Глава 6
Глава 6
Андрей:
Я никогда не верил в любовь. Любовь — это маркетинговый ход, способ манипуляции, определенный набор гормонов. Она хороша в книгах и в фильмах, она придает эмоциональности, но в реальной жизни ее нет.
С Лерой мне было просто хорошо. Она не делала мозги, не требовала ничего несусветного, с ней был хороший секс и никаких обязательств. Это были идеальные отношения. До тех пор, пока в одном интервью вдруг она не заявила, что у нее есть жених. Более того, этим женихом оказался я. Сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать.
После этого, увидев меня, она невинно потупила глазки и попросила прощения:
— Случайно оговорилась, — потом подняла на меня глаза и спросила:
— Но ведь к этому все и идет?
В ее глазах явно была надежда, смешанная со страхом. То, о чем она не решалась спросить до этого у меня лично, она решила озвучить перед всей страной. Не лучший ход, далеко не лучший. И максимально нечестный. Она даже не думала, в какое положение ставит себя. Что будет, если я публично опровергну ее слова? Впрочем, Лера слишком хорошо меня знала.
Знала, что я не захочу ее так подставлять. Вполне возможно, наши отношения могут закончиться свадьбой, ни к чему их портить сейчас, когда еще ничего не ясно. Скорее всего, когда-нибудь мне захочется чего-то серьезного, детей, например. Если, опять-таки, Лера еще захочет расстаться с модельной карьерой, которая вряд ли будет совместима с семьей.
В один прекрасный день Лера попросила меня взять на работу Анну Соколовскую, и я не стал ей отказывать. Она приходилась Лере тетей, хоть моя девушка и пыталась это скрыть. Рекомендации у нее были хорошие, и я не видел причин отказывать в такой просьбе. Агентство, которое когда-нибудь, возможно, будет принадлежать дочери ее сестры , она точно не подставит. Да и, скорее всего, Лере просто будет так гораздо спокойнее. Маленькая поблажка. А почему бы и нет?
Все было гладко, пока не случился роковой поход в клуб. Когда Лера сбила человека. Более того, она скрылась с места происшествия. Только после получаса решила набрать мне: «Андрей, помоги». Она была пьяна, я слышал это по голосу, мне не нужно было быть рядом, не нужно было смотреть ей в глаза, принюхиваться к запаху, я и без этого все понял. Пьяна и напугана. Спустя какой-то промежуток времени запоздалое понимание всё-таки проползло в ее хорошенькую головку.
Конечно же, я помог, хоть и был в шоке от того, что она сделала. Скрыл все следы, отправил побитую со следами крови тачку в ремонт, по моей команде были стерты записи камер, я даже начал следить за расследованием. Через проверенных людей подсунул ментам взятку, чтобы не слишком рыпались в этом деле, впрочем, они и так не проявляли особого пыла. Я сделал все, чтобы защитить свою невесту. Даже несмотря на понимание, что, когда Лера уезжала, девушка еще была жива и ее вполне могли бы спасти. Если бы только моя невеста не растерялась и не слишком испугалась за свою шкуру. Или проявила бы хоть немного сострадания.
Зачем-то я даже узнал ее имя, Алена Сотникова, совсем молодая девчонка, ровесница Леры. Она работала медсестрой в хирургическом отделении. Возможно, даже я видел эту девушку в больнице, в тот день, когда был там. Возможно, если бы моя невеста попросила забрать ее из клуба, девушка была бы жива.
Ночью Лера пыталась извиниться своим любимым способом. И я попросил ее об этом никогда не говорить, нужно было забыть этот момент, это несчастный случай. В конце концов, ничего уже не сделаешь, это была случайность. К моему большому сожалению, уже ничего не изменишь.
А на следующий день мне нужно было уехать. Я счел это за благо. Нужно было отрешиться от текущих проблем. Оказаться подальше от Леры. Чтобы не задать один не дающий покоя, сверлящий меня вопрос: жалеет ли Лера о произошедшем?! Утром я так и не смог этого понять, она была растеряна.
Но по возвращении из командировки меня ждали другие неприятные сюрпризы. Моя милая невеста отправилась зачем-то на похороны Сотниковой. Совесть взыграла, что ли? Вот только толку от нее сейчас.
За все три дня командировки, пока я усердно занимался делами, она не позвонила мне ни разу. И даже в один из моих звонков в чудом вырванную минуту между встречами она ничего не спросила, даже новость о моем возвращении не вызвала у нее никаких эмоций, будто она меня совсем не ждала. Это напрягало. Но больше всего удивило, что по приезде она смотрела на меня как на маньяка, расчленившего ребенка у нее на глазах, как на какого-то изверга, как на ужаснейшее из чудовищ, как на жуткого монстра. Малейшее прикосновение отдавалось дрожью в теле. Чего она так боится-то? Я после случившегося даже на нее не накричал, наоборот, спас и прикрыл.
Более того, она не собиралась отвечать на мой вопрос. А когда я просто попросил ее не делать глупостей, в ее глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на злость. Совсем не такой встречи я ждал, и это выбивало из колеи.
Пришлось напомнить, что мы собираемся на вечер к Каркаровым. Лера тут же отправилась переодеваться в спальню. То ли спешила принарядиться, то ли торопилась поскорее оказаться подальше от меня. Я остался один на кухне с приготовленными ею отбивными. Наколов одну на вилку, откусил. Мясо таяло во рту и оказалось очень вкусным, прожаренным как я люблю. То, что Лера умела готовить, оказалось для меня сюрпризом. До этого пределом ее умений было приготовление бутербродов. Быть может, она таким образом желает показать, что хочет замуж?
Тогда к чему такое выражение лица? Женщины! Кто знает, что у них на уме. Как и кто знает, доживут ли наши отношения до завтрашнего утра. Я начал в этом сомневаться. Уж очень мне не нравилось выглядеть чудовищем в глазах своей девушки.
Лера собралась на удивление быстро. Странно, что она не провела остаток сегодняшнего дня у стилистов. Возможно, подобные походы ей стали не в новинку и не вызывали прежнего трепета. Больше не было никаких вопросов, что надеть. Не поинтересовалась она и моим мнением.
Тем не менее, выглядела она на все сто. Ей никогда не требовалось особых усилий, чтобы выглядеть красивой. Волосы уложены в высокую прическу, что позволило открыть плечи, на шее висел кулон, так и притягивающий взгляд к груди. В длинном платье в пол она выглядела по меньшей мере принцессой, моей принцессой. Вот только единственное, что портило вид — она меня боялась, она словно пахла страхом, он жил в ее глазах, он был в ее каждом движении. Это нервировало. Возможно, ее задел мой повышенный тон при нашем маленьком разговоре. Возможно, то, что я видел на ее лице, было лишь обидой. Она действительно была обидчивой. Маленькая красивая девочка, которой столько раз пытались объяснить, что обидчивость это недостаток как для модели, так и в обычной жизни. Но недостаток, который я ей прощал.
Мы вышли на улицу. Я открыл перед ней дверцу автомобиля. Поймал себя на мысли, что, возможно, это в последний раз. Сегодня вечером мы вполне можем расстаться. Лера села в автомобиль. С ее лица не сходило задумчивое выражение. Быть может, она думала о том же. Интересно, ее тревожит возможное расставание или то, что она может потерять работу и карьеру? Конечно, я разорву контракт, ни к чему удерживать кого-то силой. Агентство, правда, потеряет модель, в которую вложило много денег и сил, а Лера, наше маленькое открытие, отправится дальше, безо всякой выплаты неустоек и без каких-либо последствий. В конце концов, мне не стоит расстраиваться, желающих занять ее место всегда много.
Я сел за руль. Никогда не держал водителей из принципа. Хоть друзья и удивлялись и говорили, что это не по статусу. Но зачем прислушиваться к чужому мнению? Если можно получать удовольствие от скорости, от того, что ты сам выбираешь свой путь. Ведь объехать московские пробки — самый настоящий квест.
По сути, сегодня ничего примечательного случиться не должно. Так, небольшой светский раут в честь шестидесятичетырехлетия Павла Ивановича, которое лишь повод для всех встретиться и помериться своими достижениями, если говорить культурно.
Причем некоторые на своих спутниц навешивали столько украшений, что они смахивали больше на новогодние елки, чем на женщин. Плюс каждый хотел тут же сообщить про все достижения своих подруг. Будто бы вместо Дня Рождения мы на выставке собак или кошек, и нужно обязательно предъявить все медали или дипломы. Порой это смешило меня. Хотя, с другой стороны, моей спутнице определенно есть чем похвастать, но это не значит, что я буду упиваться этим.
Впрочем, женская половина тоже не отставала, многие явно группировались в стайки. Некоторые с удивительной частотой подходили к нам. Каждая со сладчайшей улыбкой на губах с самым доброжелательным видом пыталась поинтересоваться по поводу нашей с Лерой свадьбы. При этом женщины не забывали построить мне глазки или томно вздохнуть.
Я предпочитал молчать, предоставив Лере выкручиваться самой. В конце концов, она сама объявила о подобном шаге, ей и отвечать.
— Мы пока подумываем над этим. Это слишком серьезный шаг, — сказала она таким тоном, как будто и не собирается выходить за меня замуж. А вот это уже было интересно. И, честно говоря, непривычно.
С окончания школы все кому не лень планировали затащить меня в загс. Неужели она, женщина, которая была со мной, подобравшаяся к этому ближе всех остальных и гордо носившая звание невесты, подумывает, стоит ли идти на подобный шаг? Как ни странно, это не задевало самолюбие, это только больше и больше пробуждало интерес.
Официанты в костюмах шныряли по залу с подносами, полными бокалов. Но ни разу за все время Лера не притронулась к спиртному. Похоже, после недавнего она совершенно завязала с алкоголем. Пришлось даже попросить ее сделать незначительный глоток. Хоть подобная перемена мне нравилась, нельзя было обижать именинника и не выпить за него. Более того, весь вечер Лера от меня не отходила, наверное, стремление стать своей в этом кругу после всех многочисленных расспросов у нее поубавилось. Когда начались танцы, от пред