Не буду врать и говорить, что я вдруг поняла что идеальна, что теперь-то мне плевать на мнение окружающих. Однако, не получив своих «аплодисментов» на выпускном, я поняла, как всем на меня начхать. Поняла, что стараюсь не ради себя, а ради других. И, наконец-то, за многие месяцы позволила себе расслабиться. Забить на диету, на свои недостатки и спорт. Я словно сняла удавку с шеи, ведь теперь знала наверняка, что больше не буду себя заставлять давиться здоровой едой, и не буду бегать тогда, когда не хочу.
— О чем думаешь? — сжимая меня в объятиях и целуя в шею, спрашивает Дар.
— Да так… Просто, — пожимаю плечами.
— Пошли, у меня для тебя кое-что есть…
Долматов тащит меня куда-то в сторону озера, которое находится на территории ресторана, в котором проходит выпускной. Мои ноги путаются в длинном платье, и несколько раз я спотыкаюсь, пока Айдар не подхватывает меня на руки.
— Куда мы идем? — допытываюсь, но Долматов только растягивает на губах загадочную улыбку.
Пройдя по небольшому деревянному мостику, он доносит меня до беседки, после чего отпускает.
— И что тут? — не заметив ничего интересного, оглядываюсь вокруг себя.
Красивое озеро, в котором плавают лебеди и утки, много зелени и цветов…
— Не туда смотришь, Устинова, — с лукавым блеском в глазах, кидает Дар.
Он тянет меня за руку к себе, а потом тихо приказывает:
— Закрой глаза.
— Ну ты и интриган, — возмущаюсь, но глаза все же закрываю.
— Не подглядывай! — предупреждает, но я и не собиралась.
До меня доносится какое-то шуршание, потом щелчок, после чего Дар шепчет:
— Открывай.
Открыв глаза, я сразу же замечаю у него в руке открытую синюю бархатную коробочку, в которой красиво лежит кулон в виде сердца с камнями (прости господи, это что, бриллианты?) и цепочкой. Я не нахожу слов, открываю и закрываю рот, точно рыба выброшенная на берег, пока сипло не выдавливаю:
— Ты что, спятил? Это же дорого!
— Ерунда, — отмахивается, как будто он мне сейчас не золото с бриллиантами дарит, а простую бижутерию.
— Нет-нет, Дар, я не могу это принять, — качаю головой, отнекиваясь от такого дорого подарка. — Мне неловко. Мне даже родители такого не дарили!
— Ну значит, я буду первый, — шаловливо подмигнув, невозмутимо бросает. — Брось, Поль, это всего лишь кулон с цепочкой. Не яхта, конечно… Но и ты пока не моя жена.
— Да ну тебя, Долматов! — фыркаю. — Все тебе шуточки! А если мы расстанемся через месяц?
Знаете, в жизни всякое бывает. Мы встречаемся без году неделя, а он уже такие подарки мне делает. Что скажут его родители, в конце концов?! Не хочется выглядеть в их глазах охотницей за богатством.
— А ты собралась со мной расставаться?
— Нет, конечно!
— Вот и хорошо! А теперь повернись! — властно отрезает, и, не дожидаясь пока я очухаюсь, сам за плечи поворачивает меня к себе спиной. — А если расстанемся, то сдашь в ломбард. Будет тебе моральная компенсация за те нервы, что я тебе потрепал.
Айдар, приподняв мои волосы, аккуратно застегивает цепочку на шее. Кулон красиво ложится в ямку между ключицами. Несмело дотрагиваюсь до него пальцами, точно боюсь обжечься.
— А вообще, Устинова, привыкай. Я парень щедрый, тебе повезло.
— Спасибо, Дар, — повернувшись, кладу руки ему на плечи. Приподнявшись на носочки, нежно целую в губы. — Но не нужно никаких больше подарков, ладно?
— А это, сладенькая, не тебе решать, — игриво щелкнув меня по носу, произносит. — Ты не кто-нибудь там, а моя девушка. У нас все серьезно, и расставаться я с тобой не собираюсь. Более того, если ты вдруг захочешь от меня уйти, то у тебя ничего не получится, Устинова. Я не отпущу тебя.
— Обещаешь?
— Обещаю, что буду спать у тебя под дверью сутками, заваливать цветами и петь серенады под окном.
— Только стихи не пиши, а то с рифмой у тебя не очень, — хихикнув, подтруниваю над парнем, вспомнив его стихотворение на одном из стикеров, что он оставил в подъезде.
— Ну ты тоже, давай, не преувеличивай! Я еще тот рифмоплет!
Я, не сдерживаясь, хохочу в голос, и Айдар использует самый простой и верный способ перебить мой смех. Он втягивает меня в долгий поцелуй.
— Звезда падает. Загадывай, скорее желание! — отстранившись, вдруг произносит.
— Мое желание уже исполнилось, — с легкой улыбкой отвечаю. — А ты успел загадать?
— А у меня одно желание, чтобы ты улыбалась мне каждый день.
И кто бы мог подумать, что Долматов такой романтик? Ведь с виду весь такой дерзкий сердцеед, а на деле самый настоящий кот, любящий ласку.
И может, мне он польстил, а вот я сказала правду. Мое самое заветное желание сбылось. В меня — простую девчонку Полю Устинову, влюбился Айдар Долматов. Тот самый парень, от которого у меня бабочки в животе порхали. И это чувство взаимной любви невероятно окрыляет. Уж мне-то есть с чем сравнить…
Может, я и не смогла разлюбить засранца, но зато смогла перешагнуть через обиды и недопонимания, и в награду получила чуткого и заботливого парня.
Эпилог
Конец июля
Полина
— Поль, все взяла? — спрашивает обеспокоенно мама.
— Да, мамуль, — вздыхая, отвечаю. — Мы едем всего на пару дней, а не на месяц!
— И что? Все может пригодиться. А лекарства от тошноты, от живота, успокоительное?
— Мамуль, не переживай! Все будет отлично!
— Ты уж там присматривай за нашей Полей, Айдар, — обращается мама к Долматову, который в одной руке держит сумку с моим барахлом, а второй запихивается пирожком.
— Не переживайте! Через пару дней верну вашу красавицу в целости и сохранности! — растягивая на губах обаятельную улыбку, заверяет ее Дар.
— Уж постарайся, а то я тебе все кости пересчитаю, — это уже папа встряет в разговор.
И хоть он и напустил на себя суровый вид, как только Долматов позвонил в дверь, но на самом деле он ему нравится. Дар вообще быстро нашел общий язык с моими родителями. Еще на выпускном представился моим парнем и заявил, что у нас все серьезно. При чем и своим родителям и моим. Я, признаться, в тот момент чуть в обморок не грохнулась. Нельзя было хотя бы предупредить?
Разумеется, потом мама пригласила его на ужин, на котором отец буквально допрашивал Дара, но тот с легкостью отвечал на каждый вопрос. И даже на самые каверзные, по типу: «А вот если забеременеет Полька, что делать будешь?». И что вы думаете? Он ответил как само собой разумеющееся: «Женюсь!».
Собственно, после этого все вопросы были исчерпаны. К сожалению, с родителями Дара мне так и не удалось познакомиться как следует. У них случилось какое-то ЧП в офисе, и на следующий день после выпускного они улетели заграницу.
— Так, не пугай мне детей! — шикает на отца мама.
— Детей? — деланно удивляется тот. — Да эти дети побольше нас знают! Или ты думаешь, они едут на море закатами любоваться?
— Папа! — выкрикиваю возмущенно, стремительно краснея.
— Себя вспомни в их возрасте! — хмыкает мама, весело мне подмигивая.
— Все, нам пора, — хватая смеющегося Долматова за руку, тараторю. А то сейчас родители нам рекомендации начнут давать как на «закаты» правильно «смотреть». — Люблю вас!
— Хорошо повеселитесь! — кричит нам мама, пока я несусь к лифту.
— Не смейся! — когда двери лифта закрываются, ворчу, недовольно косясь на Айдара.
— А что такое? — невозмутимо хмыкает он. — Правда же, не на закат едем смотреть, — игриво подмигнув, кидает.
Собственно, на этом он с моими родителями и сошелся. Им всем нравится надо мной издеваться и заставлять краснеть. И это несмотря на то, что мы с Долматовым уже «смотрели на закат».
Через пару недель после выпускного Долматов устроил еще одно романтическое свидание. Нет, не было никакой яхты, ресторана. Он просто позвал меня к себе, приготовил вкусняшки, поставил фильм… Не то чтобы мы планировали… Короче говоря, все вышло само собой.
Закатив глаза, я фыркаю.
Когда мы выходим из дома и идем к машине, я вдруг замечаю идущего навстречу Ромку, и неосознанно
замедляю шаг.
Долматов Клюева не видит, слишком увлечен разговором по телефону.
Ромка за эти пару месяцев, что мы не виделись, вырос в плечах. Не то чтобы он был хлюпиком. С того последнего разговора у подъезда, мы с ним больше не пересекались, хоть и живем в одном доме.
Не знаю, как так получается, но вот мы с Ромкой стоим друг напротив друга, пока Айдар укладывает мою сумку в багажник.
— Привет, — нервно теребя краешек своего цветастого платья, несмело говорю.
— Привет, как ты? — довольно приветливо отзывается.
— Нормально… А ты?
— Тоже неплохо…
М-да, вот и поговорили, называется.
Пока я неловко топчусь на месте, Рома скользит по мне оценивающим взглядом, и, сжав губы в тонкую линию, отворачивает голову, словно ему физически больно на меня смотреть.
— Отлично выглядишь.
— Спасибо, — киваю. — Эмм…
Я не успеваю ничего сказать, потому что раздается громкое и нетерпеливое:
— Поля!
Рома усмехается, засовывая руки в карман. Наклоняет голову, отчего отросшая челка падает ему на глаза, и с какой-то затаенной тоской спрашивает:
— К нему?
— Всегда к нему, — тихо отвечаю.
Клюев все понимает. Думаю, он и сам знает, что у нас все равно бы ничего не получилось. Даже в те времена, когда я убеждала себя, что он мне нравится, я все равно сравнивала его с Айдаром.
— Удачи, Полина.
Он говорит это не с сарказмом и не со злобой. А действительно искренне, будто окончательно ставя точку в нашей истории.
Напоследок кивнув, Рома обходит меня и идет дальше своей дорогой.
Вздохнув, плетусь к машине и, открыв дверь, сажусь на переднее сидение. Мрачный, как туча Долматов вперивается в меня пронизывающим взглядом.
— Что он от тебя хотел?
— Поздороваться, Дар, — пристегиваясь, отвечаю. — Ты что, опять ревнуешь?
— Я всегда тебя к нему ревную, — неожиданно отвечает. — Помнишь, я тебе говорил, что в следующем году поеду на практику заграницу?