— Я же погибну! — выкрикнула я, помня про то, что Ямато был единственным выжившим из пятидесяти детей.
— У меня ещё два клона в запасе, использую их, — легко проговорил он, будто бы я была не человеком, а расходным материалом, просто никому не нужным куском мяса.
Орочимару привязал мою голову к столу, чтобы я не дёргалась, и начал чем-то наполнять шприц. Закончив, он подошёл ко мне и, воткнув мне его в шею, стал вводить. Я молчала, будто какой-то ком застрял в горле, и только когда он вытащил иглу, процедила:
— Что, чёрт возьми, ты мне ввёл?!
— Паралитическое вещество, чтобы ты не двигалась, когда я буду тебя резать, — размеренно сообщил он, и моё тело начало покалывать в разных местах. Через полминуты я ощутила, что конечности немеют, и у меня не получается их контролировать — даже палец поднять не могу. Я лежала, как сломанная кукла, не в силах даже закричать. Самый страшный кошмар оказался явью. То, от чего я так безбашенно бежала — оказалось тем, к чему я в итоге пришла. У меня ничего не получилось… я хотела спасти друзей, но не смогла сберечь даже себя.
На периферии зрения я увидела, как Орочимару взялся за скальпель. Всё внутри перевернулось с ног на голову. Я не могла закричать, заплакать, попросить о помощи. Безжалостно и без капельки сострадания он начал резать меня по живому, рассекая кожу, а затем мышцы. Я была готова выть от мук неописуемой боли. Он исследовал, перебирал что-то пальцами, вживлял какие-то ткани. И так со всеми частями тела — ноги, живот, руки. Через несколько минут из-за непереносимой агонии я потеряла сознание.
Сколько длились эти мучения я не осознавала. Возвращаясь в сознание и вновь его теряя, мне казалось, что проходят часы, а то и дни. Время подло растянулось, словно желая причинить мне больше боли.
Орочимару больше не проронил ни слова. Он обращался со мной как с куклой, не рассказывал, что делает, не вводил обезболивающее, будто бы я подопытная крыса, которая что-то неразборчиво пищала перед экспериментом. Я для него никто. Он даже за человека меня не считал.
Клетки Хаширамы были слишком ядовиты для моего организма. Я ощущала, будто моё тело разрывается на части, словно меня с головой окунули в серную кислоту, что разъедала меня до костей. Моё тело билось в конвульсиях, я захлёбывалась в собственной слюне, но ничего не могла сделать.
И это было лишь началом…
Наихудшее в моей жизни ждало меня впереди. Эксперименты шли день изо дня, и становились всё изощрённей и болезненнее. Я теряла себя. Не могла себя даже убить — Система не отвечала мне.
Я отчаянно не понимала, за что мне это всё. Почему?
Всю жизнь я придерживалась высших моральных ценностей. Я любила друзей и родину, защищала дорогое для себя. Была добра. Не убивала. Ценила честь. Намеренно не предавала. Верила в лучшее. Старалась быть нравственным человеком — не причинять боль ближнему, не злорадствовать, уважать старших. Так почему же мои благие намерения привели меня в Ад?
________
Фанфик не закончен, друзья! Будет ещё вторая часть (и третья тоже).
Примечание к части
Я пять c с половиной лет писала эту часть - с далёкого 2017-го года, хотя по началу она была рассчитана на 20 глав. То, во что превратился фанфик за всё это время даже для меня уму не постижимо. Я бы никогда не подумала, что наберу хотя бы 1000 лайков.
Если вам понравилась эта часть, если она заставила вас испытать эмоции и вы рады, что всё-таки прочитали, то я буду благодарна вам за отзывы и награды к фанфику. Это то, что сделает счастливой меня, как автора :) и я буду и дальше радовать вас главушками^^
Написание 2-ой части запланировано 2023-й
День, когда Саске влюбился
Примечание к части
Чистый гет, дорогие читатели! Замечательная глава про Аризу и Саске. Учитывайте, что у Аризы с 5 по 12 лет отсутствовали эмоции (Из-за пожирателей)
День, когда Саске влюбился
«Настоящая любовь
никогда не умрет».
Стивен Кинг
14 июля 1052 года
— Давай… ты сможешь, я в тебя верю, — подбадривающее сказала Ариза. Она уверенно шагала спиной вперёд по воде и внимательно следила, чтобы Саске, который только учился это делать, нечаянно не упал. Успехи Учихи оставляли желать лучшего: он который день пытался освоить эту технику, но всё равно не шёл так же уверенно, как подруга. Ариза утешала его тем, что он учится быстрее, чем сама она, и что Саито потратила на это недели, пытаясь контролировать свой огромный очаг чакры.
Это был уже третий день изматывающих тренировок. Они находились на своём излюбленном восьмом полигоне уже который час, не жалуясь ни на горящее солнце, ни на голодные желудки. Да, они бы могли спокойно проводить каникулы, отдыхая и веселясь, как это делали остальные студенты Академии, но они бы не были собой, если бы не использовали это время для чего-то полезного.
— А этому обучают в Академии? — спросил с любопытством Саске, сделав ещё один неуверенный шаг. Он никак не мог понять, где Ариза этому обучилась. Может, подсмотрела у старшекурсников или где-то увидела? Вопрос, где она берёт все эти техники, мучил его весь последний год.
Первые несколько недель он и вовсе считал её шпионом вражеской деревни, что лишь притворяется студентом Академии, пока его старший брат не развенчал его абсурдные догадки.
— Не думаю, что это вообще входит в программу обучения. Для этого нужен невероятный контроль, — на её серьёзный ответ Саске удивлённо распахнул глаза. Он начал представлять, каким сильным будет к выпуску, если сейчас научится таким техникам. С каждой секундой его самооценка возрастала, и он всё более уверенно шагал вперёд, уже представляя, как хвастается отцу. — Вот видишь… ты всё сможешь. Я сейчас создам волны, а ты попробуй устоять, хорошо?
— А то! — улыбнулся он, и Ариза ударила ногой о воду. Вся уверенность Саске в мгновение ока испарилась, когда он, не удержавшись, начал падать. Ариза подхватила его в последний момент и успела прыгнуть на берег. Саске уловил едва ощутимый аромат душистой ванили, исходивший от подруги, и на миг будто весь мир стал этим запахом.
— Не намок? — поставив на землю, Ариза осмотрела его синюю клановую футболку с большим воротом и чёрные шорты.
— Это было неожиданно и быстро, я был не готов! — возмутился мальчик и встал. — Давай ещё раз попробуем! — он ждал ответ от Аризы, но та лишь молча смотрела ему за спину. Сначала он не мог понять, куда она глядит, но со следующими словами всё встало на свои места.
— Может, вы лучше передохнёте и пообедаете? — раздался за спиной Саске такой знакомый голос старшего брата.
— Братик?! — чуть ли не подпрыгнул Саске и быстро развернулся. — Что ты тут делаешь?
— Решил посмотреть на вашу тренировку.
— Вас зовут Итачи, верно же? — безэмоционально проговорила Ариза, решив не изображать эмоции. Ведь раз Саске в свои восемь лет смог распознать её притворство, то гений клана Учиха тут же раскусит её.
— А в… тебя Ариза? — также внимательно посмотрел он глубокими чёрными глазами, и девочка распознала в них потаённый интерес. Будто для Учихи эта встреча была долгожданной. Она подумала, что ему просто было интересно посмотреть, с кем проводит время его младший брат, даже не догадываясь, о чём действительно думал в этот момент Итачи.
С виду это была обычная девочка девяти лет — красные распущенные волосы по лопатки, тёмная практичная футболка, свободные чёрные бриджи на манжетах по середину голени, и такого же цвета обувь. Единственное светлое, что на ней — это бинты по локоть, налокотники, и набедренная сумочка шиноби, что была прикреплена к ноге также с помощью белых бинтов. Почему она ходила во всём чёрном, Итачи догадывался — желание кого-то впечатлить, что было у её сверстниц — у Аризы отсутствовало, а на тёмных вещах меньше всего были заметны пятна.
Ариза же также пристально изучала его черты лица, вглядывалась в длинные полосы на щеках и тёмные волосы, завязанные в хвост, что Итачи даже показалось, будто она его с кем-то сравнивает.
Это была их первая встреча, и они глядели, не отрываясь, друг на друга так жадно, что Саске уже стало не по себе, и он решил их прервать:
— Братик, потренируешь нас?! Ты обещал!
— Прости, но я пришёл лишь позвать вас на обед, — мягко ответил Итачи и слегка улыбнулся. — К тому же, через два часа подойдёт фотограф, чтобы сделать семейную фотографию.
— Нас? — осторожно пробормотал Саске, вспоминая, что мама что-то рассказывала утром про фотографа, только со всеми этими тренировками у него это вылетело из головы.
— Да, сейчас как раз время обеда, да и ты заодно познакомишь нас со своей подругой. Маме и отцу очень интересно узнать про неё больше.
— Нии-сан, лучше бы потренировал меня, а то у тебя постоянно дела — то те, то другие. Никогда на меня времени нет. Наверное, совсем меня не любишь! — начал манипулировать Саске, обиженно надув губы.
— Я смогу потренировать тебя на следующих выходных. Можешь и свою подругу позвать, — спокойно ответил парень.
— Ясно всё! Ариза, давай тренироваться дальше! — воскликнул уверенно мальчик и, схватив подругу за ладонь, потянул к воде.
— Саске, — произнесла отчётливо она, останавливая его. — Ты часто говоришь, что твой отец не рад тому, что ты тренируешься не на клановом полигоне. Так может нам действительно лучше познакомиться, чтобы ему было спокойнее? — протянула Ариза и повернулась к брату друга: — Правда ведь, Итачи-сан? Что скажете?
— Это определённо пойдёт на пользу, — слегка кивнул он в согласии. — А то мама и папа скоро начнут думать, что у тебя появилась любимая девочка, а не спарринг-партнёр, с которым ты тренируешься.
— А-а? Что? — переспросил Саске, а потом посмотрел на Аризу, и до него дошёл весь смысл. Мальчик смутился, увидев первый раз в жизни в ней не просто друга, а нечто важнее и дороже. И он словно давно это ощущал, но осознал только сейчас.
Он опустил взгляд на их руки, сцепленные вместе, и, зардевшись ещё больше, отпустил ладонь. Какие-то непонятные чувства захватили его сердце. Он не мог объяснить их словами, и лишь промычал что-то невнятное в ответ. Они пообщались ещё немного и направились к усадьбе Учих. Весь оставшийся путь он не мог связно понять, что именно он ощущает, и почему его сердце так волнительно стучит. Он обыгрывал в голове ситуации: вдруг Ариза не понравится отцу? А что, если маме? А вдруг они скажут ему не дружить с ней?