Рука Дара начинает движение. Нежно проводит пальцами от кистей до плечей, сжимает. Чувствую его теплое мятное дыхание на щеке. Сглотнув, немного поворачиваю голову. Наши взгляды сталкиваются. Мир вокруг замирает. Остаемся только я и он.
Долматов подается вперед, и я прикрываю глаза в ожидании заветного поцелуя, как нас прерывает громкий голос:
— Дар, где тебя носит?
Королева, черт бы ее побрал!
Каролина Королева — королева школы, моя одноклассница и, как я полагаю, исчадье ада. Клянусь, эта девчонка дьявол. Жгучая шатенка с раскосыми глазами и пухлыми губами. Ей хватает одного взмаха ресниц, чтобы парни падали к ее ногам и целовали следы.
Долматов тоже поддался ее чарам этим летом. До меня доходили слухи, что они встречались около месяца, что для Дара непривычно долго. Обычно он расставался со своими подружками через неделю. Между собой их так и называли: недельки.
Айдар резко отстраняется от меня, точно я больна холерой, и я в защитном жесте обнимаю себя за плечи. Каролина делает вид, что только сейчас меня заметила. Окидывает высокомерным взглядом и, хмыкнув, снова обращается к парню:
— Там уже все наши собрались! Тебя только не хватает.
— Так начинайте без меня, — лениво отмахивается от нее.
— Без тебя? — деланно удивляется. — Ха-ха, очень смешно. Любимый, — плавно двигая бедрами, подходит в Дару, наклоняется к лицу, оставляет звонкий поцелуй на щеке, заявляя свои права, — ты хозяин дома. Без тебя нельзя.
Долматов отходит от нее, бросает извиняющийся взгляд на меня и угрюмо отрезает:
— Сейчас приду.
Серьезно? Меня собираются кинуть второй раз за вечер?
Королева победно ухмыляется мне.
Получив свое, она разворачивается и направляется в дом, ни капли не сомневаясь что Долматов последует за ней, точно верный пес. Хотя они уже давным-давно разошлись.
— Полина, — Дар шагает ко мне, берет в руки лицо и уверенным голосом произносит: — подожди меня на третьем этаже в последней комнате.
— Зачем? — жалко выдавливаю из себя, вместо того чтобы послать придурка и его змею к черту.
— Приду и узнаешь! — хитро блеснув глазами, подмигивает, оставляет обещающий большее поцелуй на щеке и, развернувшись, уходит за Королевой.
Я, должно быть, не в себе раз следую наставлению Долматова.
Влюблены девчонки такие наивные дурынды, правда?
Поднявшись на третий этаж, нахожу последнюю комнату, помявшись пару секунд, толкаю дверь и захожу.
Свет включен, и я понимаю что попала в святая святых. Комнату самого Айдара Долматова. В ту, которую он никого не пускает. На самом деле весь третий этаж под запретом. Признаюсь, мне так и хочется порыться в его вещах, но я девочка приличная, а потому оставляю эту крайне заманчивую идею. Приходится довольствоваться его детскими фото, кубками и медалями на стене за баскетбол. Ух ты, у него тут даже книги есть!
В основном научная фантастика, но среди знакомых замечаю серию «Властелин колец» и «Ведьмака». Кто бы мог подумать, что Долматов внутри души мечтатель?
Когда я рассмотрела по третьему разу все, что было можно и даже понюхала все парфюмы, достаю телефон. Играю в игры, просматриваю соцсети и так проходит еще четверть часа.
Да он издевается, что ли?
Решительно подскакиваю с кровати. Я намерена сама найти Долматова. Если захочет, то не отпустит меня, а если скажет еще ждать — пусть подавится!
Спускаясь по лестнице, слышу откуда-то громкий смех со знакомыми ядовитыми нотками. Королева. Значит, и Долматов там.
Пройдя, сворачиваю за угол. Дверь в комнату немного приоткрыта, и я вижу, что Каролина сидит у Долматова на коленях, обнимая его одной рукой за шею.
Что. За. Фигня.
— Твоя дурочка все еще ждет тебя наверху?
В ответ тишина, и Каролина мерзко гогочет, а остальные подхватывают это веселье.
Нет сомнений, о ком она говорит. Обо мне.
— Какая жалость! Вы видели ее сегодня? Бедняжка перепутала размеры платья! Как оно на ней не разошлось?
Я не вижу отсюда лицо Айдара, но представляю его глумливую ухмылку.
Поиздеваться над полненькой девчонкой, чем не забава? Ведь именно так развлекаются мажоры!
Он рассказал этим говнюкам, что я жду его наверху!
— Ну сиськи у нее зачетные, — раздается незнакомый мужской голос. Должно быть, одного из его богатеньких друзей.
— Ага, ей бы похудеть немного…
— Чтоб под ней каблуки не сломались!
Ненавижу. Чтоб вы все в ад провалились, мерзавцы!
Не разбирая дороги бросаюсь к лестнице, чувствую как по щекам скатываются горячие слезы. Слетев на первый этаж, забегаю в туалет и закрываюсь. Не чувствуя сил, оседаю на пол. Утыкаюсь лицом в колени, подавляя громкие всхлипы, но они все равно вырываются наружу.
И в этого парня я влюбилась? Для которого я просто «забава»?
Сжимая от ярости кулаки, поднимаюсь и, прожигая глазами ненавистное мне отражение, тихо себя обещаю:
— Я разлюблю тебя, засранец. Обещаю.
Глава 1
Зимние каникулы
Полина
— Полинка, может ты поужинаешь? — спрашивает мама, открывая дверь в мою комнату. И тут же натыкается на мой свирепый взгляд.
— Мама! — возмущаюсь я, надувая щеки. — Ты опять?
— Поль, ну ведь нельзя… — обеспокоенное начинает она очередную лекцию на тему того, что я вообще не толстая и что нельзя морить себя голодом. Ага, и это кость широкая, а не жир. И вообще у нас — Устиновых порода такая!
— Можно, если ты не влезаешь в новые штаны! — фыркнув, брезгливо морщусь.
— Велика беда! Давай еще одни купим!
Разумеется, мама хочет как лучше. И, храни ее боже, что терпит мои капризы, но… Неужели она не видит этого безобразия? Неужели не понимает, что нет ничего прикольного в том, чтобы весить тонну? Особенно, если ты девочка-подросток.
— Мне не нужны новые, я хочу влезать в эти, — с твердой решимостью отрезаю. — Я не буду ужинать.
Мама горько вздыхает, ворча что-то себе под нос, и прежде чем выйти обиженно бросает: — Как знаешь.
Уже полторы недели (да-да после той отвратительной тусовки, что стало моей личной аллеей позора) я сижу на жесткой диете.
Никакого мучного. Никаких углеводов и фаст фуда. Никакого сахара! Заруби себе на носу, Устинова! Ни-ка-ко-го! И даже одного батончика, на который ты сейчас так жадно смотришь.
Жизнь определенно потеряла краски после той, будь она трижды проклята, новогодней вечеринки.
Ну ладно. Все было не совсем так. После той вечеринки, поскольку наступили новогодние праздники (да здравствует оливье и крабовый салат) я только и делала, что заедала стресс. Клянусь, я практически жила у холодильника! Даже всерьез думала над тем, чтобы туда перетащить кровать. И все это безумие длилось ровно до того злосчастного дня, пока я не собралась с ребятами в кино, не полезла в шкаф, не достала штаны и… В них не влезла! Мерзавцы не застегнулись на мне! Честно скажу, я пробовала втягивать живот, отчего моя селезенка, кажется, сдвинулась с места, прыгала, не теряя надежды втиснуться в джинсы, но без толку.
Тогда я сделала то, что меня уничтожило. Достала пыльные весы из-под кровати. Старые, железные, ненавидимые мною, но как назло самые точные. Встав на них, я долго держала глаза закрытыми, страшась их открыть. И все же пришлось.
Железная стрелка точно указывала на цифру восемьдесят три. Восемьдесят три килограмма, черт побери! И это при росте один метр шестьдесят пять сантиметров. За праздники я набрала пять килограмм. Как будто мне семидесяти восьми не хватало! Прям на этих весах я и расплакалась. Точнее, зарыдала навзрыд.
Сложно теперь отрицать обидные слова Королевой.
Я. Жалкая. Толстая. Неудачница.
Ненавижу свое отражение. Эти толстые ляжки и живот. Слишком большую задницу и грудь. Щеки, будь они неладны! И второй подбородок! Хотя, какой второй? Третий. Конечно, уже третий.
Справедливо ли обижаться Долматова? Да и за что? За то, что не захотел повеселиться с жирной девчонкой? Нет, за это я не могу на него обижаться. Я обижаюсь, потому что подонок дал мне надежду. Надежду, которой он помахал перед моим лицом, а потом так жестоко отнял.
И вот уже четыре дня я сижу на диете. Очередной. Только вот впервые чувствую такую решимость. Каждое утро и вечер я заставляю свою жирную задницу вставать с кровати и бегать. Я специально выхожу очень рано или поздно, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из знакомых. Знаю, что выгляжу нелепо. И, пожалуй, именно это еще больше меня мотивирует.
Никогда. Больше. Не. Хочу. Выглядеть. Нелепо.
Я стану красивой. Приду на выпускной, и тогда Королева и ее гиены навсегда заткнут свои поганые рты.
Не то чтобы я робкая овечка, которая не может за себя постоять. Разумеется, могу. Однако это вовсе не значит, что приходя домой я не плачу, что мерзкие насмешки и подколы не ранят меня. Изо всех сил я пытаюсь быть нормальной. Своей девчонкой в любой компании. И, не стану скромничать, несмотря на постоянные издевки Королевой, у меня это получается. До сих пор гадине не удалось меня забить в угол. Не получится и сейчас.
Я похудею, чего бы это мне не стоило. А Долматов будет еще себе локти кусать!
Все эти дни я стойко держусь. Скачала приложение с рецептами полезной еды, веду подсчет калорий и это, надо сказать, дает свои результаты. За четыре дня я сбросила один килограмм! Для меня это маленькая, но победа над собой! Точнее, начало череды побед!
Через час, когда за окном уже темно, я натягиваю теплый спортивный костюм, спортивную курточку, которую еще прошлой зимой приобрела в секонд-хенде, как раз с целью бегать. Долго же несчастная пролежала без дела. Затем обуваю кроссовки, натягиваю на уши шапку и, схватив телефон и перчатки, выхожу из квартиры.
И нет, я не сумасшедшая раз бегаю по вечерам. Точнее, даже по ночам. И нет, мне не страшны маньяки. Во-первых, по вечерам я бегаю вокруг стадиона возле дома, а во-вторых… На кой черт маньяку я сдалась, в самом деле?
Выйдя из подъезда, растираю ладони в перчатках друг об друга. Ну и холодина же! Впрочем, оно и понятно. Уже почти середина января, снег белым полотном укрывает землю, что красиво сверкает в свете фонарей, а легкий мороз кусает щеки. Выдыхаю немного воздуха на свои руки, пока иду в сторону спортплощадки, которая располагается прямо посреди двора.