Так мы и спорили всю дорогу. Потом сдали Мяо с рук на руки дворецкому ее семьи, встречавшему нас у ворот поместья, лишь немногим менее пафосного, чем у семьи У или семьи Сюэ. И тихонько поехали обратно в город.
Без котенка в машине сразу стало тихо и как-то… не то чтобы неловко, но я чувствовала, что Вейшенг что-то хочет сказать. А что именно, сам, кажется, еще не знает.
— Может, навестим-таки тех бычков? — предложила я, чуть подумав.
— Каких бычков? — Лебедь аж вздрогнул от резкой перемены темы.
— Ну, жареных. В виде стейков. Тех, до которых мы в первое свидание не дошли. Там еще огромный красный бык на вывеске и медная статуя с во-о-от такими натертыми позолоченными «фонариками» на входе. Пирожные, конечно, хорошо. Но жареное мясо — это все равно вещь!
— А… давай, — вдруг согласился Вейшенг с таким видом, будто решил прыгнуть с пирса в бурное море — и дальше будь что будет. — Я действительно слегка голоден. Ты тоже?