и поинтересовался у охраны:
— Ну и что там стряслось?
— На путях оказалось бревно, государь, — ответил старший охранник, — машинист поздно затормозил, поэтому произошел сход с путей. Устраняем эту неисправность.
— Пойдем посмотрим, — царь, не слушая возражений, открыл дверь в конце салона и спустился по лесенке на землю, Вильгельм и Франц-Иосиф последовали за ним, а еще следом выпрыгнули и бравые охранники, заключившие эту троицу в коробочку.
— А это еще зачем? — спросил Александр.
— Вполне вероятно, — очень вежливо ответил старший, — что это была засада террористов, и они могут напасть на пассажиров.
— Голая же степь кругом, — царь обвел взглядом горизонт, — где они тут могут спрятаться?
— Кашу маслом не испортишь, государь, — привел народную мудрость старший охранник, — лучше перебдеть, чем недобдеть.
— Ну-ну, — усмехнулся Александр, — бдите, только сильно не мешайте.
И они отправились к голове поезда… там действительно поперек рельсов лежало толстое сучковатое бревно не меньше полуметра в поперечнике, в которое на полном ходу и врезался локомотив — он сошел с рельсов передними колесами, задние остались стоять, где положено.
— Отдельный вопрос — откуда взялось в этой степи такое бревно, — начал размышлять вслух Вильгельм, — его же надо было привезти сюда, на руках его явно не дотащить было…
— Хороший вопрос, — одобрил его мыслительный процесс царь, — ответа на него лично у меня нет.
— Дальше рельсы разобраны, — это доложил один из машинистов, отправлявшийся на разведку вперед по ходу следования.
— Сильно разобраны? — спросил царь.
— Три пролета, как минимум, — ответил тот, — причем и левые, и правые рельсы отсутствуют.
— Второй вопрос, — включился в беседу Франц-Иосиф, — куда они делись, эти рельсы? Их ведь, как и это бревно, на руках далеко не унесешь…
— Выходит, что сюда подъезжал конный экипаж, — сделал логичный вывод Александр, — а может даже и не один, на нем привезли бревно и увезли рельсы. Третий вопрос заключается в том, кто это сделал и зачем?
Глава 15
На третий вопрос ответ был дан почти что немедленно, потому что где-то в степи справа прогремел выстрел, и один из охранников с криком осел на землю.
— Все за паровоз! — принял на себя командование Александр, и ему как то разом подчинились.
Охранники залегли на насыпи, а высокие гости быстро оказались с другой стороны состава.
— Они могут и с этой стороны прятаться, — высказал умную мысль старший, — поэтому вам, Ваше величество, лучше бы в вагон зайти.
— Логично, — одобрил ход его мыслей царь и сначала предложил забраться внутрь поезда высоким особам, а потом и сам скрылся в проходе. — Стены вагонов у нас бронированы, — заметил он затем, — стекла тоже особого состава, так что сюда они не достанут.
— А кто это они? — поинтересовался Вильгельм, — есть предположения?
Но царь не успел ничего ответить, потому что в вагон, как ураган, ворвался медработник на пару с медсестрой и сходу заявил:
— Я должен вас перевязать, ваше величество — мало ли что!
— Ну и как ты мой нос собрался перевязывать? — Александр подошел к большому зеркалу, разглядел там свое отражение и продолжил, — до свадьбы заживет. Расскажи лучше, что там с раненым охранником?
— Ничего страшного, — немного умерил свой пыл медик, — сквозное ранение предплечья, кость не задета — через месяц снова будет в строю.
— Надо будет выделить ему немного моего фирменного лекарства, — вслух начал размышлять царь.
Этим ответом заинтересовался Франц-Иосиф.
— Что за лекарство, дорогой Александр? И почему оно фирменное?
— Если в подробностях, дорогой Франц-Иосиф, — ответил царь, — то долго рассказывать. А если коротко, то называется оно ливадин, помогает от любых воспалительных процессов…
Медик понял, что тут его услуги не нужны и ретировался, прихватив с собой медсестру, а еще через десяток минут пришел главный охранник и доложил:
— Нападавшие обезврежены и арестованы, они уже во всем сознались.
— И в чем же они сознались? — тут же спросил Александр, — кто они вообще такие, эти бандиты? Я слышал, что в Америке любят грабить поезда в таких же степях, как здесь…
— Про Америку ничего не скажу, — немного растерялся охранник, — но наши грабители живут в соседней деревне. По происхождению они оба, да их двое всего оказалось, татары… а рельсы они спрятали неподалеку, их уже устанавливают на свои места. Скоро тронемся в дальнейший путь.
— Давайте посмотрим что ли на этих грабителей, — предложил царь своим коллегам, — все равно еще битый час тут стоять будем.
Коллеги согласились, и буквально через пару минут пред очи высокого лидера предстали оба двое… одеты они были в стандартную крестьянскую одежду, на ногах только были не лапти а сапоги.
— Кто вы такие? — грозно рыкнул на них царь, — и зачем напали на поезд?
— Я Тимур, он Сулейман, — взял на себя ведение диалога один из них.
— Ого, — развеселился царь, — какие грозные у вас имена, знаменитые правители их носили.
— Мы имен не выбирали, — хмуро отозвался все тот же бандит, — родители так назвали. А напали мы, потому что очень кушать хотелось…
— Где живете? — продолжил допрос Александр.
— Село Шелюги… это возле Молочного лимана.
— А чего такой дурацкий план ограбления придумали? — сменил направление допроса царь, — бревно это зачем? Что, разобранных рельсов недостаточно было?
— Бревно на всякий случай привезли, — невесело усмехнулся бандит, — кашу маслом не испортишь…
— Где-то я это уже слышал, — сдвинул брови Александр, а затем обратился к охраннику, — ладно, сдайте их обоих в полицейский участок на следующей остановке… где уж она у нас запланирована?
— В Мелитополе, ваше величество, — вытянулся во фронт тот, — километров 30 до него осталось.
После того, как починили пути и подняли локомотив на рельсы, тронулись в дальнейший путь. Вильгельм, сидевший тихо во время всей этой катавасии, наконец, высказал свое мнение.
— В Пруссии такого безобразия не бывает, там полиция строго следит за железнодорожными путями.
— А эти татары… — вставил свои пять копеек Франц-Иосиф, — они что, остались от тех самых татар, которые вас завоевали пятьсот лет назад?
— Шестьсот, дорогой Франц-Иосиф, — ответил ему Александр, — даже шестьсот пятьдесят почти… да, это осколки татарской Золотой Орды, с тех самых пор и живут в Крыму.
— У нас в Хорватии и Трансильвании много цыган, — привел аналогию император, — они чем-то похожи на этих ваших татар…
— Цыгане это не то, — поморщился царь, — это кочевой народ с корнями прямиком из Индии. А наши татары оседлые… они триста лет нападали на наши южные границы и уводили русских людей в рабство, пока Потемкин не положил этому делу конец…
— Потемкин… Потемкин… — пробормотал Вильгельм, — это, кажется, какой-то фаворит вашей императрицы…
— Верно, — улыбнулся Александр, — у Екатерины много фаворитов было, Потемкин один из них. А по совместительству неплохой полководец. Еще его именем названы такие Потемкинские деревни… это такая бутафория, которую он якобы приказал построить, когда императрица путешествовала в Крым.
— И еще, насколько я знаю, — добавил Франц-Иосиф, — у вас сейчас строится броненосец, названный его именем — в газете недавно прочитал.
— Верно, — удивленно посмотрел на него царь, — строится такой, в Николаеве… надо будет с ним отдельно разобраться…
А дальнейшее путешествие трех императоров более не омрачилось ни одним мало-мальски интересным приключением. Двух злоумышленников сдали в отделение полиции в Мелитополе под расписку с отдельным указанием от Александра не раскручивать их на полную катушку. И ровно через сутки после того мелитопольского инцидента Вагон №1 плавно причалил к вокзалу станции… нет, вовсе не «Ясная поляна» она называлась, а совсем наоборот «Козлова Засека».
— Оригинально, ничего не скажешь, — ухмыльнулся Вильгельм, когда ему перевели это название, — при чем тут козлы, не скажешь, дорогой кузен?
— Скажу, — вздохнул тот, — козлы здесь, может, и имеют место, но наз