магу. — Я безусловно рад нашему союзу.
Антарес крепко пожал протянутую ладонь, скрепляя договор.
В просторном кабинете, обставленном со строгой элегантностью, Дамиан стоял перед тремя командорами Церкви Стали. Высокие окна пропускали холодный свет, придавая обстановке почти стерильную атмосферу. Массивный стол красного дерева разделял Дамиана и сидящих напротив него командоров, облаченных в церемониальную броню.
— Вы утверждаете, что Вальтер предатель? — Голос старшего командора звучал скептически. — Человек с безупречным послужным списком и репутацией, достойной примарха? Вам известно, что Эдвин хотел взять его своим преемником?
Дамиан сделал шаг вперед, его глаза пылали решимостью.
— Именно так, досточтимые командоры. Вальтер замешан в убийстве нашего примарха Эдвина. Он предал нашу Церковь, наши идеалы, все то, за что мы боремся!
Командоры переглянулись, на их лицах читалось сомнение.
— Брат Дамиан, — произнес второй командор, — ваши обвинения серьезны. Но в отсутствии тела примарха, мы не можем сделать окончательных выводов. Репутация брата Вальтера безупречна, нам сложно поверить в его вину только на основании ваших слов. У вас есть какие-то доказательства, кроме слов, так называемых делегатов, что были там? Вы же понимаете, что мы не поверим на слово ни темным, ни этому самому… фрактальщику.
Дамиан стиснул зубы, едва сдерживая гнев. Как они могли быть так слепы?
— Но вы должны мне поверить! Я клянусь своей честью, Вальтер виновен! Если мы промедлим, он погубит Церковь! Она пойдет по пути, который будет выгоден совершенно другим людям. Меас и Мельхиор. И одному Днищу известно, кто еще стоит за ними!
Старший командор поднял руку, призывая к молчанию.
— Довольно, брат Дамиан. Мы не станем наказывать вас за очернение репутации брата Вальтера без веских доказательств. Однако, ваше своевольное нарушение приказа и посещение Миллениума без разрешения не останется без последствий. В качестве дисциплинарной меры ваш личный корабль и армия автоматонов в две с половиной тысячи единиц будут конфискованы Церковью.
Лицо Дамиана исказилось от ярости. Его кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев.
— Вы не можете! Это возмутительно! Я действовал в интересах Церкви!
— И это еще не все, — спокойно продолжил командор. — Корабль класса Левиафан, мы тоже заберем под надзор Церкви.
— ЧТО⁈ — Дамиан вскочил, не в силах сдержать гнев. — Вы не посмеете! Мой наставник… Мой отец оставил его мне!!! Это моя собственность!
— Собственность ваша, а вы — собственность Церкви, — холодно парировал командор. — Не забывайтесь, брат Дамиан. Ваша преданность и рвение похвальны, но своеволие недопустимо.
Дамиан яростно смотрел на них, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься. Он глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки.
— А какую позицию Церковь займет в грядущей войне? Прошу вас, хоть в этом будьте мудры!
Командоры вновь обменялись взглядами.
— Это еще не решено окончательно, — уклончиво ответил второй. — Все будет зависеть от ситуации. Звездные предлагают объединить силы, у них есть некий план. Возможно, мы примем их сторону. Сейчас нам нужно дождаться брата Вальтера, после чего он временно примет пост примарха и…
— Что⁈ — взревел Дамиан, вне себя от услышанного. — Я говорю вам, что он предатель, а вы делаете его примархом⁈ Вы в своем уме⁈
Старший командор поднялся, его лицо стало жестким.
— Аудиенция окончена, брат Дамиан. Вы свободны. И благодарите Бога из Машины, что мы столь снисходительны к вашей дерзости.
Едва сдерживая бешенство, Дамиан резко развернулся и вылетел из кабинета. Его мысли метались, не находя выхода. Как они могли быть так слепы? Как могли не верить ему? Он ведь только и делал, что доказывал свою преданность Церкви все эти годы!
Шагая по коридорам цитадели, Дамиан чувствовал, как горечь и разочарование наполняют его сердце. Весь этот мир прогнил до основания. Политика, интриги, жажда власти — даже в стенах Церкви, его дома, его семьи, в которую он верил всей душой. А теперь его же объявили смутьяном и отобрали все! И ради чего? Ради продажного предателя Вальтера!
В глубокой задумчивости Дамиан добрался до здания, где оставил Альтаира. Фрактальщик сидел в кресле у камина, задумчиво глядя на пляшущее пламя. Он поднял взгляд, когда Дамиан вошел, и на его лице промелькнуло понимание.
Тяжело опустившись в соседнее кресло, новоиспеченный префект шумно выдохнул.
— Слушай, я знаю, у нас с тобой знакомство задалось не самое лучшее. Но мне нужна твоя помощь.
Альтаир хитро улыбнулся, словно ждал этого. И Дамиану вновь стало не по себе. Он недолюбливал тех, кто был умен и коварен. А этот фрактальщик превосходил в этом, пожалуй, всех, кого он встречал. Умнее самого Дамиана. Идеальный союзник. Или опаснейший враг.
— Я тебя слушаю, — спокойно ответил Альтаир, сложив пальцы домиком.
Дамиан наклонился вперед, пристально глядя ему в глаза.
— Скажи, твои иллюзии смогут скрыть небольшую армию и громадный корабль?
— Насколько громадный? — В голосе Альтаира звучал неподдельный интерес.
Дамиан помедлил, словно раздумывая, стоит ли раскрывать карты. Но выбора не было.
— Размером с половину большого острова, — наконец произнес он.
Улыбка Альтаира стала еще шире и еще более издевательской. Он откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке.
Глава 10
Великий Храм Эхмеи возвышался посреди гигантского острова Гелиополис-1, движущегося по огромному монорельсу, вслед за солнцем.
Его массивные колонны и пирамидальные шпили, покрытые вычурной резьбой и иероглифами, сияли подобно драгоценностям в лучах вечного солнца, освещавшего владения Империи Монорельса.
В главном зале Храма собрались высшие жрецы и советники Эхмеи — наместника великого бога солнца и повелителя этого мира в ранге Вершителя. Их одеяния из чистого льна и золотые нагрудники с символами солнца искрились, отражая солнечный свет, льющийся сквозь высокие окна и разукрашенные витражами проемы.
Ровные ряды жрецов в белых балахонах и расшитых митрах окаймляли центральный проход, ведущий к величественному Золотому Трону. На этом возвышении, украшенном резьбой в виде переплетающихся змей, восседал сам Эхмея. Количества его титулов хватило бы, чтобы исписать все стены этого храма, поэтому его именовали просто и скромно.
Святой.
Его лицо, обрамленное бородой и короной из ярких перьев в форме солнечного диска, было исполнено глубокой озабоченности. В руке он сжимал жезл из чистого золота в форме извивающегося скарабея.
— Братья и сестры, — провозгласил Эхмея звучным голосом, разнесшимся под сводами зала. — Я созвал этот высший совет по делу, важность которого невозможно преуменьшить. Ибо над нашей великой Империей сгустились тучи войны!
Из рядов жрецов послышался встревоженный ропот. Все взгляды были обращены к святому.
— Как вы все знаете, — продолжал он, — на недавних переговорах между фракциями на Миллениуме-3 произошла кровавая резня. Наши делегаты, Иерархи Аяра-тар-Эхмея и Людвиг Менкаура, были коварно убиты!
На лицах иерархов отразился шок и страх. Одна из наложниц Эхмеи была убита. И только само солнце знает, как Святой сдерживался и пребывал в хладном рассудке.
— Но худшее даже не в этом! По донесениям наших лазутчиков выяснилось, что за нападением стоят отступники из ветви Отчаяния Анклава Мрака, вступившие в сговор с самим Звездным Альянсом!
Ропот в зале перерос в целый гул негодующих возгласов. Жрецы со всех сторон принялись яростно рассуждать об этом предательстве. Ибо на созыве каждый обладал неприкосновенностью.
— Тишина! — рявкнул Вершитель, вновь призывая к молчанию. — Я сам поначалу не поверил в эту весть. Но факты, увы, неопровержимы. По словам наших шпионов, Звездные уже предложили Мордехаю из Отчаяния военный союз против Солнечной Империи в обмен на острова нашей фракции. Чудовищное предательство, со стороны наших меньших братьев и соседей, не иначе!
Теперь тишина в зале висела гробовая. Каждому было понятно, что речь идет о войне небывалого масштаба.
— Но самое худшее, — продолжал Эхмея, всматриваясь в лица подданных, — что в резне участвовал Отродье Днища, Мельхиор Геноцид Миров! И вместе с ним был замечен Меас Двуликий.
По рядам прокатилась новая волна обсуждений. Имена этих чудовищных существ были на слуху.
— Меас, — прошептал кто-то из иерархов. — Гений среди безумцев. Столь же силен, как лидер фракции. Его опыты могут уничтожить весь Зехир!
— Верно, — кивнул Вершитель. — И если он объединил силы с носителем частички ложного бога, значит, готовит нечто поистине ужасное. Все силы должны быть приведены в боевую готовность незамедлительно.
Он соскочил с трона и, опираясь на жезл, медленно двинулся по проходу между жрецами.
— Ибо грядет величайшая из войн! Все, кто не с нами — против нас. Звездным и примкнувшим к ним тварям Отчаяния мы должны дать решительный отпор! Империя всегда одерживала верх над любыми силами зла, будь то орды химер или армии мертвецов. Карим, доложи состояние второй стены.
Карим Менкаура поднялся, расправив плечи. Это был высокий смуглый мужчина средних лет.
— Остались лишь последние штрихи и финальные тесты. Не более месяца.
Эхмея кивнул, после чего остановился перед высившейся в дальнем конце зала гигантской статуей бога Солнца. Его жезл со звоном опустился на каменный пол.
— Я созываю Высший Военный Совет! Немедленно призвать лучших военачальников и полководцев. Пришло время обрушить на врагов благословенный гнев Империи! За солнце!
— За Империю! За солнце! За Эхмею! — разнесся над сводами зала тысячеголосый клич жрецов, которые в едином порыве подняли жезлы, сложив их в символ солнечного диска над головой.
На следующий день из всех уголков Империи на Гелиополис-1 уже стекались полчища лучших воинов в золотых пластинчатых доспехах и ярких плюмажах. К величественным воротам Храма сходились широкие дороги, по которым со всего архипелага шли необозримые колонны солдат, боевых магов, наемников и техножрецов.