— Ага. Спасибо.
Я наконец-то протиснулась мимо Саши и с удивлением заметила, что мое бренное тело, заключенное в одну несчастную рубашку, которая, кажется, даже немного просвечивалась, ровным счетом никак его не беспокоило. В какой-то мере мне даже было обидно, но с другой стороны я понимала, что должна радоваться, а не злиться. Есть на свете нормальные мужчины! На свою Ксюшу Александр смотрел совсем другими глазами — влюбленными и полными желания.
Пропал парень. На других и не глядит.
Ну и хорошо. Хоть кто-то надежный и адекватный в этом доме. Не то что это животное, которое готово бежать за каждой девицей…
Я определилась с дверью и проскользнула в комнату. Кровать выглядела вполне прилично. Широкая, двуспальная, она казалась вполне пригодной для того, чтобы спать даже вместе.
Волосы у меня были все еще влажными после душа, хоть я и тщательно вытирала их полотенцем, но никакого желания сушить их я не испытывала. Решив, что высохнут и так, я забралась под одеяло и закрыла глаза, рассчитывая на здоровый и крепкий сон.
Не успела даже задремать, как рядом что-то загрохотало и упало на пол.
— Чемоданы твои. С камнями внутри, — прокомментировали голосом Назара, но я лишь натянула одеяло на голову.
Кажется, Исаев правильно понял, что я не слишком настроена на диалог. Я уж было порадовалась, что он успешно оставит меня в покое…
Но как бы ни так.
Изо всех мест двуспальной кровати, на которых он мог бы пристроиться, Назар выбрал положение именно рядом со мной. И нагло обнял за талию, демонстрируя, что никуда убираться не собирается.
Я собиралась сделать вид, будто сплю и не чувствую его присутствие, но, кажется, с Назаром осуществить это было невозможно. Он, воспользовавшись моим временным замешательством, прижался ко мне вплотную, и я вздрогнула, ощущая рельеф мужского тела… И то, что долгая поездка отнюдь не убила в нем первобытные желания.
— Слушай, пещерный человек, я устала, — пробормотала я недовольно. — Оставь меня в покое. Я хочу спать.
— Я тоже хочу спать, — протянул Назар, вместо того, чтобы убраться подальше, только обнимая меня покрепче. — Рядом с тобой спать удобно.
— Кое-какие части твоего тела против.
— Они за, просто требуют, чтобы им оказали должную часть внимания.
— Да пошел ты! — возмутилась я.
— Не ворчи, — Назар перевернулся на спину, но нагло увлек меня за собой, заставляя повернуться на второй бок и прижаться к его плечу. — Просто обними меня.
— Даже не подумаю, извращенец.
— Обнять мужчину — извращение?
— Да.
— Моя ты монашка, — почти ласково пробормотал Назар, перехватывая мою руку и укладывая куда-то себе на грудь. — Спи.
Я недовольно зашипела.
— Отстань. Мы так не договаривались.
— Да ладно тебе, — закатил глаза Назар. — Я ж тебе нравлюсь.
— Ни капельки.
— И тебе приятно, — примирительно промолвил он. — Ну так сделай приятно и мне.
— Э!
— Я имею в виду, просто полежи рядом. Какая разница, на каком боку спать?
Я собиралась поспорить, но усталость давала о себе знать. Если честно, мне сейчас очень хотелось провалиться в сон, и плевать, рядом с кем в него проваливаться. Потому, вместо того, чтобы ворчать, я действительно закрыла глаза и велела себе притвориться, что Назар — это большая подушка. Удобная, хоть и немного твердоватая, подушка. Еще и горячая.
Одеяло у нас оказалось общим, одним на двоих, и я запоздало подумала, что тонкая ткань футболки да несчастная рубашка — единственное, что есть между нами. И мне следовало добраться до своих чемоданов и переодеться во что-то более закрытое и не так легко снимаемое. Но выбираться из почти теплых и удобных объятий Назара сейчас совершенно не хотелось, и я, поразмышляв немного над тщетностью бытия, решила, что останусь так.
Высплюсь хоть.
Сон накатывал волнами. Я, окончательно убедив свое сознание в том, что рядом со мной — просто одеяльце и подушечка, вспомнила о своей давней привычке и закинула ногу на Назару на бедро. Спустя секунду в голову пришла на диво разумная мысль, что с посторонними мужчинами так лучше не поступать, и я собиралась уже отодвинуться, но не успела. Он нагло поймал меня за колено.
— Не вертись, — прошептал мне на ухо Назар. — Я правда тоже очень хочу спать. Просто спать, Кира. Об остальном мы с тобой поговорим завтра…
— Никогда.
— Завтра, — уверенно повторил мужчина, и я по голосу почувствовала, что он улыбается. — К чему эти условности? Ты нравишься мне, я нравлюсь тебе…
— Кто тебе такую гадость сказал? — проворчала я. — Ни капельки ты мне не нравишься.
— Совсем-совсем?
— Совсем-совсем.
— Ну, ладно, — удивительно просто согласился Назар. — Будем считать, что ты просто привыкла во сне закидывать на мужиков ноги.
— Да иди ты!.. — пробормотала сонно я, но вместо того, чтобы отодвинуться, только прижалась к нему покрепче. — Надеюсь, ты не храпишь.
— Конечно, нет. Я ж тебе говорил, что я идеальный мужчина.
— Дурак ты, а не идеальный мужчина, — обвинительно заявила я и почти провалилась в сон…
Так и забыв сообщить, что ноги я привыкла закидывать не на каких-то посторонних мужиков, а на родное второе одеяло…
6
…Было тепло и солнечно. Белый песок, шум прибоя, небольшой домик чуть поодаль, запах моих любимых свежеиспеченных булочек с корицей и потрясающей древесный парфюм любимого мужчины. Он, тот самый мужчина-мечта, мечтательно взглянул на меня и опустился на колени.
— Кира, — серьезно промолвил он, — я хочу сделать тебе предложение.
Я замерла, ожидая тех самых заветных слов, о которых мечтает каждая девушка.
— Кира…
Я подалась вперед…
— Кир, булку будешь?
Голос мужчины-мечты отчаянно напоминал Назара. Я недовольно застонала — нет, нет, не могу я мечтать об этом гаде, — и попыталась закрыть уши, чтобы в полудреме различить те самые идеальные любимые черты.
— Ты почти сутки спишь, ты уверена, что это нормально?
Я едва не зарычала от раздражения, но глаза все-таки открыла. Назар стоял надо мной с подносом в руках. Божественный запах корицы оказался реальным, но вот ни белого песка, ни прибоя рядом не оказалось. Зато Назар, по дороге где-то успешно избавившийся от футболки, в одних спортивных штанах, с голым торсом — несомненно, лучшим из всего, что мне удавалось видеть когда-либо вживую, да и на фотках тоже, — оказался более чем реальным.
Дотянувшись до телефона, оставленного на прикроватной тумбочке, я с ужасом обнаружила, что уже наступило второе января. Мы приехали первого в первой половине дня, к обеду добрались до кровати… Это ж сколько я проспала?
— Доброе утро, — я села, с раздражением обнаружив, что рубашка задралась почти до груди, а на голове у меня настоящее кудрявое гнездо. — Люблю булочки с корицей.
— А апельсиновый сок?
— И его, — утвердительно кивнула я.
Назар уселся на край кровати и примостил поднос с булками и соком у меня на коленях. Я выразительно зевнула, потерла глаза, чувствуя себя потерянной, и потянулась к угощению.
— Пахнут божественно, — призналась я, втягивая носом роскошный аромат.
— Ага. Я заметил, что ты по части запахов маньяк, — подмигнул мне Назар. — За духи меня едва не съела.
— Эй!
— Молчу-молчу. Ты пробуй.
Я взглянула на него исподлобья, откусила кусочек и даже зажмурилась от удовольствия. Тесто было воздушное и буквально таяло во рту, да и вообще, это не булочки, а какой-то подарок судьбы! Никогда не пробовала ничего настолько вкусного…
— Откуда они тут? — вспомнив о том, что мы оказались в окружении снега и вряд ли могли рассчитывать на вип-доставку свежеиспеченных булок вертолетом, поинтересовалась я.
— Ну откуда тут могут взяться булочки? Испек.
— Кто? Саша?
— Если б их испек Саша, ты б эту каменную гадость даже в рот не взяла, — закатил глаза Назар. — Нет. Я, конечно же.
Я едва не поперхнулась булкой.
— Кто?! Ты что, умеешь печь?!
— Конечно, умею! Каждый уважающий себя ресторатор, а тем более шеф-повар должен уметь делать все! А мне нравилась кондитерка…
Я ошеломленно заморгала. Назар, журнальный красавчик, тянул на кого угодно, но только не на шеф-повара. Нет, я б поняла, если б он был просто мажором, который ничего не делает и получает родительские деньги. Или, допустим, бизнесменом. Да хоть моделью! Но о каком поварском деле может идти речь?!
— Ты шеф-повар?!
— Бывший, — честно сказал Назар. — С тех пор, как мы расширились, у меня нет времени быть на кухне. Пришлось найти себе замену и заняться бизнесом. Потому я готовлю только дома. Считай, тебе повезло.
— Это в чем же? — проворчала я.
— Ну как? Тебе не придется готовить самой, твой жених готов взять эту обязанность на себя, — ухмыльнулся Назар, как будто мы в самом деле были парочкой. — У меня там вторая половина допекается. Ешь и спускайся вниз. Хватит вылеживаться, соня.
Я даже не обиделась — он был прав, действительно, хватит валяться, — я только молча впилась зубами в булку. Ладно, еще один плюсик в карму Назару — он действительно готовит шикарные булочки с корицей. И сок тоже весьма неплох, хотя этим как раз мало кого можно удивить. Не сам же он его готовил, в конце концов!
Покончив с булками, я наконец-то добралась до чемодана и добыла оттуда сменное нижнее белье — благо, в полном комплекте, а не только нижнюю его половину! — джинсы и какую-то наспех сунутую в чемодан кофточку из немнущейся ткани. Посмотревшись в зеркало, висевшее на стене, я решила, что так выгляжу гораздо приличнее, чем в Назаровой рубашке. На голове, конечно, был жуткий хаос, но я даже не попыталась причесаться — знала, что сама это гнездо не разберу.
Ароматы, доносившиеся с кухни, могли свести с ума кого угодно. Назар, очевидно, не на шутку увлекся готовкой, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сначала посетить ванную, а тогда уж отправиться к «жениху», ориентируясь на шикарные запахи съестного. Да, что греха таить, поесть я любила, тем более, если оно так вкусно пахнет!