Декан Гэмпер действовал быстро, и движения его выглядели самыми что ни на есть не академическими. Он достал револьвер и ударил Уэлдона рукояткой по голове. Оглушенный и истекающий кровью, Уэлдон рухнул на пол. При этом он заметил, что в пухлом кулаке Клейтона тоже зажат револьвер. Нет, он был абсолютно прав относительно них.
Вооруженные мужчины уставились друг на друга.
— Может быть, мистер Клейтон, мы пройдем туда вместе? — мягко спросил декан Гэмпер.
— Ну, это значительно лучше, чем палить друг в друга. Но вам не кажется, что сначала стоит задать этой тени парочку вопросов — без участия в этом Уэлдона?
— Естественно, — сказал декан Гэмпер и обратился к крошечному мерцанию. — Есть ли какая-нибудь опасность в переходе в вашу Вселенную?
— Ни малейшей.
Оба обменялись взглядами.
— А нам говорили, что есть, — сказал Гэмпер.
— Это было два поколения назад. С тех пор метод усовершенствован, и больше нет никакой опасности.
— Что вы собираетесь сделать с чужаками, которые прибудут в вашу Вселенную? — быстро спросил Клейтон.
— Мы сделаем, что обещали, — сказало существо. — Нам велели собрать все запасы плутония, нептуния и ряда других более тяжелых элементов. Они будут принадлежать тому, кто прибудет и поможет нам.
Глаза Клейтона заблестели.
— Целые склады, забитые самыми драгоценными из всех существующих металлов! — воскликнул он. — И они ждут, когда мы заберем их. Неудивительно, что Уэлдон хотел проникнуть туда первым!
Глаза декана Гэмпера поймали взгляд Клейтона.
— Мы отправимся вместе, — тихо сказал он, и его благородное лицо пожилого человека стало таким же жестким, как и у компаньона. — Там хватит нам обоим.
Уэлдон медленно пошевелился и застонал. Гэмпер наклонился к нему.
— Пожалуйста, дайте инструкции… А, вот они!
Инструкции лежали возле большой машины, которую построил Уэлдон.
— Подождите, не надо, — сказал Уэлдон. — Тень лжет. Это опасно.
— Заткнись, — огрызнулся Клейтон.
— Инструкции для перехода и возвращения, — стал читать Гэмпер, — независимо от того, остается кто-нибудь с аппаратом или нет. Потяните рычаг А. Когда на шкале возникнет цифра 100, нажмите рычаг В… — Он осмотрел машину. — Мне это нравится. Все очень просто.
— Тогда нет смысла ходить вокруг да около, — нетерпеливо сказал Клейтон, ноздри его подергивались, точно он уже чувствовал запах сокровищ. — Давайте быстрее.
Декан Гэмпер потянул рычаг А. Стрелка на шкале стала медленно подниматься… Рычаг В — кнопка С — кнопка D.
Они замерцали и исчезли. Все закончилось.
Уэлдон встал на ноги и выключил машину. Он заранее ожидал нападения, поэтому удар причинил ему меньше вреда, чем им показалось. Тень все еще танцевала на столе.
— Они уже прибыли? — быстро спросил Гэмпер.
— Еще нет. Они пока что находятся в промежутке между нашими трехмерными мирами.
— Вы получили то, что хотели. Все прошло так, как я планировал.
— Вы знали, что они не вернутся. И станет известно, что они исчезли из вашей квартиры. Это вы тоже учли?
— Конечно, — улыбнулся Уэлдон. — Я записывал на диктофон все, что происходило в этой комнате — пока только что не выключил его. Я могу доказать, что хотел пойти туда сам, что предупреждал их об опасности, а они напали на меня. Меня не смогут обвинить в том, что случилось с ними.
— Вы оказали нам большую услугу, — сказала тень. — Но сами упустили удобный случай. Вы не станете известны, как самый блестящий человек в нашей Вселенной.
— Только в моей собственной. Но я буду удовлетворен и этим.
— Не думаю, что необходима дальнейшая связь между нами. Вы не понадобитесь нам еще много поколений. И никто не сможет прийти друг к другу в гости. Как вы уже наверняка предположили.
— Предположил, — согласился Уэлдон. — Только живые существа могут пройти между Вселенными. Но после перехода они попадают под действие законов другой Вселенной. В вашей Вселенной такие элементы, как уран, нептуний и плутоний, из которых состоят ваши тела, устойчивы. У нас вы бы мгновенно распались и погибли.
Его прервал странный ослепительный свет, который, в отличие от луча фонарика, который Уэлдон когда-то использовал для демонстрации, совершенно уничтожил тень. Это был странный свет, скорее, тень света. Он сиял свирепо и холодно, а затем разделился на два огонька, полетевших в разных направлениях. Когда огни постепенно исчезли вдали, на столе опять замерцала тень.
— В нашей Вселенной, — продолжал Уэлдон, словно его не прерывали, — такие элементы, как углерод, азот и кислород, из которых состоят наши тела, являются устойчивыми изотопами и могут просуществовать хоть миллиарды лет. Но в вашей Вселенной они быстро распадаются, образуя своего рода ядерный реактор.
— Да, — подтвердила тень. — Наше солнце умирало, и мы нуждались в новом. А в нашей Вселенной очень мало материи. Именно поэтому мы заманивали вас к себе. Для нас вы размерами не с кита, вы размерами с солнце. И вы бы вспыхнули, достигнув нас. Но вы были слишком осторожны. Однако, мы счастливы, что, благодаря вам, у нас теперь двойное солнце.
Самые блестящие люди во Вселенной, подумал Уэлдон. Они были ворами и убийцами, достигшими высокого положения, и я счастлив, что помог им стать, в конце концов, очень полезными людьми. И на этот раз я даже прощаю им воровство моего света.
Он нажал выключатель, и тень исчезла. Но Уэлдон еще долго не мог избавиться от мыслей о Клейтоне и Гэмпере, освещавших Вселенную.
Marvel Science Fiction, 1951, № 11
ДЕТСКАЯ ПЛОЩАДКА
Джордж читал книгу, сборник старинной поэзии, и был весь поглощен рифмами, когда с криками «Папа!» к нему вбежал Джерри.
— Разве я не говорил, что не хочу, чтобы меня прерывали во время чтения? — нахмурился Джордж.
— Да, папа, но я подумал, что это очень важно. Регистраторы отметили увеличение гравитации на одну десятую «же».
— Планета или Солнце?
— Планета, но какая-то очень большая. Двигатели не справляются, нас притягивает к ней, и мама начинает волноваться. Она сказала…
— Не обращай внимания. Я схожу посмотрю.
Он отбросил поэтический сборник, даже не запомнив страницу, и вышел вслед за Джерри из комнаты. Когда они добрались до коридора, он уже шагал впереди. Почему, черт побери, мальчишка с самого начала не сказал, что Сабина нервничает. Он бы сразу понял, что это не пустяки, и не стал бы зря тратить время, раздражаясь и задавая глупые вопросы.
Остальные члены семьи уже собрались в пилотской рубке. Сабина сидела за управлением, Лестер выглядывал у нее через плечо, а Карл пытался отпихнуть Лестера.
Сабина обернулась, когда он стремительно вошел в рубку.
— Не думаю, что мы в опасности, Джордж, — сказала она. — Но я решила, что ты должен об этом знать.
— Конечно, кивнул он. — Не то, чтобы я волнуюсь, когда ты управляешь кораблем, но все же…
Он посмотрел на приборную панель.
— Уже три «же», — сказала Сабина. — Что-то притягивает нас.
— Что с двигателями?
— У них не хватает мощности бороться с этим притяжением. Может, забился топливопровод, или что-то стряслось с ураном?
— Судя по приборам, все в порядке. Но они сами могут работать неправильно.
Сабина раскраснелась и выглядела очень симпатичной, как и тогда, когда она много времени проводила возле электронной плиты.
— Я думаю, стоит приземлиться, Джордж. Вспомогательные двигатели в порядке, я проверила их. Мы сядем на их тяге.
— Хорошо, но что это за планета?
— Диаметр двенадцать тысяч миль, плотность одна и пятьдесят семь сотых, — затараторил Лестер. — Давление атмосферы…
— Ладно, ладно. Я и сам вижу показания приборов.
Лестер тут же надулся.
— Джордж, — укоризненно сказала Сабина, — он лишь пытается помочь.
Мы слишком долго пробыли тут взаперти, подумал Джордж. Никакая семья не должна проводить на корабле без перерыва дольше месяца. А мы здесь действуем друг другу на нервы уже полгода. Но Сабина права, я слишком груб с ребенком. Ему всего лишь восемь лет, и мне не следует задевать его самолюбие.
— Извини, Лестер, — сказал он вслух. — Продолжай, Что там еще?
— Давление атмосферы…
— Атмосферное давление, дорогой, — поправила его Сабина.
— Тысяча семьсот двадцать два миллиметра на уровне моря.
— Ничего себе, — сказал Джерри, которому исполнилось одиннадцать, и он уже знал, что атмосферное давление на уровне моря на Земле всего лишь семьсот шестьдесят миллиметров ртутного столба. — Это много.
— Состав атмосферы: кислорода — двадцать девять и семь десятых процента, азота — тридцать один процент…
— Пригодна для дыхания, — сказал Джордж. — Слава Богу, мы можем выходить наружу безо всяких проблем, и не придется таскать тяжелые скафандры.
— Не обещай того, чего не сможешь потом выполнить, — предостерегла его Сабина. — Ты же знаешь, что сначала следует проверить воздух на наличие микроорганизмов…
Карл, трехлетний мальчишка с ясными глазами, слушал все это молча, но теперь, наконец, протянул:
— Мама!
— Да, Карл?
— Я хочу домой.
— Конечно, Карл, мы полетим домой.
— Но я не хочу никакую посадку…
— Нам придется сначала сесть на эту планету, — объяснил ему Джордж. — Без этого не получится. Папа должен исправить двигатели.
— Я хочу домой, не хочу на посадку. Хочу домой, не хочу на посадку, хочу домой, не хочу… — завелся Карл.
Джордж закрыл глаза и глубоко вздохнул. Если я еще когда-нибудь скажу, что нужно взять детей на каникулы в космическое путешествие, то буду знать, что пора мне проверить мозги.
Сабина выглядела такой же измотанной, как и он сам.
— Возьми управление на себя, Джордж, — сказала она. — А у меня есть для Карла шипучка. Хочешь шипучку, Карл? Замечательная шипучка, да еще с малиновым вкусом! Хочешь с малиновым вкусом, Карл? Или с другим?
— Я хочу домой, — сказал Карл.
Сабина крепко взяла его за руку и почти утащила из рубки. Джордж сел за управление.