— Нет, это глупо! — рыжий покачал головой и прикрыл глаза ладонью. — Полный бред. Мне точно почудилось.
— Дайрен, прошу тебя, скажи правду! Я не стану насмехаться, — напряженно попросила я.
— Хорошо. В точности процитирую тебе то, что слышал: «Сын Небироса… Ты можешь уйти и увести за собой остальных. Но оставь ее. Не мешайте мне». Когда я спросил, кого имеют в виду, последовал ответ: «Человечку из мира смертных». И если бы ты слышала, каким тоном это было сказано!.. Кто это существо, которое так сильно тебя ненавидит?
В полном оцепенении я смотрела на Дайрена, не в силах собраться с мыслями. По спине струилась липкая струйка пота, и я с трудом подавляла страх, опутавший по рукам и ногам. До этого еще оставалась надежда, что голос в разломе — плод разыгравшегося воображения. Но после слов Дайрена…
— Я мысленно сказал, что не оставлю тебя. Если понадобится, буду защищать ценой собственной жизни.
Вздрогнув, я расширенными глазами посмотрела в бледное лицо рыжего.
— Почему ты так сказал? Ты ведь меня ненавидишь!
Его черты исказились, и он с горечью произнес:
— Неужели ты не поняла до сих пор? Все мои попытки уязвить тебя, помучить… Я ничего не могу с собой поделать. То, что я к тебе испытываю, бесит меня самого. Но я не могу справиться с этим!
— Дайрен, — я ощутила, что больше не чувствую к нему неприязни, лишь сожаление. — Ты ведь знаешь, что я не могу ответить на твои чувства.
— Знаю, потому и вел себя так. Ты не представляешь, как сильно это уязвляет! Что тебя отвергли. Тебя, кого другие девушки чуть ли не боготворят! И кто?! Жалкая человечка!
Нет, ну вот может он все испортить. Я только к нему дружескими чувствами начала проникаться. Он тут же опомнился и вздохнул.
— Прости. Я не хотел обидеть.
— Все, что я могу тебе предложить — дружбу, — тихо сказала я, решив, что не стану обижаться. Если он и правда был готов защищать меня в разломе, не жалея жизни, это стоит того, чтобы забыть все наши неурядицы.
— Мне этого недостаточно. Проще вообще держаться от тебя подальше, — мрачно заявил он, и я вздохнула.
— Что было дальше? В разломе, — переводя разговор на другую тему, спросила я.
— Некоторое время то существо молчало, а мы продолжали отбиваться от разломных тварей. Потом оно снова заговорило со мной: «Твой отец еще нужен. Я не стану убивать тебя. Вы все можете уходить. Но держи ее подальше от меня».
Сказать, что я поражена — ничего не сказать. Мы все выбрались оттуда только из‑за Дайрена! Осознание этого вызвало ступор. Что было бы, согласись рыжий на такой вот обмен — меня на жизни остальных? Даже в горле пересохло от этой мысли.
— Я решил, что должен сказать тебе об этом. Ты никогда не должна больше спускаться в разлом.
Я молчала, нервно кусая губы. Проклятье, как же сильно это все осложняет. Но я должна рискнуть! Слишком многое поставлено на карту. Я не стану говорить обо всем этом ни лорду Вайлену, ни Астарту. Может, то существо не узнает, когда я снова спущусь в разлом? А после того задания я и правда больше туда не сунусь! Решив это, я подняла глаза на Дайрена.
— Спасибо тебе, что рассказал…
Не успел он отреагировать, как дверь комнаты распахнулась и вбежала улыбающаяся Олета. Улыбка ее померкла при виде нас с Дайреном, на лице отразились шок и неверие. Осознав, что она могла подумать, я пришла в ужас.
— Олета, я…
— Пр — ростите, что помешала… — не позволив мне продолжить, пробормотала подруга и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.
— Черт! — вырвалось у меня. — Боюсь даже представить, о чем она подумала.
Рыжий пожал плечами.
— Думаю, она отойдет. Олета добрая и долго таить злобу не умеет.
— Надо же, у тебя нашлись для нее хорошие слова, — не удержалась я, помимо воли виня Дайрена в том, что мои отношения с подругой оказались под угрозой.
— Я жалею о том, что сделал, — признался он хмуро.
— Надо же! — изумилась я. — А я думала, демонам жалость чужда.
— Понимаю твой сарказм. Можешь не верить, но в какой‑то степени она мне и правда нравилась. И все же ты должна понимать: Олета мне не пара. Родители никогда бы ее не одобрили даже в качестве моей возлюбленной. Уже не говоря о женитьбе. Это просто смешно.
— Какой же ты напыщенный сноб, Дайрен! — взорвалась я. — А что насчет меня? Обо мне ты так же думаешь?
— О тебе в еще большей степени. Ты вообще человечка, — невозмутимо сказал рыжий. Новый взрыв возмущения остановили его следующие слова: — Но ради тебя я бы рискнул навлечь на себя гнев родителей.
Все, что я могла, это безмолвно открывать и закрывать рот, не зная, что сказать на это.
— В дальнейшем постараюсь просто держаться от тебя подальше. И от твоей подруги, — хмуро заявил он. — Так будет лучше для всех.
— Да, ты прав, — все же смогла произнести я.
Не говоря больше ни слова, рыжий двинулся к двери. Когда за ней тут же обнаружилась Олета, покрасневшая до корней волос, я с ужасом поняла, что она подслушивала. К ее чести, со смущением справилась быстро и, избегая встречаться взглядом с Дайреном, прошла в комнату. Мы обе вздохнули с облегчением, когда, наконец, остались одни.
Олета села на свою постель и некоторое время просто смотрела вдаль.
— Олета… Ты сердишься на меня? — жалобно спросила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.
— На тебя? — ее губы тронула грустная улыбка. — Если на кого и сержусь, то только на себя. За то, что была такой дурой. И правда считала, что у нас с сыном Небироса есть будущее!
— Ты все еще любишь его? — как же хотелось услышать, что ее чувства к нему исчезли!
— Я вряд ли смогу его разлюбить, — тихо сказала она. — Но я научусь прятать это чувство так глубоко, как только возможно. Он прав: мы не пара.
— Что ты будешь делать дальше? У тебя есть Витгор, — напомнила я. — Он любит тебя. И правда, любит! Ради тебя он решился измениться, а это, как я успела понять, для мужчин — оборотней и вовсе подвиг.
— Знаю, — отстраненно сказала Олета. — И я склоняюсь к тому, чтобы согласиться быть с ним. Но торопиться не буду. Сначала закончу Академию, попытаюсь устроиться на работу. Если он согласится ждать, а потом и переехать из поселения туда, где я буду служить, все у нас получится.
— Думаю, он согласится, — мягко улыбнулась я. — Даже не сомневаюсь в этом.
Потом встала с постели и села рядом с Олетой.
— Ты для меня всегда останешься подругой. Будет очень больно, если решишь вычеркнуть меня из жизни.
— Ты что? — она посмотрела на меня полными слез глазами. — Ты тоже для меня много значишь. Ни один мужчина не стоит того, чтобы я отказалась от нашей дружбы.
Испытывая такое облегчение, словно гора свалилась с плеч, я крепко обняла Олету. И мы обе разрыдались, выплескивая наружу все, что накопилось: и плохое, и хорошее. Ее молчаливая поддержка придала необходимой решимости. Я и правда сделаю все, чтобы подруга и дальше продолжала жить в том мире, который ей дорог. Если у меня есть шанс остановить зло, надвигающееся на нас всех, то стоит рискнуть. Пусть даже ценой собственной жизни.
Глава 11
На следующий день, едва я успела принять душ, послышался щелчок бротера. Я нажала на прибор и, тщательно вытираясь полотенцем, выдохнула:
— Слушаю.
— Ира, — от рокочущего голоса Астарта по коже побежали мурашки, руки замерли, прижимая полотенце к груди. — Прости, что звоню так рано.
— Ты же знаешь, тебя я готова слышать в любое время, — произнесла я, чувствуя, как все прочие мысли уносятся прочь. Астарт действовал на меня, словно чудодейственное лекарство. С ним исчезали все тревоги и заботы.
— Ты одна сейчас? Нас никто не слышит?
— Я в ванной. Только что душ принимала. Так что да, одна.
Астарт хмыкнул.
— Вот зачем ты про душ сказала? Теперь у меня перед глазами такие картинки возникли, что уж и не знаю, как заставить себя снова о делах думать!
Я издала смешок и лукаво проговорила:
— Можешь снова притащить меня к себе домой в облике лорда Вайлена. Правда, этим окончательно погубишь свою репутацию.
Астарт рассмеялся, но тут же посерьезнел:
— И Лиандр, и Финдред говорили, что ты хорошо держалась в разломе. Прости, что подверг тебя такому испытанию, но это было необходимо. То, что тебе предстоит сделать, связано как раз с разломом. И то место гораздо дальше от перехода. Придется много идти и может случиться что угодно.
— Я готова, Астарт. Даже не сомневайся.
— Знаю, ты храбрая девочка, — в его голосе послышалась нежность. — И все же я предпочел бы не впутывать тебя в это.
— Об этом мы уже говорили, — мягко напомнила я. — Ты ведь позвонил по делу, правда? Что я должна буду сделать?
— Мы с Лиандром спускались в разлом на днях, — в его голосе послышалось беспокойство. — Круг, сдерживающий Велиара, все сильнее расшатывается. Единственный выход — снова закрыть его.
— А это можно сделать? — изумилась я.
— Благодаря той папке, которую ты достала из сейфа Небироса, я теперь точно знаю, что можно. И то видео… Кристалл, хоть и пустой, оставили на том же месте. Видно, чтобы не возбуждать ни у кого подозрений. Это дает нам шанс.
— Не совсем понимаю… — пробормотала я.
— Можно снова заполнить кристалл магической энергией, и тогда прореха залатается. Вся сложность в том, что опять же идет привязка на генетическое соответствие. Заполнить кристалл нужной энергией мог бы только бывший повелитель седьмого мира или тот, в ком его кровь проявилась в достаточной мере.
— Арлан?
— Именно. Мы с тобой уже убедились, что как раз он точно это сможет.
— Но убедить его помочь нам ты не сможешь?
— Более того, это опасно. Если он расскажет Зепару или Лилит о том, что я вообще говорил с ним об этом, ситуация лишь усугубится. Они тогда будут начеку, я уверен, и не позволят нам даже приблизиться к магической преграде.
— Но у тебя есть я, — мои губы изогнулись в улыбке. — И согласие Арлана может и не понадобиться.