Иногда, собирая очередную посылку, мне так и хотелось положить туда альбом с красками и карандашами, который я обещала купить брату в день собственной смерти. Написать, что я жива, но это было бы слишком эгоистично. Они могут мне не поверить и отвернуться от меня и моей помощи. Сейчас не время для подобных признаний. Нужно дожить до дня операции, а там я на радостях смогу уже приехать к спасённому благодаря моей помощи мальчику и, может быть, потом что-то рассказать. Возможно, даже рискнуть и открыть всю правду.
Сейчас же мне нельзя лишний раз с ними общаться, не стоит так рисковать. Андрей высказался по этому поводу достаточно однозначно. Никаких встреч с этой семьёй. Впрочем, когда жизнь брата будет вне опасности, я смогу плюнуть на эти запреты. И я уже не буду зависеть от Жданова.
После недели мод я попрощаюсь с ним навсегда. Вот только сейчас понимаю, что почему-то мне не хочется этого делать. Несмотря на всё, я понимаю, он был Лериным женихом, не моим. Он никогда не был моим мужчиной. Все его поступки направлены на нее. Вот только по какой-то причине мне с ним хорошо. Что ж, время нас рассудит. Однажды я уже сделала ошибку, слишком доверившись чувствам. Второй раз я подобного не допущу.
Правда, в одном я все-таки допустила оплошность, я полагала, что у меня есть это время. Но судьба распорядилась иначе. Я сделала глупость, не учла одну особенность Ваниной болезни, а именно — непредсказуемость ее течения. Я знала о ней все, знала, что ситуация нестабильна, но, наверное, мне слишком хотелось верить в чудо. И вот в один из дней рано утром мне позвонила моя и Ванина мама. Ее голос дрожал, явно от недавних рыданий.
— Простите, Валерия, что так рано разбудила вас.
Мама теперь обращалась ко мне именно так, даже не понимая, как это «вы» обжигало мне сердце. Для нее это было лишь выражение уважения и благодарности, для меня — лишнее напоминание, что теперь я чужая, что я не ее дочь.
— Я знаю, что вы и так нам помогали. И, наверное, это наглостью будет спрашивать, но…
В этом «но» и было самое страшное…
— Ване ночью стало плохо, нужна операция, иначе…
Она не смогла удержаться от рыданий. Ей не нужно было говорить, что после «иначе». Она не могла допустить еще и потерю второго ребенка. Самое страшное для матери — видеть смерть собственных детей.
— Я, наверное, зря звоню, — сказала она сквозь слезы, совсем уже не зная, что делать. — Мы отдадим деньги, мы все отдадим. Я продам квартиру, — она была доведена до полного отчаяния и сейчас была готова на все. И эти слова резали мне душу. — Но сейчас деньги нужны срочно.
— Успокойтесь, я найду деньги, не переживайте, — сказала я. Но, несмотря на собственные заверения, во мне самой не было и толики спокойствия, только нарождающаяся паника. Потому что сейчас я проиграла и собрала лишь часть суммы.
— Сколько у нас времени? – спросила я.
«У нас». Мама, пойми, это не только твоя беда, мы справимся.— Три дня, — тихо сообщила она. В ее голосе чувствовалось поражение, этого времени было слишком мало.— Я переведу часть денег сегодня. Остальное... — я запнулась. Еще бы мне знать, где это остальное найти. — Остальное завтра.
Я завершила разговор и положила телефон в сумочку, хотя на самом деле хотелось его как следует куда-нибудь швырнуть. Я была уверена, что все рассчитала, была уверена, что спасу брата, но судьба подбросила мне такой сюрприз.
Где же взять столько денег? Если заложить Лерины драгоценности, найденные мною на прошлой неделе, денег все равно может не хватить. Просить у Андрея? У него явно будут вопросы, на которые я не смогу дать ответов. Кроме того, я даже не знаю, одолжит ли мне Андрей такую сумму. В мозгу бешено пульсировала одна-единственная мысль — что же делать? — когда зазвонил телефон. Пришлось достать его и ответить на звонок.Нужно явиться на работу. Увы, ее никто не отменял, да и деньги лишними не будут. Правда, сейчас часть такого драгоценного для меня времени придется потратить на дорогу до агентства. И все ради получения какого-то расписания. Почему вообще его нельзя отправлять на электронную почту?
Сегодня Ани не было за администраторской стойкой, она умудрилась свалиться с гриппом летом, но вроде бы чувствовала себя уже неплохо. От моей помощи она отказывалась, говорила, что не хватало и мне что-то подцепить.
Вместо Ани сегодня была Анжела, полная её противоположность, смуглая, с тёмными волосами. В ней не было привычной Аниной строгости, и, честно говоря, тетушкиной элегантности и стиля тоже не наблюдалось. Зато ее такой простодушный вид был для меня более привычным И когда я получила от нее список работы на сегодня, то не удержалась от комментария:
— Негусто.
При Ане я бы не решилась на подобное. Тетушка строго приучила меня держать мнение, касающееся работы, при себе. Что бы мне ни нравилось, что бы меня ни возмущало, мне платят не за обиды и капризы. Поэтому, если дизайнерское платье выглядит как убожество, твоя задача всячески показать, что это не так. Модель — это еще и актриса, пусть и своего особого жанра.
— Нужны деньги? — спросила понимающе Анжела.
В ней не было привычных для этого мира понтов, она не носила брендовых вещей, как некоторые мои коллеги. И это было нетипично. Обычно здешние девушки всегда одевались в них, ради этого они были готовы отдать последние деньги, либо занимали вещи у более обеспеченных подруг.
— Кому они не нужны, — сказала я, прикусив язык.
Эта фраза больше принадлежала лично мне, а не Лере, невесте олигарха, золотой девочке, давно не знающей ни в чем отказа.
К счастью, Анжела была новенькой и пока что не слишком разбиралась в подобных тонкостях. Более того, она даже не заметила особенностей отношений между мной и ее шефом. Удивительная невнимательность, которую не прощают в подобном бизнесе. Наверное, ей бы и не простили, но Ане нужна была подмена. Вот кто-то и решил воспользоваться моментом и пропихнуть сюда свою знакомую.
— Есть возможность подзаработать.
Видя мою заинтересованность, Анжела добавила:
— Эскорт-услуги.
Я пораженно уставилась на нее. Она что, действительно предлагает мне заняться проституцией?
Женщина явно заметила мою реакцию и тут же покачала головой:
— Нет, это не то, что ты подумала. Просто услуги сопровождения. На званый вечер, например, либо светское мероприятие. Сама знаешь, богачи любят попонтоваться, — по-простецки закончила она.
Это я хорошо знала, более того, участвовала в подобном мероприятии. Вот только моему богачу вряд ли понравится, если кто-то другой будет понтоваться его невестой. Это явно не самый подходящий вариант заработка. И все-таки, повинуясь какому-то внезапному любопытству, спросила:
— И сколько платят?
— От двухсот тысяч. Зависит от известности модели и вкусов заказчика.
Я едва удержалась от восклицания. Даже не думала, что так много. С другой стороны, Аня сама мне говорила, что некоторые будут готовы выложить немало денег за один вечер со мной. Удовлетворив свое любопытство, я уже собралась развернуться и поскорее покинуть помещение, как Анжела остановила меня:
— Подожди, есть заказ на персональный ужин, это тебя, так понимаю, больше устроит?Похоже, она быстро поняла, что именно меня смущало.— Давай вначале узнаем, сколько предложит заказчик, я сейчас отправлю ему пару фотографий из портфолио. Как я помню, ты вроде и в зарубежных показах участвуешь?
Анжела мало интересовалась моей биографией, впрочем, обо всех остальных девочках она знала еще меньше. Подобное ее нисколько не смущало, работа в нашем агентстве для нее была лишь временной.
— Полмиллиона тебя устроит? Заказчик готов выслать аванс. Диктуй номер карты, — она даже не стала дожидаться моего согласия.А я не могла отказаться. Вместе с деньгами, полученными за драгоценности Леры, этого могло бы хватить. Нужно всего лишь потратить вечер. Один ужин в ресторане отеля. Не стоит переживать за собственную безопасность, в людном месте со мной ничего не случится. Самое страшное, заказчик окажется знакомым Андрея. Но ради брата я готова рискнуть. Брат важнее.
Аванс мне пришел достаточно быстро, и это немного успокоило. Если мне кто-то хочет навредить, вряд ли он будет платить, да еще заранее.
Кроме того, вряд ли что-то может со мной произойти в ресторане престижного отеля. Никто не решится на меня нападать в людном месте. Что за глупые мысли лезут в голову. Даже Аня упоминала, что подобное случается. Наверно, я просто насмотрелась всяких передач, типа «Криминальной России», от того и дурные мысли лезут в голову. Да, некрасивую девушку в такое место не позовут, тем более за деньги, но я сейчас я не Алена Сотникова, медсестра, хватающаяся за каждую подработку. Все изменилось, и мне нужно не только это понять, но и принять. Так почему же я так нервничаю?
Может быть, причина, в том, что пришлось солгать Андрею, чтобы отправиться на эту встречу? Он не важен сейчас, главное брат, жизнь которого нужно спасти. Но всё же странно отдавать такие деньги за ужин в ресторане с незнакомой девушкой! Что ж, у богатых свои причуды. Вполне возможно, Лере поступало много таких предложений, кто знает.
Так почему же у меня скребет на сердце? Чувства? Неужели я что-то чувствовала к Андрею? Даже понимая, что он в любой момент может уйти, мой чужой жених. А ведь это вполне возможно, и тогда будет больно. Главное, я смогла уже перевести большую часть денег, необходимых для оплаты операции. И скоро смогу перевести оставшуюся сумму.
В отеле на ресепшене меня уже ждали. Администратор провел в ресторан, зал, к моему большому сожалению, был пуст, кроме единственного столика, за которым сидел в вальяжной позе мужчина, мой клиент. Официант уже наполнял бокалы, а неподалеку я увидела охранника. Почему-то вид обслуживающего персонала меня успокаивал. Быть может, это не самый популярный ресторан, или посетители предпочитали позднее время. Или все проще, мужчина выкупил весь зал. Вполне даже возможно.
— Валерия Литвински, — сказал он, улыбаясь. В голосе слышался акцент. И судя по тому, как произнес мое имя, он явно знал, кого выбрал на этот вечер.