а самолета в поисках Беллы и вернулся обратно. Ее чересчур долго не было; если честно, он подумал, что она обиделась на его едкое замечание о подсматривании, стоит плачет где-нибудь, но он слишком хорошо о ней думал – нахалка и не собиралась плакать. Белла спокойно выходила из туалета, без единой слезинки на лице, даже как будто довольная чем-то. Дмитрию стало почему-то обидно, и он наорал на нее прямо там, у туалета. Когда же они стали возвращаться к местам, по пути встретили усаживающихся на места Виолетту, Юрия и Нику. Итак, трое, дальше в проходе стояли Морозова и Олечка – еще плюс два, и еще в самолете за ними сидели патлатый Семен и Валера Винни-Пух. Вот у них бы спросить, кто подходил к их местам, но нельзя – вдруг это кто-то из них. Итого семь подозреваемых, если, конечно, не считать возможность вмешательства кого-то извне, на это Дмитрий тоже оставил один процент. Да, еще этот странный обыск в ее номере, было ясно, что кто-то что-то искал. Интересно, что даже хозяйка номера этого не понимала – или прикидывается?
Ход мыслей прервал стук в дверь. Дмитрий даже немного растерялся: подарок он получил и уже никого не ждал, уютно расположившись в кровати.
На пороге стояла Белла, в одной руке она держала свой чемодан, а во второй бутылку шампанского. Он даже закрыл глаза и потряс головой из стороны в сторону – вдруг галлюцинация, но она не исчезла.
– Вы собрали свой разбросанный чемодан, пришли похвастаться и обмыть, или нет, второй вариант: вы решили, что после всего пережитого я обязан на вас жениться, – попытался он угадать причину для столь позднего визита.
– А вы, как всегда, голый? – парировала Белла. – Наверно, вы и правда нудист.
– Ну, во-первых, не голый, а в полотенце, а во-вторых, я никого не ждал и уже собирался спать. Белла Сергеевна, я слишком от вас устал сегодня.
– Ой, Дмитрий Иванович, тут такое случилось, вы сейчас упадете.
– Что с вами что-то случилось, вообще не удивлен, падать я за сегодня устал, это не может подождать до утра?
– Нет, Дмитрий Иванович, вы здесь для меня самый близкий человек, – очень грустно сказала Белла.
– Когда я успел им стать? – возмутился хозяин номера.
Тем временем Белла зашла в номер, села на кресло и достала из чемодана наволочку, в ней лежало что-то тяжелое. Вытянув руку, она протянула ее Дмитрию Ивановичу.
– Что там? Я вас боюсь, вы сегодня опрокинули на меня труп, заставили бежать голым по гостинице, и это я еще не вспоминаю вам, как вчера вы меня затащили под стол. Я не возьму это, можете не тянуть руки – открывайте сами.
Белла молча положила наволочку на пол и отодвинула края. В ней лежал разбитый подарок. Подставка с Красной площадью, как потухший факел, сиротливо смотрелась без шара, а вокруг все было в стеклах.
В одном из номеров гостиницы сидел человек, он сосредоточенно рассматривал предмет у себя в руках и думал:
– Прекрасная вещь, все-таки у меня золотые руки. Надо действовать сегодня, иначе потом, в Китае, будет сложнее. Хорошо, если бы все получилось и никакой поездки уже не было нужно. Заказчик требует, чтоб все выглядело естественно, за это и платит двойной тариф, поэтому тут подход нужен, особый творческий. Ну да мне этого не занимать: двадцать лет в деле и ни одного промаха, ни одного шанса усомниться в естественности причин, значит и здесь все пройдет как по маслу.
Белла сидела на кровати, подогнув под себя ноги, пила шампанское и плакала.
– Я только посмотреть хотела, одним глазком, а он возьми и выскользни у меня из рук. Это катастрофа, что делать? Я все собрала и сразу к вам. Сняла наволочку с подушки и туда все собрала, все до последнего осколочка.
– А чемодан вам зачем? Ну и несли бы в наволочке ко мне.
– Сначала я так и хотела, но потом подумала: не пойду же я с наволочкой по коридору, что люди про меня подумают? Поэтому и сложила все в чемодан.
– А то, что вас увидят заселяющуюся в мой номер с чемоданом и шампанским, ничего? Это вас не смущает? Или ваша девичья честь уснула под гнетом игристого?
Но Белла его не слушала, а продолжала себя жалеть.
– Я никогда ничего чужого не брала. У меня был только один случай, в детстве. Была у меня матрешка, ну такая, одна в одной, а самая маленькая матрешка потерялась. Однажды мы гостили у родственников в Саратове. У них была точно такая же матрешка, и я взяла маленькую, положила себе в сумку. Когда мама нашла ее, она все поняла, посмотрела на меня и сказала: «Никогда, слышишь, никогда этого больше не делай, возьми и положи на место».
Белла уже не понимала, плачет она или это шампанское, но слезы были тягучими и солеными.
– Ну ладно, не нойте, я вам верю. Вы мне уже столько всего рассказали о себе, что я просто не могу не проникнуться к вам доверием, – Дмитрий Иванович говорил и смотрел в окно на переливающийся всеми красками красавец Хэйхэ. – А подробности о вашем криминальном прошлом, эта украденная матрешка, честнейший вы человек. Вы меня полностью убедили в том, что, жили бы вы в годы Великой Отечественной и были бы партизанкой, фашистам не надо было бы вас пытать – просто налили бы вам шампанского, и все, ни одной тайны, включая матрешку. Буду и я с вами откровенным: я майор ФСБ, расследую дело. Что вы замолчали?
Он обернулся и понял, что его откровенность осталась не востребована: Белла спала. Спала так сладко, что он залюбовался ею. Дмитрий первый раз в жизни подумал, что хочет смотреть на этого человека постоянно и не хочет, чтоб он исчезал из его жизни. Он не знал, что бывает так: смотришь на человека и хочешь, чтоб он был рядом. Эта мысль была настолько новой в его жизни, что Дмитрий Иванович испугался и отложил ее на краешек сознания, он додумает ее потом, слишком много на сегодня потрясений.
Дмитрий, бросил мимолетный взгляд на наволочку, и вдруг что-то зацепило его взгляд. Наклонившись, он посмотрел внимательней. Не веря своим глазам, Дмитрий подскочил к осколкам и стал возиться в них. Затем вошел в ванную, плотно закрыл за собой дверь и набрал номер телефона.
– Капуня, спишь? Срочно приезжай в гостиницу и кого-нибудь из местных возьми с собой. Дениску можешь, только аккуратней, чтоб особо не светиться, – прошептал Дмитрий в телефон.
Следующий звонок начальству.
– Товарищ полковник, кажется, я все понял, сейчас подъедет лейтенант Сахарова с местным коллегой, и мы все проверим.
Только к двум часам Дмитрий Иванович закончил раздавать указания и решил, что может немного поспать. Так как Белла заняла кровать, он не стал ее будить, а устроился в кресле и моментально уснул.
Дмитрий проснулся в пять утра от громкого стука в дверь и крика «пожар!». Он не понял, почему спит одетым и почему в кресле. Открыв дверь, он увидел бегущего портье, орущего на весь коридор «пожар!» и стучащего во все двери. Дмитрий схватил кроссовки и стал спускаться по лестнице. Когда он вошел в фойе, где стояли все постояльцы гостиницы, увидел и своих коллег. Женщины почему-то все без исключения плакали. Даже у железной Виолетты и легкомысленной Ники глаза были на мокром месте. Мужчины же стояли со сосредоточенными, печальными лицами.
– Девочки, дорогие, ну зачем же так убиваться, ведь никто не умер, – попытался успокоить дам Дмитрий.
– А вот и нет, пожар в номере Курчатовой, оттуда валит такой дым, что даже если она не сгорела, то точно угорела, – на одном дыхании выпалила Оленька и расплакалась.
– Блин, Курчатова, точно, – Дмитрий ударил себя по лбу и ринулся к лестнице.
Мужчины схватили его, не пуская, как им казалось, в гущу пожара, а женщины стали приговаривать:
– Дмитрий, куда вы, не дурите, там пожарные, вы ничем ей уже не поможете!
– Это жизнь, всякое бывает, все мы ходим под богом, – попытался философствовать Валерий.
– Да успокойтесь вы, не собираюсь я бросаться в пожар, просто она спит у меня в номере, а я, когда выбегал на крики «пожар!», совсем про нее забыл, – прокричал Дмитрий, отбиваясь от держащих его за руки мужчин.
Минутное молчание сломало гадкое хихиканье Валеры, а Виолетта в свойственной ей манере сказала:
– Даааааа, ну и мужики пошли! Раньше женщин из пожара на руках выносили, а этот, как услышал «пожар!», даже про девку в своей постели забыл. Мужчины, если вы еще остались, есть у кого-нибудь зажигалка, вы хоть на это способны?
Семен подлетел к Виолетте с зажигалкой, и они пошли на крыльцо курить, а Дмитрий стал оправдываться:
– Нет, ну я не проснулся еще, когда выбегал, да и она случайно пришла вчера с бутылкой шампанского и уснула, я просто про нее забыл.
Но чем больше Дмитрий говорил, тем больше понимал, что закапывает себя сильнее.
– От вас, Дмитрий, я такого не ожидала, – подошла и, глядя на него заплаканными глазами, сказала Оленька.
– А наша пиарщица времени не теряет, – разочарованно и гаденько произнес Юрий.
Плюнув на коллег и перестав перед ними оправдываться, Дмитрий пошел к пожарным.
Первый звонок сестре с указаниями.
– Капуня, да, опять я, работа у нас такая, покой нам только снится. Хватит спать, хватай своего куратора и дуй ко мне. Ничего, что только разошлись, наша служба и опасна, и трудна – я думаю, твой Дениска тоже в курсе этого. Сейчас сгорел номер Курчатовой, да, жива, конечно, храпит в пьяном угаре у меня в номере. Я в совпадения не верю, ее целенаправленно хотят убить. Пусть подключатся эксперты и проверят там каждый сантиметр. Я на девяносто девять процентов уверен, что если очень поищут, то обязательно найдут.
Второй звонок был начальству в Москву.
– Товарищ полковник, мне нужно все на Курчатову Беллу Сергеевну, да, та, которую пытались отравить сегодня в самолете. Да, та, которой впоследствии перевернули номер. Меньше часа назад потушили этот же номер в отеле, только по счастливой случайности ее там не было. Кто-то очень хочет убить девочку. Нет, не думаю, разбила она только вчера и еще никто об этом не знает, тут что-то другое. А про подарок – действуем, как договаривались. По-моему, пожар нам только на руку, пусть шар лопнет от температуры, меньше будет подозрений, больше времени.