– Но...
– Никаких «но»! Ведите нас в подвал!
Охранник как-то странно посмотрел на Джона.
– А почему это именно в подвал? Откуда вы знаете, что именно там неисправность, ведь об этом нигде не сообщалось?
– Я догадался, потому что чаще всего это случается там, – уверенно сказал Джон, даже ни капли не смутившись. – Это для профессионала так очевидно.
Том стоял и хлопал ресницами, понимая, что минуту назад для них все могло бы кончиться, если бы не сообразительность Джона и умение говорить нужное ко времени и к месту.
– Ну ты даешь! – шепотом бросил Том своему напарнику.
– Элементарно! – ухмыльнулся тот.
Охранник уже находился в метре от них, отправляясь к двери, ведущей к подвалу, когда Том, оглядываясь по сторонам, снял со щитка несколько ключей.
– Зачем это тебе? – нахмурил брови Джон.
Тот, сунув их в карман, пролепетал:
– На всякий случай.
– Мелкий воришка! – обозвал его Джон с презрительной ухмылкой.
Подойдя до нужной двери, охранник заметил ключ в замке.
– Вот же он!
– Кто? – спросил Джон.
– Ключ, оказался он почему-то в двери, а не на месте, хотя никаких распоряжений относительно его, мы не получали.
– Ну вот! – обрадовался Джон. – А мы, было, чуть не отправились назад.
Охранник толкнул дверь, и она открылась.
– Странно, – задумчиво произнес он, – очень странно.
– А может, там кто-нибудь есть? – предположил Том, с любопытством заглядывая внутрь.
– Глупости! – отозвался Джон. – Не болтай ерунды, и вообще, кто тебя спрашивает?
– Нужно проверить, – переступив порог, сказал охранник.
Джон недовольным взглядом посмотрел на Тома и, сделав глубокий вздох, бросил ему в лицо:
– Болван! Кто тебя за язык тянул?! Нам его только там и не хватало!
Том попятился назад.
– Джон, я что... я ничего... он сам...
В помещении подвала было слабое освещение и потому охранник приглядывался в те места, куда свет почти не падал. Не найдя ничего подо зрительного, он вернулся на коридор.
– Можете идти работать, там нет никого.
Находясь уже какое-то время в подвале, мишки гамми тщательно обследовали его внизу, надеясь обнаружить тайник, где находились сокровища.
– Смотрите внимательно, – предупреждал мишек Малыш, который шел впереди.
Солнышко держала все время колечко в руке, так, на всякий случай, точно оно вот-вот должно понадобиться.
Поиски были утомительными, но мишки-гамми очень старались, боясь пропустить что-то важное.
Зрение у Бабушки было не таким хорошим, как у Малыша или Солнышки, потому ей приходилось часто наклоняться, чтобы убедиться, что на полу ничего не было, того, что могло бы их заинтересовать.
Колдун и вовсе, придерживая очки, широко открывал глаза, точно стекла в них были не увеличительными, а простыми.
– Ничего не вижу, совсем ничего, – сетовал он про себя.
Несмотря на это обстоятельство, он все же делал вид, что занят поиском.
Позади всех тащился Ворчун. Кому-кому, а ему уже порядком надоело изображать из себя ищейку, и он, позевывая, думал, как бы поскорее все это кончилось. Однако, уходить он не торопился, так как не хотел остаться в стороне, если сокровища все же найдутся. Что же касается Толстяка, то он пыхтел и страдал от чрезмерности движений. Он старался изо всех сил, хотя ему было нелегко, учитывая его вес, что даже Солнышко скрывала смешок, когда видела Толстяка таким деятельным.
– А это что? – вдруг поинтересовался Толстяк, увидев маленькую щелку в стене почти у пола.
Мишки-гамми быстренько собрались у этой щели с тем, чтобы определить ее назначение.
– Очень похожа на мышиную нору, и если бы я встретила здесь мышь, то была бы уверена, что это она и есть, – предположила Солнышко.
– Сказала тоже! – воскликнул Ворчун. – Мыши здесь больших размеров, нежели те, что живут в нашем Лесу.
Малыш разглядывал щель молча, а потом попросил, чтобы Солнышко подошла поближе.
– Попробуем опустить туда кольцо.
– Ты думаешь...–начала Солнышко.
– Но ничего другого мы не нашли?! Не могли же те мишки-гамми спрятать их еще дальше?!
Когда Солнышко протянула колечко к щели, та на глазах у всех расширилась.
– Ну и чудеса! – удивился Толстяк.
– Солнышко, бросай кольцо! – торопил Малыш.
Руки у Солнышки дрожали, а пальцы так крепко сжимали кольцо, что, казалось, она с ним никогда не расстанется.
Наконец, она отправила кольцо в отверстие и тут же отошла в сторону. Мишки-гамми услышали, как оно обо что-то ударилось, падая со звоном все ниже и ниже. Мишки-гамми с замиранием ждали, что вот-вот свершится чудо, но его все не было.
Первым нарушил молчание Ворчун:
– Ну, и что будем делать теперь? И кольца у нас нет, и сокровищ тоже.
Солнышко готова была пустить слезу, вспоминая, каким тяжелым было для нее расставание с кольцом.
– Это все Малыш! – не унимался Ворчун, – Его идея! Не надо было так спешить.
– Будь, что будет, – произнесла Бабушка, теряя всякую надежду на то, что сокровища когда-нибудь найдутся.
Но долго мишкам-гамми не пришлось томиться в ожидании, так как через несколько секунд с грохотом упала небольшая часть стены, за которой находились сокровища.
– Вот они! – с восторгом кричали мишки-гам-ми. – Мы нашли их! Они наши!
Том и Джон находились к тому времени в подвале и услышали шум, но только никак не могли понять, откуда он.
– Не обращай внимания! – раскрыв сумку, скомандовал Джон.
– Это, по-моему, где-то рядом, – оглядываясь, заметил Том.
– Лучше помоги мне выложить динамит.
Джон извлекал один за одним свертки из сумки и складывал их на полу.
– Это будет потрясающий взрыв! – бросил он с нескрываемой радостью.
– А мы успеем унести ноги до того, как банк взлетит на воздух?
– Это не самое главное, – безразличным тоном ответил Джон, словно это не имело для него никакого значения.
Том насторожился.
– Как это?! Я не хочу умереть вот так, в этом подвале.
– Что ты дергаешься? И чем тебе не нравится такая смерть? Зато о тебе узнают...
– Меня вполне устраивает и то, что обо мне никто не знает. А вот каким это образом о тебе станет известно, если ты взлетишь на воздух вместе с этим банком? Ты это не учел. Хоть бы записку оставил.
Джон задумался, хотя не совсем понимал значение слов Тома.
– Может, мне все же выйти, пока не поздно, занервничал Том, – я мог бы тебе оказать такую услугу: рассказать о тебе всем, а также о том, как ты отправился на тот свет.
– Еще чего! Я здесь буду умирать, а он обо мне байки рассказывать! Как бы не так! – воскликнул Джон, а затем, подумав секунду, добавил: – А это хорошая мысль!
Джон с хитринкой посмотрел на Тома, соображая, как бы помягче высказаться. Том его опередил:
– Уж не хочешь ли ты, чтобы я остался здесь вместо тебя?
– Почему это вместо? У каждого из нас есть свое место. И кто это тебе сказал, что оно у тебя там, а не здесь?
– А... Если хочешь знать мое мнение...
– Оно меня не интересует. А вот мне было бы крайне интересно посмотреть на весь этот фейерверк.
– Что ты этим хочешь сказать? – сурово насту пал Том.
– У меня рассказать обо всем получится лучше, чем у тебя, – рассмеялся Джон.
Том повернулся и зашагал к выходу.
– Том, вернись! – позвал его Джон. – Мне надоели твои фокусы!
– Уйдем пока не поздно, – жалобно попросил Том, стоя на месте, приблизительно в пяти метрах от своего сообщника.
– Нет, – решительно ответил Джон, – я не откажусь от своего намерения, тем более, что миг осталось всего ничего: лишь зажечь спичку и поднести...
Джон чиркнул спичкой по шершавой поверхности коробка.
– Смотри сюда! Этого шнура, соединенного со взрывателем, хватит на тридцать секунд. Этого мне будет достаточно, чтобы убежать в безопасное место. А ты останешься здесь, потому что так этого хочу я.
Затем Джон, точно кошка, изогнулся и, сделав несколько прыжков, настиг Тома, решившего спасаться бегством.
– Не выйдет! – крикнул он, нанося Тому сильный удар в живот. – Но прежде, чем умереть, ты скажешь, где спрятал деньги.
Том держался на ногах, хотя ему было больно Джон еще раз ударил его, теперь уже по голове.
– Признавайся!
– Пожалей! – взмолился Том, вытирая кровь с рассеченной губы.
Удары сыпались один за другим, пока Том не упал на пол.
– В последний раз спрашиваю: скажешь, где спрятал деньги?
– У меня их нет, – выдавил из себя Том, морщась от боли и корчась на полу.
– Как хочешь!
В следующую минуту Джон, оставив Тома, подошел к динамиту, полный решимости зажечь шнур. Он достал несколько спичек и сразу же попытался зажечь их. Но то ли он был в сильном возбуждении и оттого в руках его не было твердости, то ли оттого, что со спичками что-то случилось, огня так и не было.
Джон психовал. А Том, приподняв голову, наблюдал за ним, не в силах пошевелиться.
Разве могли предполагать Том и Джон, что совсем рядом, в другом конце подвала, забавные мишки-гамми рассматривали сокровища, которые по праву им принадлежали.
– Это мне подходит? – кокетничала Солнышко, примеряя то брошь, то колье из драгоценных металлов и камней.
– Еще как! – оценивала ее Бабушка.
Но блеск сокровищ для Колдуна был ничем, по сравнению с тем, что он отыскал книгу, в которой было так много мудрых советов, собранных прежними мишками-гамми. Это было, естественно, значительно дороже, чем всевозможные безделушки.
– Вот это сокровище! Это настоящее сокровище! – пытался убедить мишек-гамми Колдун, прижимая к себе книгу.
– Да-да, – соглашался с ним Толстяк, выбирая из груды металлов кое-что для себя.
Ворчун, забыв про приличия, горстями отправлял к себе в карман золотые монетки, поглядывая на Бабушку. Та изредка качала головой в знак неодобрения, но не стыдила при всех, уповая на то, что у него хватит ума все вернуть на место.
Радостное настроение, которое овладело Малышом, лишь только он увидел сокровища, сменилось печалью. Он сел на корточки и разглядывал всю эту блестящую и переливающуюся груду, соображая, что же со всем этим делать. Он понимал, что это неожиданное богатство им не нужно, разве что две-три безделушки для Солны