Потом отложила телефон, выдохнула с чувством выполненного долга и принялась смешивать коктейль.
— Ну, рассказывай. Как она, жизнь журналистская?
— Если эта хреновина не перестанет звенеть, я клянусь, — прошипел Бланка и дернула Лану за локон, как бы в подтверждение своих намерений.
Они расположились на кухне, на стол Бланка вывалила весь свой арсенал кремов, сывороток, теней, помад и утюжков. Лана смотрела на все это великолепие — блестящее новизной и покоцанное, и с завистью думала о том, что, наверное, у Бланки дома есть отдельная комната под все необходимое для идеального внешнего вида. Она бы, наверное, и не удивилась, окажись у волчицы прямо дома какая-нибудь криокамера или волшебный котел, в который нужно опустить голову, а достанешь — прическа уже готова и стрелки идеальные.
— Хорошо, — простонала Лана и отключила звук.
Поиски платья заняли у Бланки от силы полтора часа. Уже к концу рабочего дня она поджидала свою подопечную возле выхода из офиса. Как нашкодившего щенка, Бланка чуть ли не за шиворот засунула Лану в свою машину и повезла в квартиру. В багажнике уже лежали подготовленные орудия пыток. То есть, наведения красоты. Глядя на то, как Бланка голыми пальцами проверяет, достаточно ли раскалился утюжок, Лана невольно задавалась вопросом — а есть смысл звать на помощь? Даже если кто-то и прибежит на зов, то при виде Бланки только извинится и соврет, что ошибся дверью. Оставалось только терпеть.
— Давай, как учили, моя хорошая, — ухмыльнулась Бланка, закручивая рыжий локон в тугой жгут.
— Не отходить от Хантера. Не распространять конфиденциальную информацию. Если меня спросят о Хантере, то просить задать все вопросы напрямую ему. Не выглядеть удивленной. Даже если говорят бессмыслицу. Да, Господи, я же уже работала с репутацией, зачем ты меня гоняешь? — взвыла девушка, за что получила ощутимый тычок в спину.
— Я должна быть уверена, что все пройдет хорошо и у Хантера не будет проблем.
— Ты так заботишься о нем. Давно ты рядом с ним? — спросила Лана, почувствовав пространство для маневра в их диалоге. Всё-таки, куда интереснее слушать чужие истории, чем перечислять правила, которые и так исполняешь каждый день, потому что это часть твоей профессии.
Бланка недоверчиво нахмурилась, но ее хватка на волосах Ланы ослабла.
— Всегда, — бросила она.
— С самого детства?
— Запиши себе куда-нибудь ещё одно правило: не переспрашивать.
— Почему ты тогда не стала его… как это называется? Бетой? — проигнорировала вопрос Лана, чувствуя, как в груди разливается знакомый игристый азарт. Как будто она приблизилась к чему-то сокровенному, чему-то более ценному, чем все сокровища мира. Чему-то, что один человек хранил в себе всю жизнь и что окажется не менее ценным для других. Хотя, кто эти другие? Кому она сможет рассказать эту историю? Лана не знала, но сейчас чувствовала себя, словно она была охотницей в погоне за добычей.
— Не вздумай сболтнуть что-то вроде этого на вечеринке, — ещё один рывок волос. — Парой. Запомни это. Пара, равноценная. Пары могут даже быть во главе стаи. А могут не быть.
— А как выбирается пара? — спросила Лана. Бланка взглянула на нее со смесью насмешки и сожаления. — Я не…
— Конечно, начитаетесь своих «Сумерек», а потом думаете, что наши, как лебеди, создают пары на всю жизнь, — оскорбилась Бланка. — Когда как, лисенок. Тут мы с вами похожи. Кто-то выбирает одну пару на всю жизнь. А кто-то не может похвастаться постоянством, как Грэм. Если говорить о Хантере…
— Вообще-то, — перебила ее девушка, слегка наклоняя голову, чтоб ослабить хватку на волосах, — мне было любопытно узнать про тебя.
— Откуда такая честь?
Лана пожала плечами.
— Просто так. Ты выглядишь, как среднестатистическая людская стерва, я тебе не нравлюсь, но ты мне помогаешь. Вот и любопытно узнать, есть ли в этой жизни кто-то, кого ты могла бы полюбить также, как ситкомы, пиво и помаду. Можешь не называть имена.
Бланка нахмурилась, но не оскорблено, а скорее недоверчиво, ища подвох. Лана совсем расслабилась.
— Можешь даже ничего не говорить, просто моргни.
— В стае о таком не молчат, — презрительно скривились Бланка. — Чтоб избежать грызни. Привыкай, тут все друг про друга знают.
— Но, видимо, не все, раз ты меня учишь.
— Именно. Ты не безнадежна.
Наконец, она отпустила ее волосы и перешла к макияжу.
— Я не могла бы стать парой Хантера, потому что мы друг другу не интересны. Вот и все. Но я его друг. И я служу стае. И ближе меня союзников у него нет и не будет.
— Поняла, — еле шевельнула губами Лана, пока тонкая кисточка невесомо плясала по ее лицу. — А не интересны, потому что…?
— Не твое дело. Напомни лучше, если кто-то спросит, какие у Хантера планы на развитие общины, то ты…
— Задайте этот вопрос напрямую мистеру Хаунду.
— А если тебе предложат что-то взамен на информацию?
— Улыбнуться и сделать вид, что не заметила.
— Ну, тебя хоть к президенту приставляй. Готово!
Она подала Лане зеркало, и девушка невольно вскинула брови. Кажется, за последние месяцы она слишком привыкла видеть себя с потеками туши и следами вчерашнего макияжа, приплюснутого подушкой. Поэтому, при виде идеальных стрелок, нежного румянца и ровного контура губ, она не смогла сдержать улыбки. Лана обернулась к Бланке и распахнула объятия.
— Это так красиво! Спасибо.
Волчица лишь снисходительно улыбнулась и указала на упакованное в чехол платье.
— Успокойся. Главное, что выглядишь теперь прилично. Переодевайся.
И все-таки в ее ледяных глазах на секунду мелькнула теплота.
Лана не стала дожидаться особого приглашения. Сгорая от любопытства, как ребенок рождественским утром, она вскочила с места и подбежала к разложенному на диване наряду. Вжикнула молния, плотная ткань разошлась в стороны, и из груди девушки вырвался было поток эпитетов — приличных и не очень — но все они застряли в горле. Получился только сдавленный вздох. При виде мягких шелковых складок насыщенного красного цвета, плотной шнуровки и драпировок, Лана вспомнила, как в детстве забиралась в мамин шкаф и, пока никто не видел, примеряла платья. Она тогда не видела особой разницы между дизайнерским нарядом и масс-маркетом, так что экспресс-курс по моде в тот вечер отпечатался у нее на заднице ударами ремня. Чем дороже наряд, тем больше щелкающих шлепков. Это платье тянуло на все десять.
— Если ты сейчас спросишь, действительно ли это тебе, поедешь голая, — предупредила Бланка. Она уже заняла место Ланы за столом и принялась поправлять собственные макияж и прическу.
— Поняла. Ты… поможешь?
— Естественно. Если ты что-то порвешь, я поставлю заплатку из твоей кожи. Посиди пока, помедитируй.
Она указала на кресло, рядом с которым стояла лежанка Джуно. Чихуахуа старался даже не поворачиваться в сторону гостьи. Иногда он разве что позволял себе скосить глаза в ее сторону, но даже это движение Бланка улавливала. Рот он тоже старался весьма предусмотрительно не открывать.
Лана потянулась было за оставленным на столе телефоном, но Бланка шлепнула ее по руке.
— Никаких селфи.
— Можно хотя бы новости посмотреть?
— Зачем?
— Ну…
— Ты будешь читать новости, потом зайдешь в соцсети, потом впадешь в депрессию от того, что твоя очередная подруга поехала в отпуск, нарисовала картину, вышла замуж или получила квартиру в подарок от родителей. Лучше направь свое внимание на что-то другое, от тебя не убудет.
Лана фыркнула и скрестила руки на груди. От всей этой секретности на ум приходила мысль, которую девушка тут же озвучила.
— Удивительно, как до вас еще всякие структуры не добрались.
— С чего ты взяла?
— Серьезно? Оборотни состоят на службе у правительства?
— Об этом знают только свои. И правительство в этот перечень не входит. Это все, что тебе нужно знать.
— То есть, не удивляться, если увижу людей в форме.
— Именно.
Ножки стула вжикнули по полу, Бланка поднялась с места и принялась расстегивать пуговицы на блузке. С абсолютно невозмутимым видом она переоделась в строгий костюм-двойку из блестящего черного атласа, после чего скомандовала Лане раздеваться. Девушка старалась двигаться также легко и непринужденно, но запуталась уже на этапе стягивания джинс. Бланка закатила глаза.
— А приличнее трусов у тебя нет?
И, не дожидаясь ответа, прошла в спальню девушки. Клацнул ящик комода, через несколько секунд Бланка вернулась, держа в кулаке подходящий, по ее мнению, предмет одежды и бросила его в Лану.
Потом был шорох ткани и затягивание тесемок и шнуровок. Бланка то и дело что-то поправляла, подтягивала, завязывала, перекладывала уложенные локоны то на одно плечо, то на другое, пока не оказалась окончательно довольна результатом. С ловкостью фокусницы она достала пару расшитых бисером туфель и поставила их перед Ланой.
— Вот теперь готово, — сказала она и подвела Лану к зеркалу.
Из отражения на нее смотрела дива. Рыжие волосы уложены в небрежный хвост, острые ключицы и округлые плечи выглядывают из-под пышной драпировки на лифе, а из разреза на подоле кокетливо показываются ноги. В таком образе обычно отправляются на МетГала. Лана невольно провела руками по мягким складкам ткани, за что получила еще один шлепок по руке от Бланки.
— Не мацай. Если испортишь платье, можешь оставить себе, но придется выплатить всю его стоимость. Поверь, столько нулей ты даже у программистов в компьютерах не видела.
Волчица бросила взгляд на свой телефон.
— Такси приехало. Пойдем.
— Погоди, — Лана быстро зашуршала на кухню за телефоном, но стоило ей вернуться к своей спутнице, как Бланка тут же забрала гаджет и спрятала во внутренний карман пиджака.
— Из соображений конфиденциальности, лисичка. Тебе будет не до телефона.
Глава 18
Все-таки деньги меняют многое. Сейчас, сидя в новенькой машине с отделанным белой кожей салоном, Лана чувствовала, как жизнь и мир вокруг нее начинают играть новыми красками. Она даже готова была поклясться, что не испытывала подобного во время своего обращения, хотя, может, память просто скрала воспоминания. Но вот дизайнерское платье, изящные туфли, укладка и макияж, а также стеклянный не