Я пообещала Джеро, что я не вступлю в Корень. Я дала ему слово. Если я вступлю, какой из меня будет друг?! Не то, чтобы мне плевать на Коноху и её безопасность. Мне совсем не плевать, просто я считаю, что я худший кандидат на эту миссию. Уверена, у нас в Конохе есть шиноби и поумнее меня, те, кто точно смогут закончить с успехом, а не запороть, как я. А то я и миссию завалю и сама сдохну, я же себя знаю.
— Я приставлю к тебе человека, и он всему тебя обучит, он профессиональный шпион, — встала она и направилась обратно за стол.
Я уже хотела снова возразить, но резко себя заткнула и, вставая с дивана, пошла за Лордом Хокаге.
Молчи, Ариза, иначе ты себя загонишь лишь глубже в задницу! Ты, твою мать, умеешь рыть себе яму, не удивлюсь, если однажды она станет тебе могилой!
— Пр-роклятье, — тихо прорычала я по пути, злясь на свою глупость. Почему я настолько тупая, чёрт! Кто меня за язык тянул! Могла ведь промолчать, дура! Как я вообще не предвидела это! Хренов я стратег! — Ррх… Тц-ц. Хорошо. Я согласна, но только при одном условии! Если мои улучшенные клоны будут ходить на миссии вместе с Наруто и Саске. Я должна их оберегать.
— От чего?! От D-ранговых миссий?!
— Да, даже от них! Всегда! — повысила я голос.
— Хорошо, по рукам, клоны будут ходить с ними на миссии. Также я повышу тебя до джоунина, скорее всего, временно. Хотя у меня на это есть все основания, учитывая, что многих чунинов и джоунинов Листа ты одолела.
— А это зачем?! — удивилась я.
— Эта миссия высшего ранга, она имеет прямое отношение к политическим делам страны. Отправлять на такие миссии чуунинов категорически запрещено законом!
Да кому, блин, всрался этот закон, Наруто в аниме генином выполнял такие задания, что многим джоунинам и не снилось.
— Это не честно. Все тренируются не покладая рук, а меня так необоснованно повышают! Я не заслужила этого, — проворчала я. Такие быстрые успехи я не люблю, они не предвещают ничего хорошего.
— Хватит тратить моё время, Ариза. Разговор закончен! С этого дня ты лично будешь ходить только на миссии ранга B и выше, у тебя есть сила, поэтому пора заканчивать валять дурака. Перед вступлением в АНБУ тебе надо набраться опыта. Тренировки по Ирьёнин-дзюцу начнутся со следующего понедельника. Также сразу оговорюсь, ты никому не имеешь права разглашать свой ранг и свою миссию. Никому и ни при каких условиях! Я буду ждать тебя завтра в двенадцать здесь.
— Для чего?
— Подпишешь документы о конфиденциальности, — кинула она на меня хмурый взгляд и продолжила. — Свободна.
Всё, конец, весь мой план пошёл коту под хвост. Сколько будет у меня эта миссия? За сколько месяцев или лет я смогу собрать этот чёртов компромат?! Я не люблю политику, это не моё, я никогда не хотела в неё влезать! Что мне делать, если Наруто и Саске без меня погибнут?!
Я была уже у двери и, схватившись за ручку двери, внезапно остановилась. В груди было очень тягостное предчувствие, и оно ни к чему хорошему не вело.
— Знаешь… Цунаде, — не оборачиваясь, обратилась я к ней на «ты», впервые за долгое время. — Мне всё равно, если я погибну на этом задании. На этой миссии, на которую я идти не хотела. Но я не прощу тебя, если об этом узнают Саске или Наруто. И, тем более, не прощу, если они изменят свои убеждения.
С этой фразой я вышла за порог и закрыла за собой дверь. В груди вспыхивали одни чувства за другими. Мне хотелось что-либо разрушить, уничтожить. У меня правда уже чесались кулаки! Я давно так не злилась до скрипа зубов.
Вероятность умереть на задании S-ранга крайне высока! Тем более, если я имею дело с Корнем — для сохранения своей репутации Данзо как нечего делать отдаст приказ о моей ликвидации! И всё, пиши «прощай, моя миссия». А если я и вправду умру, и об этом узнают парни… Просто узнают, что правители их любимой деревни просто натравили меня один на другого! Ладно, это уже мне надо любым способом не допустить распространения информации. Иначе у меня же и будут проблемы!
Пройдя несколько метров, я, не выдержав, не сильно стукнула кулаком об стенку, стараясь не разрушить, и, выпрыгнув в ближайшее окно, направилась на полигон, выпустить свой пар на тренировочном бревне.
***
В груди зарождается такое чуждое тревожное чувство. Размытые картинки быстро сменяют друг друга, формируя, на первый взгляд, самый обычный, ничем ни примечательный сон, но от понимания которого в душе всё застывает от ужаса.
И я не понимаю, почему? Зачем и за что? Я что-то сделала не так? Что я сделала не то?
Ощущение отчаянного нежелания, сопротивления и дикого непонимая проникают лишь глубже в сердце:
«Почему я?», «Почему это со мной?»
Я ворочаюсь, пытаюсь сбежать оттуда, забыть, но не получается. Словно я застряла в тягучей тине болота, которая хочет утащить меня на десятки километров вглубь.
— Ари! Ариза! Ари! — сквозь пелену сознания слышу родной голос, и меня вырывают из этого жуткого кошмара.
Я чуть приподнимаюсь, тяжело дыша, чувствуя, как по щекам бегут дорожки слёз и тут же зарываюсь лицом в подушку, чтобы Саске не видел.
Не каждый день снится, как тебя казнят, а потом хоронят…
— Иди сюда, — парень спешно накрывает меня одеялом и, крепко прижимая к себе, поглаживает по спине.
— Не хочу… Я же ничего не сделала…— дрожащими голосом от слёз бормочу я и, беспомощно утыкаясь носом в футболку Саске, стараюсь заглушить боль несправедливости.
— Успокойся, Ари. Все хорошо. Всё будет хорошо… — Саске аккуратно гладит меня по голове, а потом целует в лоб.
В его согревающих объятьях мне становится легче, и я потихоньку ослабеваю. Через время волнение уходит и мне уже не хочется плакать в надрыв, хочется лишь вечно лежать вот так с ним, и пусть весь мир ждёт.
— Это сон, это всего лишь страшный сон, — вслух шепчу я, уже более уверенно. Грудь Саске, к которой я отчаянно прижималась, источала не только его такой родной и любимый для меня запах, но и ощущение покоя и безопасности. Учиха меня успокаивал уже только одним своим присутствием.
— Не бойся, Ари, — Саске приподнимает мою голову и заглядывает в мои глаза. — Я никому не отдам тебя. Слышишь меня?
— Угу, — чуточку, даже как-то неуверенно, киваю я, вновь утыкаясь в футболку любимого.
— Ари… — протягивает он через минуту.
— У?
— Я никогда не говорил, но ты сладко пахнешь, чем-то ягодным, — неожиданно сказал он, стараясь чуть развеселить меня, и у него это получилось. — То ли малиной, то ли ежевикой… Не могу понять…
— Хах, — чуточку рассмеялась я, и мне стало так тепло и приятно. — А ты пахнешь немного фруктами, кажется, персиком, — ответила я. Запах Саске такой… Немного специфический, он какой-то резкий, но в тоже время терпкий, мягкий и лишённый агрессивности.
— Расскажи потом мне сон.
— Хорошо… — протянула я, и внезапно громко зазвенел будильник, заставляя нас вздрогнуть. Саске тут же потянулся через меня и, быстро выключив нелюбимое мной устройство, лёг обратно.
— Сейчас только пять утра, куда ты намеревалась? У нас же сегодня нет миссий.
— Ну, вообще-то на тренировку, — я, медленно стянув с себя одеяло, уже хотела встать, но меня внезапно, обняв сзади, затащили обратно в тёплую и столь желанную в этот ранний час кровать.
— Никакой тренировки, лежи, спи давай, а то тебе от усталости уже кошмары снятся, — проговорил Саске на ухо и, закрыв нас одеялом, сцепил руки на моей талии.
— Ну, малы-ыш… — протянула я, — мне идти надо, — я снова попыталась сесть, но меня не пустили, а лишь крепче прижали.
— Никуда ты не пойдешь, — решив показать свои намерения, Учиха слегка укусил меня за мочку уха.
— Ты засранец, Саске… — я, сделав подмену со стоящим рядом с кроватью большим плюшевым мишкой, выбралась из лап Учихи. — Я пойду умываться.
— Ну уж нет… — парень стянул с себя одеяло и, быстро встав с кровати, уже намеревался меня догнать, но я тут же заскочила в ванную, попутно закрывая за собой дверь. Да, я чудовищно хотела спать, моё тело было жутко уставшим и, в конце концов, болела голова. Но обещанный выходной у меня завтра, а не сегодня. Поэтому — вперёд и с песней на полигон.
Я прикоснулась лбом к холодной двери, чтобы смягчить головную боль, и чуточку улыбнулась. Несмотря на то, что моя жизнь изменила своё направление в сторону жопы, я всё равно была счастлива. Я была рада каждому дню, проведённому рядом с людьми, которых я так сильно любила. Я в восторге, когда Саске приходит ко мне, когда мы проводим с ним время. Я ликую, когда у Наруто выходит какая-то новая техника или приём, я с упоением дерусь против Какаши на тренировке по тайдзюцу. И они тоже счастливы, и это по ним ясно видно. Мы все просто кайфуем от того, что мы вместе.
Умывшись, я вышла из ванны и обнаружила перед собой Саске, что серьёзно стоял с полотенцем.
— Ты у меня так скоро поселишься, — прокомментировала я. У него тут и свои вещи уже, и средства личной гигиены, я не удивлюсь, если вскоре полквартиры будет уже у меня.
— Сегодня в одиннадцать просмотр квартиры, помнишь? — напоминает он, пока обходит, направляясь в ванну.
— Саске, ты что, грязным в постель залез? И это что, моё полотенце? — перевела я взгляд на своё полотенце.
— Угу, — нахально кивнул он. — Я моюсь по утрам, а ты по вечерам. Но если хочешь, я могу мыться и по вечерам… — ухмыльнулся он. — Вместе с тобой.
— У тебя борзометр зашкаливает, Учиха, — я чуть протолкала его в ванну и закрыла дверь. — Мойся давай. А то мыться он со мной собрался… — радостно возмутилась я вслух, смотря на закрытую дверь. — Малолетний извращенец.
Хм… Я надеюсь, он не читает книжки Джирайи. Если я найду у него такую книгу, ему придётся ой как несладко.
Как только за дверью послышался звук воды, я тут же приступила к делу. Оставив одного клона готовить завтрак, а другого прибирать бардак в комнате, я, прихватив свиток, вышла на балкон и закрыла за собой дверь, чтобы до возлюбленного не дошла ни одна фраза.