— И ты утверждаешь, что ваше появление это «полная случайность»?
— Чистая случайность, — врет, не моргнув глазом.
— На девчачью мелодраму вы пошли случайно? — невинным голосом уточняю.
— А что? Сейчас в мире равноправие, — невозмутимо хмыкает. — Кто б мог подумать, что ты такая нетолерантная, Устинова!
Ну все, достал!
Не знаю, что мне хочется больше — поцеловать Долматова или треснуть, но он принимает решение сам. Буквально скручивает меня в объятиях, тесно прижимая к себе. А потом, точно дергая тигра за усы, дает легкий щелчок по лбу. Я пытаюсь вырваться, но это бесполезно, поэтому строю обиженную физиономию.
— Успокоилась? — тихо спрашивает Дар.
— Дурак! — фыркаю, силой сдерживая улыбку.
Не знаю, как ему это удается, но у меня не получается долго злиться на этого болвана. И при этом… С ним никогда не бывает скучно. Целый вечер мы провели с ребятами шутя, болтая о обо всем на свете и, конечно же, флиртуя. От нас всех летят искры, потому что и Нина с Арсеном точно запали на друг друга. К девяти вечера мы отправляемся домой. Вообще-то мы бы погуляли еще, но поскольку у Нины строгие родители ее нужно доставить домой, потом Долматов завозит Арсена, а меня в последнюю очередь.
Уже, подъехав к подъезду, Айдар совершенно серьезно спрашивает:
— Что ты ему скажешь?
Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться что речь идет о Клюеве.
— Что он для меня только друг, — честно признаюсь. — Ты думаешь, я стерва, да?
— О, еще какая! Ты же меня чуть до нервного тика не довела! — шутливо восклицает Дар. — Но вообще не бери в голову, Поль. Клюев взрослый мальчик и справится с отказом девчонки. К тому же, он не дурак и видел, что между нами что-то происходит, но все равно позволил себя использовать.
— Нет, не позволял. Это я его водила за нос, — не соглашаюсь с парнем.
— Это ты так думаешь, — невесело усмехается. — Это он тебе позволил. Да и ты думаешь, он не использовал девчонок?
— Так же как ты Каролину?
Мой вопрос застает Айдара врасплох. Он задумчиво стучит пальцами по рулю, прежде чем неохотно ответить:
— С Каролиной нас связывает общий круг. Я знаю ее с детства. И она действительно нравилась мне летом. Я думал, что это поможет мне забыть…
Он обрывается на полуслове, при этом выглядя так, точно чуть не выдал пароль от своего сейфа. Нервно улыбается, небрежно бросая:
— Не важно.
И я не настаиваю. Не хочу знать, кого он там не мог забыть!
— Чем ты занята завтра?
— А что? — спрашиваю с легкой улыбкой, как будто не понимая к чему он клонит.
— Хочу провести с тобой день, — абсолютно без всякого стеснения заявляет.
— Хорошо.
— Хорошо? — совершенно искренне удивляется. — Вот так просто?
— А что? Ты ожидал, что я заставлю тебя сочинить мне поэму?
— Как минимум.
— До завтра, Дар, — усмехаюсь и тянусь к ручке двери, но не успеваю нажать, как Долматов рывком притягивает меня к себе, впиваясь в губы требовательным поцелуем.
— Вот теперь, до завтра! — отстранившись, весело подмигивает.
Хихикнув, выхожу из машины. Долматов отъезжает, а я хочу написать Ромке, но вдруг замечаю его на спортплощадке, с которой нас так много связывает.
Ладно, натворила делов, теперь расхлебывай, Устинова!
Клюев даже не скрывает, что видел как я выходила из машины Айдара. Когда я подхожу, смотрит на меня осуждающе, отчего мне становится еще более не по себе.
— Ром…
— Я очень хотел, чтобы ты дала мне повод врезать Долматову, — резким тоном прерывает меня. — Почему Полина? Почему он?
— Я не знаю, — отвожу глаза, виновато прикусывая губу. — Мне жаль, что я так с тобой поступила…
— Мне тоже, — сухо отрезает. — Жаль, что ты выбрала его, но я это переживу. Не беспокойся.
Впервые я вижу Рому такого отстраненного и холодного, точно глыба льда. Один его взгляд способен заморозить, и наверное я это заслужила.
— Мы можем…
— Остаться друзьями? — кривится, точно я предложила ему яду. — Ты сама-то в это веришь? Думаешь, Долматов позволит нам дружить?
— Он не может мне запретить.
— Нет, но он знает, что друзьями мы никогда не были и не будем.
Да, этим обманывалась только я.
— Уже поздно. Идем, я провожу тебя до подъезда.
В гнетущем молчании мы доходим до моего подъезда. Я не могу найти подходящих слов. Да и кто смог бы? Я, знаете ли, вообще впервые сталкиваюсь с подобным! Мне никогда никому не приходилось отказывать. И, если уж говорить совсем откровенно, то обычно это я была тем человеком, которого кидали.
— Спасибо, что провел. Ну я пойду… — неловко топчусь на месте.
— Иди.
И все, больше никаких слов. Кивнув, натянуто улыбаюсь парню и, развернувшись, топаю к подъезду. Уже открыв дверь, он кричит мне:
— Полина, если он тебя обидит, то дай мне знать!
— Зачем? — недоуменно оборачиваюсь.
— Чтобы я все-таки мог врезать Долматову.
Если он меня обидит, то я врежу ему сама. При чем по самому слабому мужскому месту, тому самому на которое он молится.
Глава 22
Полина
— Снова свидание? — спрашивает отец.
Долматов уже ждет меня внизу. Мы полночи переписывались, скидывали друг другу смешные видео, мемы, ну и просто о всякой ерунде, лишь бы больше пообщаться, словно наверстывая упущенное время.
— Эм-м, да, — стыдливо отводя глаза, мямлю.
— А что за машина? Вчера ж другая была!
Блин.
Я думала, что папа не заметил. Впрочем, разве от его соколиного взгляда что-то скроешь?
— Пап, это другой парень…
— Еще один? — таращится на меня, точно я сообщила ему, что беременна.
— Ну не то чтобы еще один. Точнее, это тот первый, который вообще не должен был им быть, — тараторю я, сама понимая что несу какой-то бред сумасшедшего.
— Кхм, — откашливается, проводя рукой по лысине. — Ну, Полька!
— Оставь ребенка в покое! — кричит мама с кухни. — Мальчики хорошие, они приходили.
— Что-о-о? — гаркает отец. — В моем доме? И я не в курсе?
Благоразумно решив, что сейчас самый лучший момент улизнуть, хватаю сумочку и выбегаю из квартиры. Не побег, а тактическое отступление!
Айдар встречает меня легкой улыбкой и наглым поцелуем, от которого я сразу же уворачиваюсь.
— Ты что! — стукаю его возмущено по груди. — Родители смотрят!
— Где? — нахмурившись, оглядывается по сторонам.
— В окне, — закатываю глаза.
Не сомневайтесь, конечно же, они смотрят. И Долматов, гад такой, вместо того, чтобы смутиться, растягивает на губах лукавую улыбку, поднимает руку и машет!
И ладно, если бы в другую сторону, но засранец угадал. А может, знал.
— Смотри, Долматов, осторожнее со своими шуточками! А то папа спустится и познакомиться захочет!
Если я хотела испугать Айдара, то потерпела полную неудачу, потому что он невозмутимо бросает:
— Так кто ж против!
Пока я пялюсь на него как на инопланетянина, Долматов открывает для меня дверь переднего сидения, наклоняется и шепчет на ухо:
— Больше ты меня не продинамишь, сладенькая! Будешь моей по-любому!
И от этих слов в груди екает. Сглотнув, поворачиваю к нему голову. Взгляд сам собой опускается на его губы. Такие манящие, любимые, родные…
— Ты что! — с деланным удивлением округляет глаза. — Родители же смотрят! — подмигнув, Дар, смеясь над моим выражением лица, подталкивает меня в спину, а потом захлопывает дверь.
— А куда мы едем? — интересуюсь, когда Долматов садится за руль.
— Ко мне не хочешь? — совершенно неожиданно спрашивает, по-птичьи склоняя голову вбок.
— И зачем же?
— М-м-м… — задумывается, а у самого, клянусь, чертята в глазах пляшут, — ну знаешь, кино посмотрим.
Ага, знаю, я это кино на кровати! Нет уж, спасибо!
— Закатай губу, Долматов!
— Ну, попробовать стоило, — сверкнув довольной ухмылкой, произносит. — Значит, на набережную поедем.
На набережной многолюдно. Мы с трудом нашли место, чтобы припарковаться. Погода ясная, птицы щебечут, в воздухе витает едва ощутимый аромат тюльпанов, что посадили вдоль аллеи, а солнышко приятно греет. Апрель во всей своей красе. Уже и лотки с мороженым поставили, а многие кафе установили летние террасы и вынесли столики на улицу. За одним из таких, собственно, и мы размещаемся с Долматовым.
— Что ты будешь? — спрашивает Айдар, когда подходит официант.
— Чай, пожалуйста.
— И мне тоже, — произносит парень, и официант уходит.
Сам Долматов выглядит несколько взвинченным. Он то и дело косится на часы у себя на запястье, а еще нервно дергает ногой.
— Что-то случилось? — интересуюсь, потому что он правда выглядит странно.
— М-м-м? — будто очнувшись ото сна, переспрашивает. Потом качает головой и, натянуто улыбнувшись, говорит: — Нет, все в порядке.
Не похоже, что у него все в порядке.
Мы немного болтаем о погоде, но разговор не клеится. Мне не удается его разговорить, что еще более подозрительней.
— Дар, что происходит? — серьезным тоном задаю вопрос, чтобы он понял, что отвертеться не получится.
— Сейчас… Секунду… — бормочет, после чего подскакивает со стула, точно ужаленный в зад.
А потом… Потом к причалу пришвартовывается яхта. Я неверящие гляжу на то, как Айдар спускается вниз, о чем-то разговаривает с капитаном, а потом, поднявшись, протягивает мне руку со словами:
— Карета подана.
Прошу прощения…?
Он что, спятил?
— Долматов, что происходит? — теперь нервничаю я, пока Айдар лыбится во все тридцать два зубы.
— Свидание, — кидает как ни в чем не бывало.
— На корабле?
— На яхте, — поправляет, как будто это имеет значение. Вздохнув, Дар поясняет: — если бы сейчас была зима, я бы снял каток. Но подумал, что яхта лучше.
— Ты снял яхту?
Боже правый, вот что получаешь, когда тебя приглашает на свидание сын магната. Не то чтобы я против… Но проклятье! Я чувствую себя здесь неуместно!