[1502]. В основном именно поэтому в конце XX – начале XXI в. появился термин «славянское фэнтези», а сам жанр успешно развивается в России, на Украине и в Польше[1503]. Славянские фэнтези мало исследованы в литературоведении, прежде всего в силу молодости самого жанра. В настоящее время точные критерии принадлежности произведения к жанру славянского фэнтези остаются не выработанными, несмотря на растущий к нему интерес исследователей[1504].
В настоящее время в России достаточно большое число писателей, работающих в жанре славянского фэнтези (М. Семенова, Ю. Никитин, Е. Дворецкая, О. Григорьева, А. Маслюкова, П. Молитвина, А. Мартьянова и др.) или использующих в своих работах элементы этого жанра (как, например, в романе С. Лукьяненко и Ю. Буркина «Остров Русь»). Основоположниками, людьми, давшими толчок этому жанру, чьи произведения сейчас являются наиболее популярными, являются М. Семенова, Ю. Никитин, Е. Дворецкая и О. Григорьева.
Одним из видных представителей славянского фэнтези в России и основателем этого жанра является писательница Мария Васильевна Семенова. Она известна как автор многих исторических произведений, а также энциклопедии «Мы – славяне!»[1505] И хотя некоторые знатоки считают ее законодательницей жанра, К. М. Королев справедливо указывает на более ранние литературные корни условно-древнеславянской топики в отечественной массовой культуре в целом[1506].
Пожалуй, самыми известными произведениями Марии Семеновой являются романы из серии «Волкодав» (всего 6 книг). В книгах повествуется о молодом воине из рода Серого Пса по прозвищу Волкодав. Он путешествует по свету и сражается со злом. Автор подчеркивает миролюбие героя и нежелание использовать силу без необходимости. Странствуя по миру, он встречается с представителями различных народов. Рассказывается об их верованиях, обычаях и культуре.
Действие романов происходит в вымышленном мире. Сама Семенова характеризует этот мир следующим образом: «… решила создать такой квазиславянский, квазикельтский, квазигерманский мифологический мир, где все это может запросто происходить. Так появился “Волкодав”. Говорят, будто это закамуфлированная история древних славян. Нет, это мир сам по себе. Конечно, венны, там действующие, – это несколько приукрашенные и архаизированные славяне. Сегваны – народ, больше всего похожий на германцев, континентальных и скандинавов. Вельхи – кельты. Можно еще назвать несколько народов». Для своих произведений писательница взяла только некоторые культурные особенности тех или иных древних племен. О своих романах Мария Семенова говорила следующее: «Не знаю, понимает ли [читатель], но воспринимать фэнтэзи с лешими и домовыми для русского человека определенно приятнее, чем с гоблинами и эльфами западного Средневековья. Славянское фэнтэзи только начинается, но уже популярно. Пусть даже у авторов не всегда все получается. Читаешь, что Перун исключительно княжеский бог, и книга из рук падает. Появится традиция – неточности станут исчезать. Я сама нахожу у себя ошибки. То сарафан в девятом веке появляется, то… Но все мы растем, все совершенствуемся»[1507].
Одним из основателей жанра славянского фэнтези в России принято считать писателя Юрия Александровича Никитина, создавшего цикл книг «Трое из леса», повествующий о приключениях трех невров, изгнанных из своего племени, обитающего в дремучем Лесу, в большой мир. В основе цикла лежат сюжеты славянской мифологии, сопряженные с мифологией других стран. Всего в цикл входит более 20 книг[1508]. В них охватывается развитие человечества с древних времен до наших дней. Действующими лицами романов становятся такие исторические герои, как Вещий Олег, Рюрик, Гостомысл.
Никитин создал еще ряд литературных циклов, в том числе и посвященный ранней стадии развития Древнерусского государства (цикл «Гиперборея»). К этой исторической серии относятся следующие романы: «Князь Рус», повествующий о борьбе трех братьев – Чеха, Леха и Руса; «Ингвар и Ольха» о событиях IX в. на Руси. По сюжету романа «Князь Рус» трое братьев покинули царство своего отца Пана и отправились на поиски своей судьбы. За сюжетную основу Ю. Никитин, по мнению исследователей, берет сказание «О слове-не и Русе и городе Словенске», рассказ о двух потомках скифского племени, покинувших берег Черного моря и отправившихся на север, где они основали города Словенск и Русу[1509]. Здесь автор описывает становление славянских этносов – поляков, чехов. Однако главным интересом Никитина остается вопрос о становлении русских. Он опирается на «скифо-сарматскую» теорию, согласно которой предки славян переселились из Передней Азии и осели на новых территориях под именем скифов. Герои романа Никитина неоднократно называют себя скифами[1510]. В финале книги князья-воины, совершающие долгое путешествие, осознают, что они славяне, поскольку славны, так как преодолели собственные страхи, научились воинскому делу. Русский народ – этнос, родившийся в испытаниях.
Однако ни о какой исторической достоверности в романах Никитина речи идти не может. Повороты сюжетов часто противоречат историческим фактам, с которыми автор обошелся весьма вольно. Так, в романе «Ингвар и Ольха» Игорь, сын Рюрика, например, выступает лучшим воеводой у киевского князя Олега. В эту же серию входит роман «Князь Владимир» и «Шпага Александра Засядько»[1511]. К славянским, древнерусским и общесредневековым сюжетам писатель обращался и в других своих многочисленных произведениях, созданных в рамках серий «Княжеский пир», «Великие рыцари», «Русские идут» и др. В целом романы Ю. Никитина, как и романы его современников, пишущих в этом жанре, можно рассматривать в рамках процесса самоидентификации русского народа. По оценке исследователей, эта тема довольно востребована среди широкого круга читателей[1512].
Еще одна писательница, работающая в жанре славянского фэнтези, – Ольга Анатольевна Григорьева. Первая книга «Ладога» была написана ею в 1996 г. для сына. Становиться профессиональным писателем она не собиралась. После публикации О. Григорьева занялась изучением славянской и скандинавской мифологий, с которыми связаны сюжеты ее произведений. Действие романа «Ладога» происходит в славянских землях, когда Ладожский князь созывает дружину, для того чтобы отобрать предназначенную для безжалостного чудища Триглава жертву[1513]. Исторические реалии сводятся к упоминанию города Ладоги и Вещего Олега, который, однако, не является князем. Остальной контекст повествования был полностью выдуман автором; некоторые имена, как, например, имя Фарлаф, были заимствованы из других произведений (в данном конкретном примере – из поэмы А. С. Пушкина «Руслан и Людмила»). Со славянскими мифологическими сюжетами были связаны и другие произведения Григорьевой, такие как «Колдун», «Найдена» и цикл «Старая Ладога».
В жанре славянского фэнтези пишет Елизавета Алексеевна Дворецкая (романы «Огненный волк», «Князья леса», «Червонная Русь», серия «Княгиная Ольга» и «Колодец старого волхва»), соединившая в своих произведениях жанр исторического романа и фэнтези. Одной из характерных черт романов Дворецкой является популяризация исторического знания. Сама она полагает своей задачей «изобразить древнюю жизнь во всей полноте – и область материальной культуры, и представления о мире, воплощенные в верованиях и обрядах»[1514]. Характерной особенностью автора является детальное описание быта, в котором существуют герои ее произведений.
Одним из наиболее характерных для жанра фэнтези в творчестве Е. Дворец-кой является трилогия «Князья леса». Она написана с привлечением обширного материала по славянской мифологии и фольклору. Здесь присутствуют оборотни, упыри, духи – как злые, так и добрые. Согласно языческой мифологии, мир, в котором развиваются события, охраняют небесные и подземные боги.
В центре повествования – судьба славянского князя-оборотня Огнеяра. Его отчим князь Неизмир на протяжении всей своей жизни опасался пасынка, но знал, что его невозможно убить просто так. Попытка устранить Огнеяра с помощью особого оружия – рогатины из небесного железа – не принесла результатов. Обозлившись на людей, которые не признавали его своим, Огнеяр ушел жить к волкам. Единственное, что продолжало связывать молодого человека с людьми, – это его любовь к матери и девушке из лесного рода Вешничей Милаве. Долгое время жизнь Огнеяра будет проходить в борьбе с людьми и самим собой, чтобы убедить мир принять его таким, какой он есть. Основная тема, которой подчинено развитие сюжета, – борьба за счастье и любовь[1515].
Мир, созданный Елизаветой Дворецкой в трилогии «Князья леса», тяготеет к исторической реальности, поэтому автор апеллирует к историческим реалиям. Она целенаправленно изучала историю Киевской Руси, ранних славян, для того чтобы созданные ею миры были наиболее приближены к реальности прошлого. Такой подход автора отчетливо проявляется в серии книг, посвященных княгине Ольге. Они содержат подробнейший рассказ о жизни одной из наиболее известных и влиятельных женщин-правителей в русской истории. В описании Дворецкой религиозных языческих ритуалов отсутствует романтизация. Мир, который она создает, приближен к реальности и почти безэмоционален[1516]