Столб белого пламени мгновенно откликнулся на мой посыл и взорвался фейерверками ослепительных искр. Невесомое, прозрачное покрывало окутало всех персонажей айстельской битвы, разыгравшееся в святая-святых этого мира. Словно ребёнок, посетивший сказочную экспозицию музея восковых фигур, созерцал я застывшую битву сверхъестественных существ. От души насладившись зрелищем, я отдал источнику мысленный приказ. Мгновенно белое пламя окутало сияющими коконами крылатых воинов и, закрутив их в причудливом хороводе, унесло прочь. В верхнем зале Тэй-Ангора остался стоять лишь Тёмный бог, медленно приходящий в себя после внезапного паралича, охватившего неокрепшее «тельце» новорожденного. Предчувствуя бурю эмоций, я окружил себя защитной силовой оболочкой, любезно предоставленной энергетическим центром. Сбросив с себя остатки оцепенения, Низвергнутый взревел, сотрясая мощными кулачищами и сыпля вокруг молниями:
— Идиот! Ты хотя бы представляешь себе, ЧТО ты наделал?! Ты погубил нас!
— Помнится, один несдержанный мужчина, весьма похожий на тебя, уже задавал мне этот вопрос, — усмехнулся я и повысил голос. — Я нашёлся, что ему ответить. Для тебя не буду делать исключений, желаешь — можешь последовать за своими обидчиками. Там и решайте возникшие разногласия.
Тэкс немного успокоился и, гася животную ярость, шумно выпустил воздух из необъятной грудной клетки. Спустя мгновение он уже миролюбиво поинтересовался:
— Кстати, а где сейчас эти ублюдки?
— Там же, где некоторое время назад находились мы с тобой, — с некоторой долей опаски я снял защитное поле, всё ещё опасаясь вспышки гнева со стороны обретшего былую силу чудовища. — На твоём месте я бы не слишком роптал на судьбу — ведь эти ребята, сами того не желая, вернули тебе былую мощь.
— Уж я-то знаю, с какой целью они это проделали! — мрачно усмехнулся Тэкс. — Моя материализация была предусмотрена только для одного — получение максимального контроля над моим духом и волей. Не мне тебе объяснять, насколько существо, наделённое живой плотью, уязвимее свободно парящего сознания. Принимая во внимание весь арсенал пыток Лаэра, я склонен думать, что не продержался бы более двух столетий, — Тёмный бог умолк и погрузился в размышления, время от времени бросая на меня задумчивый взгляд, словно тщательно взвешивая всё, что собирался сказать. Спустя минуту Тэкс встал напротив и пристально посмотрел мне в глаза. От пронзительного взгляда Низвергнутого мне стало не по себе — полыхающие рубиновым светом глазницы буквально пригвоздили меня к тому месту, на котором я стоял. Ощущение было таким, будто меня, словно старую варежку, вывернули наизнанку и осматривали на предмет обнаружения дыр.
— Будем в гляделки играть? — с вызовом спросил я, неимоверным усилием подавляя предательскую дрожь в голосе.
Горящие очи Тёмного потухли. Я облегчённо перевёл дух и вопросительно взглянул на Тэкса, ожидая объяснений по поводу этой немой сцены. Помявшись, Низвергнутый глухо произнёс:
— Алекс, ты не представляешь себе — до какой степени я тебе обязан! — тёмный бог вздохнул и махнул огромной ручищей. — Одного не пойму — зачем ты это сделал? Рано или поздно эти псы вырвутся на свободу, и возмездие будет скорым и неотвратимым. Спасая меня, ты подписал себе смертный приговор, — Тэкс на миг задумался. — Разве что … — он нерешительно замолчал.
— Разве что …? — заинтересовался я, так как моя дальнейшая судьба была небезразлична и мне.
Тэкс с минуту раздумывал и, наконец, тряхнув отвратительной головой, решительно ответил:
— Разве что ты и вправду спасёшь Вселенную! Я не люблю оставаться в долгу, а тебе я обязан своей жизнью и, что более важно — свободой!
Я внимательно и с недоумением посмотрел на Тёмного бога, внезапно показавшегося мне смущённым.
— Что-то я тебя не пойму. Разве все мои помыслы и действия были направлены не на это? Разве не для этого ты помог мне выбраться из безвыходной ловушки?! Ради этого, чёрт тебя дери, я спас твою шкуру от крылатых спецназовцев Яндра!!!
— Всё так, но…, — смущённо пряча глаза, ответил Тэкс и виновато умолк.
— Но … что? — спросил я, грозно надвигаясь на него. Рука моя плотно обхватила кожаные ремни на рукояти Утреннего Луча.
Тэкс в примиряющем жесте выставил вперёд мощную пятерню:
— Алекс, выслушай меня!
С трудом подавив ярость, я мрачно кивнул, предоставляя Тёмному возможность высказаться. Мой собеседник тяжело вздохнул и продолжил:
— Твоя беда в том, Миротворец, что ты излишне доверчив. Когда играешь в подобные игры, нужно быть готовым ко всему.
Словно бы начиная кое-что понимать, я замер, как вкопанный.
— Значит всё это: моё пленение, твоя неволя, наш побег… — я потрясённо умолк.
— Да, всё это, от начала — до конца, было нашим, непревзойдённым по гениальности, планом! — с готовностью договорил за меня Тэкс и нахально подбоченился, довольный произведённым эффектом.
— Но на кой чёрт вы замутили подобную карусель?! — старательно изображая небывалую степень потрясения, спросил я, всё ещё сомневаясь в откровенности хитроумного собеседника. — Разве не проще всего было засадить меня в каталажку; воспользовавшись моей бездеятельностью, покорить Зеркало, попутно устранив Думма; и вот оно — Вселенная на острие вашего меча?!
Тэкс с иронией посмотрел на меня и жёстко спросил в ответ:
— Если следовать твоей логике — на кой чёрт вообще запирать тебя в ловушке? Будь всё так банально — ты уже давно кормил бы червей, не утруждая свои мозги заботами о судьбе Вселенной!
— Тем более… — грустно ответил я и внутренне возликовал.
Все персонажи этой трагикомедии сыграли свою роль блестяще, в том числе — и я. Нужно отдать противнику должное — хитроумный план, столь талантливо воплощённый в жизнь, полностью оправдал надежды его создателей. Всё было разыграно, как по нотам. Сыграв на моих отцовских чувствах, меня вовлекли в опасную игру, в ходе которой, умело передвигая нужные рычаги, противник не оставлял мне другого выбора, кроме как неукоснительно следовать выбранной им стратегии. Так кошка играет с полудохлой мышью: то ослабляет захват острых когтей, даря охваченной паникой жертве призрачный шанс на спасение; то вновь сжимает смертельную хватку, восстанавливая контроль над ситуацией. Признаться, поначалу я слепо верил в осознанность своих действий и свободу выбора. После похищения сына боль и ярость не давали мне возможности трезво взглянуть на происходящее. Желание маньяка оттянуть кровавую развязку выглядело довольно убедительно. Позже, когда от Думма я узнал о возможных последствиях обретения кем-либо подобной силы, тень сомнения заставила меня по-новому взглянуть на сложившуюся ситуацию — слишком уж несоизмеримы были ставки в этой игре: с одной стороны — абсолютная власть над Вселенной, с другой — сведение личных счётов. Исходя из этого я и окрестил противника «маньяком».
Поединок в Таоле и моё «чудесное» воскрешение добавили аргументов в пользу двусмысленности ведущейся игры. Пусть иногда я и кажусь слегка наивным, но взять на веру то, что я вновь уцелел только лишь благодаря своему везению, я не мог. За неимением альтернативного плана приходилось играть по правилам могущественного противника, который довольно убедительно создавал мне всевозможные препоны, но, в момент, когда я был на волоске от гибели, в очередной раз давал мне ускользнуть. Каким бы азартным игроком не был мой противник, развлекаться подобным образом он долго не смог бы — покоряя источники, я обретал неслыханную мощь. Риск для маньяка становился слишком велик — игра велась практически на равных. Окончательно мои подозрения оформились в тот момент, когда я обнаружил себя живым и относительно невредимым в ловушке Айстеля. Оказавшийся «как нельзя кстати» божественный сокамерник, полный ненависти к своему пленителю, весьма позабавил меня своими байками. А уж то, что у него «случайно» был готов план для побега, привело меня в ярость — противники считали меня полным идиотом! Скрепя сердце, я послушно исполнил роль «соучастника побега», хотя при воспоминании об этом меня до сих пор бросает в дрожь. Разгадав суть игры, я никак не мог понять её конечной цели, поэтому продолжал таскать маску простофили: то — негодуя на действия Тэкса, то — впадая в отчаяние. В финале вселенского «чемпионата по покеру» мне несказанно повезло — появление сиятельного трио во главе с Лаэром никак не вписывалось в многоходовые комбинации Тэкса и Рональда. Разыграв довольно замысловатое сражение, у меня появился шанс сыграть на чувствах бездушной «Машины Смерти» — как ни жесток был Тёмный Бог, оставить без внимания своё избавление от неминуемой гибели он не мог…
…И вот, с выражением безмерного удивления, посетившего меня после «внезапного прозрения», я ожидал адекватной реакции от спасенного мной существа высшего порядка.
— Да, Алекс, — тень смущения сквозила во всем облике чудовища, — все твои действия — от начала до конца — были тщательно просчитаны нами при составлении плана этой грандиозной кампании. В том, что ты действовал подобным образом, нет твоей вины — слишком уж ограничен простой смертный в познаниях, способных открыть ему истинный смысл происходящего вокруг него. На том и строился весь расчет. Ты — живой, невредимый и полный мощи покорённых тобой энергетических центров, был основной составляющей грядущей катастрофы.
— Объясни, — я недоумённо покачал головой. — Вам, ублюдкам, мало гибели Вселенной? Вдобавок ко всему вы хотели обвинить в произошедшем меня?!
— Нет, дело совершенно не в этом. — Тэкс загадочно усмехнулся. — Весь план основывался на том, что, используя подвластные вам силы, вы с Рональдом совместно открыли бы дверь рвущемуся во Вселенную Хаосу.
— Вот чего бы точно не было — так это моего соучастия в этом преступлении! — уверенно ответил я. — Вы переоценили свои возможности!
Темный Бог расхохотался:
— А кто бы тебя спросил?! Изображая героя и Спасителя, ты добровольно внёс бы недостающую составляющую страшного удара. Защищая Вселенную, ты низверг бы её в пропасть! Выстоять в бою против Рональда, не используя на-полную все имеющиеся у тебя резервы, ты бы не смог. Таким образом, все четыре стихии сплелись бы в разрушительном танце. Рональду оставалось только направить совокупную высвобожденную мощь в нужное русло. Ты интересовал нас только как носитель сил Зеркала. Следуя совету этого глупца — Думма, ты незамедлительно реализовал главную деталь нашег