К «Зефиру» подхожу в 19:05. Опоздала все-таки! Что это за болезнь? И лечится ли она? В последнее время я слишком часто опаздываю.
Сперва мне кажется, что это злая шутка Королевой, ведь издалека создается впечатление будто кафе закрыто. И лишь подойдя, я понимаю что там полумрак.
Хмм, специально антураж создали на День Святого Валентина?
«Зефир» вообще славится тем, что здесь постоянно назначают свидания. Раньше встречались у памятников, а сейчас вот — в кафе. Такие времена и нравы. Я, как вы понимаете, в «Зефире» именно на свиданиях не была еще ни разу.
Неловко переминаюсь у входа с ноги на ногу, не решаясь зайти.
Так, соберись, Устинова! Плечи расправила, грудь вперед и шагай!
Закрыв глаза, начинаю считать про себя. Слышала, так советуют психологи, чтобы успокоиться.
Один… Два… Три… Четыре…
— Полина Устинова? — открыв дверь, спрашивает меня официант.
Ошарашенно на него таращусь. Вот уж не ожидала, что меня так встречать будут.
Пожалуй, именно тут должны были закрасться первые подозрения, но я иной порой веду себя как слепой котенок.
— Ага, — заторможено киваю головой.
— Отлично, вас уже ждут! Пройдемте!
Надо же, как у них тут все официально.
Зайдя, мне помогают раздеться. Я все еще не понимаю, что происходит. Действую машинально. Пройдя в зал, я точно не ожидаю того, что он будет пустой.
То есть, совершенно пустой.
Что происходит?
В замешательстве смотрю на зажженные свечи по залу, тусклый свет гирлянд и столик посередине на двоих.
Я совершенно одна. И наконец-то до меня доходит, что Клюев не может себе такого позволить.
Снять ресторан для свидания может себе позволить только один человек.
Думаю, вы сами догадались кто.
Разумеется, Долматов.
Только вот самого его нигде не видно.
Пройдя вглубь ресторана, останавливаюсь возле стола, но не сажусь. Оглядываюсь вокруг, но Айдара нигде нет.
Что ж, это могло бы быть прекрасное свидание! С Клюевым, а с Долматовым я не собираюсь тут сидеть.
Горько усмехнувшись, круто разворачиваюсь и уверенным шагом направляюсь на выход.
Уже хватаюсь за пальто, что официант успел повесить на вешалку, как слышу:
— Полина, стой!
Застыв, поворачиваю голову назад.
Айдар.
Весь такой нарядный. В темных джинсах и белой рубашке с запонками. Сейчас в нем невозможно признать школьника обычной среднестатической школы. Передо мной стоит взрослый парень. Поправочка, чертовски богатый парень.
Сейчас разница между нами очевидна как никогда. От этого осознания чувствуется горький привкус во рту.
— Мне пора, Долматов, — непреклонным тоном отрезаю, качая головой.
Айдар в несколько шагов пересекает расстояние между нами, накрывает мою руку сжимающую пальто своей и просит:
— Останься, пожалуйста.
— Чтобы что, Айдар? Ты ведь специально не подписался своими именем, специально меня запутал!
В этом я даже не сомневаюсь. Наверное все же стоило еще утром написать Ромке. Тогда бы я не проходила целый день в дураках.
— Если бы я подписался, ты бы не пришла, — честно признается.
— А так пришла — да. Ты все верно рассчитал, — со смешком бросаю. — Но сейчас уже ухожу.
И тем не менее я не двигаюсь с места, точно мои ноги приросли к полу.
— Разве тебе здесь не нравится?
— Нравится, — не вижу смысла лукавить. А какой бы девчонке не понравилось? — Мне не нравится компания.
Дар растягивает на губах хулиганскую ухмылку, против которой у меня все еще нет иммунитета. И пусть сердце трепыхается в груди, я сохраняю совершенно беспристрастный вид.
— Всего один вечер, Полина. И я оставлю тебя в покое, если ты захочешь. Обещаю, — твердо и абсолютно серьезно произносит Долматов.
— Ты и так оставишь меня в покое, — закатываю глаза. — Тебе есть на кого тратить свое время и внимание. Ты каждое утро это делаешь. Твоя девушка не обидится, что ты не с ней проводишь этот вечер?
— А твой парень? — вопросом на вопрос отвечает.
Ух, как же он меня бесит! И даже не отрицает засранец, что пудрит и мне мозги и Каролине!
— Вот и поговорили! — раздраженно фыркнув, хватаю пальто с вешалки и отступаю от Долматова.
— Полина, постой… Я не хотел… Если ты о том, что я подвозил Каролину, то у нее просто сломалась машина. Мы не встречаемся.
На несколько секунд я замираю, а потом, очнувшись, нарочито безразличным голосом отзываюсь:
— Это твой дело, Айдар. Меня это не касается. И вообще, мне все равно! — последние слова я практически выкрикиваю.
Ага, вот мое и «все равно». Ну не умею я быть безразличной и холодной стервой, хоть убейте!
— Слушай, — Долматов снова приближается ко мне вплотную, кладет руки на плечо и нежно сжимает. Он буквально прижимает меня к стене, словно боится, что я сбегу. Не то чтобы я уже этого не делаю. — Давай этот вечер проведем вместе. Клянусь, что после этого оставлю тебя в покое. Это ни к чему тебя не обязывает. Хочешь, будем называть это дружеской встречей.
— Но мы не друзья.
— Так будем! — решительно заявляет.
Этот парень просто невыносим! Он прет как танк. И точно не принимает в качестве ответа слово «нет». Он найдет любую лазейку, чтобы я осталась с ним. И поскольку я непроходимая тупица, то мне это даже льстит.
— Меня ждет Рома, — предпринимаю последнюю попытку соскочить, сама понимая что уже проиграла.
— Если нужно, я сам ему все объясню.
Даже боюсь себе представить эти «объяснения».
— Ладно, — с пораженным вздохом вручаю ему пальто. — Но учти, Долматов, недолго.
Это право я хочу оставить за собой. В конце концов, это всего лишь один вечер, правда? Мы посидим, поболтаем часок, а потом я уйду. Айдар наконец-то оставит меня в покое, а я забуду про него раз и навсегда. Поставлю, так сказать, жирную точку.
Угу, только вот вместо точек у меня пока что получаются одни запятые.
Пока Айдар вешает мое пальто, подхожу к столу. Блюда еще не подали, а вот напитки стоят.
Подскочив, парень отодвигает мне стул и я присаживаюсь.
Он точно решил меня охмурить этим вечером.
— Ты прекрасно выглядишь!
Комплимент звучит искренне, но я все равно воспринимаю в штыки. В память настойчиво врезается тот вечер, когда он со своими друзьями-дегенератами смеялся над моим весом. И прежде чем прикусить язык, я язвительно выпаливаю:
— Даже платье не расходится, правда удивительно?
— Что? — он недоумевающе хмурится, отчего между его бровями образовывается складка. — О чем ты?
Притворяется или действительно не понимает?
— Я о той вечеринке перед Новым Годом. Тогда тебе с твоими друзьями было очень забавно обсуждать меня.
— Так вот что ты имела ввиду тогда после катка! А я все голову ломал… Над тобой смеялись? Когда?
— Долматов, у тебя что проблемы с памятью? — грубо чеканю. — В тот вечер я тебя как идиотка ждала наверху, а потом пошла искать. И знаешь, что? Я услышала как ты смеялся со всеми надо мной!
Лицо парня выражает полнейший шок. Как если бы я сообщила ему, что одна из его «неделек» в очень интересном положении.
— Так ты все-таки ждала меня? Я думал, ты просто продинамила меня. Я, честно, мало помню из того, что говорили ребята. Они постоянно кого-то обсуждают, и обычно половину этой чепухи я просто пропускаю мимо ушей. Тем более, в тот вечер я вообще большую часть переписывался с Арсом.
Я ему верю. Правда.
Однако обида не проходит. Она прочно засела в моей груди. Я не уточняю какие именно гнусности говорили ребята, хоть Долматов и спрашивает. Не хочу, чтобы он знал насколько сильно это меня задело.
— Мне следовало сразу идти с тобой, но Королева так просто бы не отстала. Ты же знаешь ее.
— Да, знаю. Именно поэтому не понимаю, что здесь делаю я, а не она.
Я знаю, Долматова. Им невозможно манипулировать. И, откровенно говоря, до сих пор не понимаю, почему он пошел с ней и сидел там. Все это какая-то одна сплошная бессмыслица.
— Слушай…
— Хватит, Айдар, — вытягиваю руку вперед, призывая его замолчать: — давай переведем тему. Нечего тыкать палкой в это осиное гнездо. Правда, проехали.
Он хочет еще что-то сказать, но, встретив мой предостерегающий взгляд, поджимает губы и кивает.
— Проехали.
Когда нам подают блюда, мы с Долматовым непринужденно болтаем. Так словно и не было между нами недопониманий. Удивительное дело, но с этим парнем всегда легко. Нет неловких пауз, которые так раздражают.
— Так что, какие у тебя планы на будущее? — интересуюсь, отправляя в рот листья салата.
И хоть на столе стоит куча закусок и сочное мясо, при виде которого мой желудок буквально плачет и умоляет откусить хоть кусочек, я давлюсь травой.
— Как у всех — поступить, — туманно отвечает Айдар. — А у тебя?
— Тоже самое. Правда, я еще не определилась ни с вузом, ни с факультетом, а ты?
— Ммм, тоже нет.
И почему это звучит так неуверенно? Или я накручиваю?
— Не хочешь потанцевать? — вдруг спрашивает, подскакивая со стула. — Прекрасная песня!
И правда, играет Bruno Mars «When I Was Your Man».
Неуверенно кошусь на протянутую ладонь парня.
— Только танец, клянусь.
Ладно, была не была!
Несмело вкладываю свою ладонь в его, которая тут же смыкается капканом. Вероятно, чтобы я не передумала.
Я встаю и Айдар уверенно притягивает меня за талию к себе. Вторую руку пристраиваю у него на плече.
Мы медленно покачиваемся в танце, не отрывая от друг друга горящих глаз.
Бабочки в животе вновь разбушевались. Впрочем, кого я обманываю? С того момента как я увидела Долматова, они и не утихали. Однако при касании рук, когда мы стоим так близко к другу другу, когда его дыхание долетает до моих волос — все ощущается в тысячу раз острее. По коже пробегают мурашки, когда Айдар начинает поглаживать пальцем тыльную сторону моей ладони.
— Ты мне нравишься, Полина, — шепчет, приближая свое лицо к моему.
Между нашими губами остаются считанные сантиметры. И я почему-то не отстраняюсь, не останавливаю его, когда он буквально своими губами касается моих.