— А сейчас… — Она взяла стакан из рук мужа и поставила на поднос проходившего рядом официанта. — Мне бы хотелось снова оказаться сбитой с ног.
— Как, здесь? Перед всеми? — Он покачал головой. — Это было бы в высшей степени неприлично. Да и наши хозяева скорее всего будут возражать. Если, конечно, нас обнаружат. А если нет…
Эвелин довольно рассмеялась.
— Я говорила о еще одном танце, дорогой, и ты это хорошо понимаешь. — Она взяла мужа за руку и потянула за собой к танцующим, а когда он обнял ее за талию, прошептала ему в ухо: — Но позже я обязательно собью с ног тебя.
Эдриен скорчил гримасу оскорбленной невинности.
— И ты смеешь утверждать, что во мне есть что-то безнравственное?
— Мы стоим друг друга.
Они снова закружились в вальсе, но на этот раз Эвелин внимательно слушала каждое слово супруга, хотя и не упускала при этом возможности изучить бальный зал. Она уже бывала в этом доме, но только один раз, и понятия не имела, где находится библиотека. В прошлом ей был бы передан подробный план дома. Впрочем, это не важно. Всегда можно спросить кого-то из слуг. Подобный вопрос не будет слишком уж необычным. Да и слуга ответит, никуда не денется. Просто на подобных мероприятиях гости не часто покидают бальный зал из любопытства или в поисках уединения, равно как и по любой другой причине. Если ее заметят, она скажет, что хотела взглянуть на коллекцию лорда Дануэлла, о которой много слышала. Она не знала, что именно коллекционирует лорд Дануэлл, и коллекционирует ли он что-то вообще, но большинство джентльменов его круга имели такое хобби. Даже у Эдриена имелась небольшая, но ценная коллекция старых греческих монет.
— Взгляни, — сказала Эвелин, когда музыка опять смолкла. — Кажется, это твоя кузина Порция? — Родители Порции умерли, когда девочка была совсем юной, и ее взяли в свою семью Хэдли-Эттуотеры. Мама Эдриена относилась к девочке как к своим родным детям.
Эдриен кивнул:
— Да, и в этом нет ничего необычного. Мама, наверное, тоже где-то здесь. — Он весело усмехнулся. — Она никогда не сдается.
Он взял жену под руку, и они вместе направились к кузине. Упорное желание леди Уоттерстоун видеть всех своих детей счастливыми в браке было извечным предметом шуток в семье. Особенно веселились те братья и сестры, которые уже были женаты. У вдовствующей графини был список, кого из детей и родственников следовало женить, и в данный момент все ее усилия сосредоточились на этом несчастном ребенке. Порция, овдовевшая три года назад, была в списке первой, и ей даже пришлось на Рождество сбежать в Италию, чтобы избавиться от навязчивого сватовства тетушки.
Порция заметила их и помахала рукой.
Они неторопливо продвигались сквозь толпу к ней. Эдриен склонился к жене и тихо спросил:
— Как ты думаешь, у нее кто-то есть в Италии?
— Думаю, она бы не промолчала, — ответила Эвелин. Они встречались с Порцией после ее возвращения только один раз — на свадьбе младшего брата Эдриена Себастьяна. — А почему ты спрашиваешь?
— Сам не знаю. Просто, когда мы в прошлый раз виделись, у меня сложилось какое-то странное впечатление… Мне показалось, она что-то скрывает.
— Порция никогда не славилась умением хранить тайны.
— Ты права, — задумчиво протянул Эдриен. — Порция определенно должна была проболтаться. — Он усмехнулся. — Хотя бы чтобы успокоить маму и уклониться от знакомства с очередным холостяком.
— Добрый вечер, Эдриен. Эвелин, рада тебя видеть. — Она чмокнула Эви в щеку и тихо шепнула: — Спасай меня.
Эвелин округлила глаза.
— От кого?
Официант принес шампанское. Порция осушила свой бокал одним глотком.
— От тети Хелен, разумеется. — Она повернулась к Эдриену. — Твоя матушка удивительно активна сегодня, кузен. Стоит мне повернуть голову, как она тут же знакомит меня с очередным претендентом на мою руку. Причем все они, как один, считают, что путь к моему сердцу можно проложить, наступая мне на ноги и тиская во время танцев. — Она понизила голос и доверительно сообщила: — Еще один танец, и я останусь хромой на всю жизнь. Ты — мой любимый кузен и обязан меня спасти.
— Любимый? — скептически улыбнулся Эдриен. — А мне всегда казалось, что твой любимый кузен Себастьян.
Порция фыркнула.
— Себастьян — мой любимый младший кузен, а ты — мой любимый старший кузен.
— А Хью?
— Хью — мой любимый… — Она замолчала, подыскивая слово. — Хью — мой любимый кузен-барристер. Вот так. Ну, ты спасешь меня? — В ее голосе звучало отчаяние.
— Что я должен сделать? — осторожно спросил Эдриен. Он вырос с семью братьями и сестрами и очень рано понял, что нельзя соглашаться на то, что они просят, не имея достаточной информации.
— Отвезти меня домой. — Она опасливо взглянула мимо него на толпу, выискивая глазами активную тетушку, — я тебя очень прошу. Пожалуйста. А то тетя Хелен вот-вот вернется с очередной жертвой. — Она содрогнулась. — Честное слово, с меня на сегодня хватит.
— Извини, Порция. — Эвелин почувствовала к Порции искреннюю симпатию. — Но мы только что приехали. Уйти сейчас было бы невежливо.
— Чепуха! — воскликнула Порция, еще не утратившая надежды на спасение. — Тебе же совсем не нравится леди Дануэлл. И за это тебя невозможно винить, — поспешно добавила она.
— Постарайся продержаться еще, скажем, час, — сказал Эдриен и вопросительно взглянул на жену.
Эвелин кивнула. Этого времени ей хватит.
— Да, — подтвердила она, — только час, не больше.
И никто не подумает, что мы слишком стремимся уехать.
— Мы, конечно, с радостью уехали бы немедленно… или вообще не приезжали бы… но нельзя не думать о приличиях.
— Час… — простонала Порция. — За это время тетя Хелен десять раз выдаст меня замуж.
Эдриен весело хихикнул.
— Ничего смешного! — возмутилась Порция.
— Конечно, нет, дорогая. — Эвелин похлопала ее по плечу.
— Но, Порция… — Эдриен неуверенно кашлянул. — Мне казалось, что ты хочешь выйти замуж.
— Хочу. Но не за того, кого бросают мне, словно он кенар, а я голодная кошка. — В голосе Порции звучало искреннее негодование. — Я вполне способна найти себе мужа самостоятельно.
— Мама явно так не считает, — усмехнулся Эдриен.
Эвелин бросила на мужа укоризненный взгляд.
Порция, не обращая внимания на кузена, задумчиво нахмурилась.
— Надо сказать, этот дом очень большой и претенциозный. Возможно, мне удастся найти спокойное местечко, где я смогу переждать часок, пока вы не соберетесь уезжать.
«То, что нужно!»
— А я с удовольствием помогу тебе такое место найти, — обрадовалась Эвелин.
— Здесь же, вероятно, есть небольшие гостиные, — проговорила Порция. — Или музыкальный салон. Насколько мне известно, здесь есть оранжерея. И библиотека.
— Нет, библиотека не подойдет, — быстро проговорила Эвелин. — Никогда не знаешь, кто может зайти в библиотеку.
— А тебе не кажется это трусостью? — спросил Эдриен. — Я имею в виду, эти игры в прятки с мамой?
— Кажется, — согласилась Порция. — Но мне все равно. Только сегодня вечером я уже была представлена одному джентльмену, которому нужна не жена, а мать для целого выводка малолетних бандитов, и другому, который… ладно, не буду грубить. Скажем так, он мне не понравился.
— Судишь по внешности? — Эдриен всем своим видом выражал разочарование. — Не думал, что ты так мелка и поверхностна.
— Не дразни ее, дорогой, — шепнула ему Эвелин. Бесконечные подтрунивания друг над другом, зачастую казавшиеся ей слишком злыми, были обычным делом в семействе Хэдли-Эттуотеров. Создавалось впечатление, что они могут сказать родным что угодно, и это никак не влияло на их привязанность друг к другу. Она им завидовала и надеялась, что между ее детьми отношения будут такими же.
— Я всего лишь хочу, чтобы мой будущий муж был выше… моего подбородка, — поджав губы, сказала Порция. — Разве это слишком много?
— Может быть, и нет. — Ситуация явно безмерно развлекала Эдриена.
— Что касается моей мелочности, мы поговорим об этом в другой раз. — Порция бросила на Эвелин умоляющий взгляд. — Давай пойдем…
— Боюсь, уже поздно, — объявил Эдриен, глядя в сторону поверх головы кузины.
Порция застонала. Эвелин скосила глаза и увидела шествующую прямо к ним Хелен в сопровождении светловолосого джентльмена. Что ж, по крайней мере на внешность этого кандидата Порция никак не сможет пожаловаться. Он выглядел весьма привлекательно.
— Эдриен! — Хелен одарила сына блестящей улыбкой. — Эвелин! Как я рада вас видеть, дети мои. Не знала, что вы здесь будете.
— Мы тоже, мама. — Эдриен поцеловал мать в щеку.
— Тем не менее я рада, что вы здесь. — Она понизила голос и добавила: — Это важное событие сезона. Здесь много влиятельных людей.
— Хелен! — Эвелин указала взглядом на джентльмена, терпеливо дожидавшегося рядом.
— Боже мой! Я совершенно забыла о манерах! — Хелен вздохнула. — Старею, должно быть. — Она повернулась к жертве. — Позвольте представить вам лорда и леди Уоттерстоун, моего сына и невестку. А это… — Она указала на Порцию, и в ее голосе зазвучало торжество. — Моя племянница леди Редуэлл. Порция, это мистер Сэйерс.
Мистер Сэйерс поцеловал Порции руку. Его губы кривила улыбка, глаза откровенно смеялись.
— Насколько я понял, вы вдова.
Порция усмехнулась.
— Я вижу, тетушка уже выложила вам мою биографию.
— Да, а что? — В голосе Хелен звучало торжество и глубокое удовлетворение. — Судя по всему, я училась в школе вместе с мамой мистера Сэйерса. К сожалению, это было очень давно, и я ее совершенно не помню. Уж простите меня, мистер Сэйерс.
— Не стоит извиняться, леди Уоттерстоун. Вы же сами сказали, что это было давно.
— Тем не менее это невежливо… и досадно. — Хелен грустно вздохнула. — Увы, моя память уже не та, что прежде.
— И слава Богу, — пробормотал Эдриен.
Хелен бросила на сына пренебрежительный взгляд.
— Леди Редуэлл. — Мистер Сэйерс все так же не сводил глаз с Порции. — Прошу вас, окажите мне честь и подарите следующий танец.