В 1960-х и 1970-х гг. не утрачивал своей популярности жанр киносказки. В 1959 г. творчество А. Роу ознаменовано выходом картины «Марья-искусница», затем в ближайшие годы выходит еще несколько его сказок – «Морозко» (1964 г.), «Огонь, вода и… медные трубы» (1968 г.) и «Варвара-краса, длинная коса» (1969 г.). В целом, данные работы являются закономерным продолжением фильмографии А. Роу, где режиссер не отступает от своего авторского стиля. То же можно сказать и про А. Птушко, в 1972 г. снявшего экранизацию «Руслана и Людмилы». В этом же году А. Роу снимает фильм «Золотые рога» (1972 г.), ставший последним в фильмографии режиссера, скончавшегося в 1973 г. Тем не менее в 1975 г. Г. Васильевым (1940–1999) была снята картина «Финист – ясный сокол», в написании сценария которой А. Роу принимал участие незадолго до смерти. Таким образом, сам фильм во многих аспектах явился продолжением его традиции.
После смерти А. Роу жанр фильма-сказки практически исчез с советских экранов, однако ниша средневековой тематики была быстро занята фильмами о древнерусских правителях. Говоря о фильмах, посвященных Ивану Грозному, нельзя обойти вниманием и известную комедию «Иван Васильевич меняет профессию» (1973 г.), снятую режиссером Л. И. Гайдаем (1923–1993) по пьесе М. А. Булгакова «Иван Васильевич»[1146]. Согласно сюжету, в результате стечения обстоятельств царь Иван Грозный и советский управдом Иван Васильевич Бунша на время меняются местами и эпохами. Средневековье здесь выступает своеобразным контрастом по отношению к современности, а его атрибуты подаются в юмористическом ключе, причем даже те, которые не являются юмористическими по своей сути. Примечательно, что из-за подобного подхода картина подверглась нападкам цензуры, представителей которой возмутил излишне комичный образ Ивана Грозного[1147]. Тем не менее фильм был чрезвычайно успешен среди советских зрителей, сохраняя свою популярность вплоть до наших дней.
В картине «Ярославна, королева Франции» (1978 г.) режиссера И. Ф. Масленникова (1931–2022) действие происходит в XI столетии. Авторы фильма сосредоточивают свое внимание на опасном путешествии дочери Ярослава Мудрого Анны во Францию, где ей предстояло стать женой короля Франции Генриха I. Картина, снятая Г. Р. Коханом (1931–2014), «Ярослав Мудрый» (1981 г.) стала результатом совместного производства киностудии «Мосфильм» и Киевской киностудии имени А. Довженко. Данный фильм представлял собой подробную биографическую картину, освещавшую практически все ключевые моменты жизни князя Ярослава. Эту тенденцию продолжила «Легенда о княгине Ольге» (1983 г.) режиссера Ю. Г. Ильенко (1936–2010), также снятая на студии имени А. Довженко.
Тем временем в 1982 г. с фильмом Г. Л. Васильева (1940–1999) «Василий Буслаев» на экраны вновь возвращается жанр киносказки. В 1985 г. выходит еще один фильм Васильева, снятый по роману советского писателя В. Д. Иванова (1902–1975) «Русь изначальная» и имеющий одноименное название. Фильм повествует о раннем Средневековье, племенах антов и их отношениях с Византией, при этом отчасти сохраняя сказочный антураж. Фильм соответствовал прорусским настроениям «почвеннической» части интеллигенции накануне перестройки. Критики писали о нем: «Фильм “Русь изначальная”, снятый на киностудии имени М. Горького режиссером Геннадием Васильевым, подтверждает, что традиции русской культуры, русской военной науки появились задолго до VI века. На Руси была и письменность за несколько сот лет до крещения. Это уже позже к нам пришла общеславянская грамота, созданная великими просветителями IX века Кириллом и Мефодием… Людям необходимо время от времени вглядываться в свое прошлое. Необходимо спрашивать себя: кто мы, откуда мы? Почему мы такие? В чем истоки мудрой, неизбывно доброй силы русского народа? …Рано или поздно такие вопросы встают перед каждым. …Ответ может дать героическая история нашей земли: она помогает людям постигнуть непреходящую связь поколений, осознать самих себя, стать опорой на жизненном пути. Потому так важно сегодня появление фильма, в котором его авторы воссоздают образы наших предков такими, какими они были в то время, рисуют портреты умных работников, честных и незлобивых воинов, никогда не теряющих силы духа, стойких в беде и дружелюбных к другим племенам и народам»[1148]. Каким образом фильм XX в. может подтвердить исторические факты VI в., кинокритик не пояснил. Здесь мы видим откровенный медиевальный посыл: обращение к мифологемам на темы Средневековья для аргументации идеологических установок последней четверти XX в.
В 1987 г. зрители увидели фильм «Даниил – князь Галицкий», снятый на Одесской киностудии режиссером Я. В. Лупием (р. 1946). Картина посвящена истории Галицко-Волынского княжества XIII в. и, будучи выдержанной в реалистичной манере, представляет собой классический образец биографической драмы с большим количеством массовых сцен на натуре.
Значительное место среди советского экранного искусства занимала мультипликация. Средневековье встречалось здесь как в жанре киносказки, так и в жанре исторического мультфильма. Наиболее ярким примером последнего является творчество мультипликатора Р. В. Давыдова (1913–1988). В 1980 г. вышел его мультфильм «Лебеди Непрядвы», посвященный 600-летию со дня Куликовской битвы. Примечательно, что мультфильм имеет открытый религиозный подтекст, помимо самой битвы, в нем показывается ход подготовки к ней, включая благословение Дмитрия Донского святым Сергием Радонежским. Подобные мотивы, как мы видим, периодически проскальзывавшие на экраны, подтверждают высказанную выше идею об «эмиграции в Древнюю Русь» как способе выражения русских национальных идей, которые было бы невозможно декларировать прямо в условиях идеологической цензуры. Таким образом, медиевалистический инструментарий в СССР был востребован не только властью, но и ее идейными оппонентами.
Место средневековья в образовательных программах послевоенного СССР
В послевоенные годы в учебных программах количество часов, отведенных на изучение сюжетов, связанных с историей допетровской Руси, по программам истории СССР в средней школе неуклонно снижалось: в 1946 г. они занимали 26,4 % учебного времени, в 1954 г. – 24,3 %, в 1963 г. – 17,6 %, в 1971 г. – 18 %, в 1981 г. – 15,2 %[1149]. Связано это было не столько с падением интереса к Средневековью, сколько с расширением разделов, связанных с советским периодом. Эта часть программы естественным образом росла, соответственно сокращались менее важные разделы.
Вместе с тем эти годы отличались сравнительной идеологической стабильностью (в отличие от эпохи радикальных перемен исторических трактовок в годы правления Сталина). В учебниках складывается определенный канон изображения древнерусских персонажей. Хронологически наиболее ранним героем, которому дана позитивная оценка, является Святослав: «Сын Игоря, Святослав, всю свою жизнь провел в походах и сражениях. Не таясь от врагов, Святослав заранее предупреждал и устрашал их: “Хочу идти на вас”. Святослав нападал стремительно, так как в походе не брал с собой ни обозов, ни шатров, ни котлов для варки пищи. Князь, по свидетельству летописи, в походе ел конину, поджаренную на углях костра, спал, положив под голову седло и укрывшись попоной. Такими же бесстрашными и выносливыми были его дружинники»[1150]. Для авторов учебника Святослав являлся прежде всего выдающимся военачальником, а не представителем класса феодалов-эксплуататоров.
Одним из положительных героев в советской версии отечественного Средневековья, безусловно, является Ярослав Мудрый. Так, автор учебника 1957 г. издания хоть и оговаривается, что «свои войска Ярослав использовал для подавления народных восстаний против феодалов», все же дает его деятельности весьма лестную оценку: «…при Ярославе значительно расширились политические связи киевского великокняжеского дома с европейскими государствами <…> укрепились дружественные связи Руси с Болгарией, Польшей, Чехией, с народами восточной Прибалтики, Поволжья, Кавказа, Средней Азии»[1151]. Этот отрывок наглядно демонстрирует, что замечания И. В. Сталина не прошли даром – учебники истории с конца 1930-х гг. содержали в себе не только историю России, но и всех республик, входящих в состав СССР. Любопытно, что дружественные связи древнерусского государства времен Ярослава Мудрого очень напоминают европейскую зону влияния Советского Союза периода холодной войны.
Также традиционно позитивную оценку получает Владимир Мономах как князь, стремившийся к сильной единоличной власти: «Владимир Мономах был умный и храбрый князь. Он сурово расправлялся с непокорными князьями и на некоторое время подчинил их своей власти. Объединив русских князей, Владимир Мономах отразил нападения половцев на Русскую землю. При Мономахе успешно стали развиваться торговые и дипломатические связи Руси с другими странами»[1152].
Следствием того, что из школьного курса исключаются художественные произведения религиозного толка (что является одной из причин значительного падения популярности Владимира Святого), одним из немногих средневековых текстов, изучавшихся в школе, становится «Слово о полку Игореве». Это способствует популяризации образа князя Игоря Святославича Новгород-Северского[1153]. Вот какая характеристика дается ему в одном из советских учебников по литературе: «Готовясь к походу, он призывал князей стать под его знамена, чтобы выступить объединенными силами. Одним из князей, обещавших помощь Святославу, был Игорь, князь Новгород-Северский. Этот князь был известен своей храбростью и успешной борьбой с половцами»