Но, на то я и чемпион, чтобы моя реакция была быстрее.
Ухватив девчонку за шиворот, я рванул ее на себя и она по инерции ввалилась в салон, захлопывая дверь обратно.
- Вы!.. - задохнулась она от возмущения.
- Дикий бабуин, я помню, - угрюмо усмехнулся я, заводя двигатель, и поехал в сторону каких-то полузаброшенных строений, заросших пышными зелёными кустами сирени. Не думал, что такие закоулки ещё есть в центре.
На улице стягивались черные тучи. Стремительно темнело. Намечалась гроза.
- Что вы делаете? - уточнила Аня, передёргивая плечами и оглядываясь по сторонам.
Я молча вздохнул, чувствуя, что сорвусь и наору на нее, если заговорю. Матом я, видите ли, ругаюсь. Бабуин… Сучка!
Я заехал мордой в кусты, приоткрыл окно и, откинув кресло, глубоко вдохнул свежий запах сирени и душный предгрозового воздуха. Я, наверное, сейчас как-то похоже себя ощущаю. Тоже все внутри смешалось нахрен.
- И что, вот так сидеть будем? - покосилась на меня Аня.
- Я лежу. - усмехнулся я, прикрывая глаза. - И жду ответов на свои вопросы.
- Да не буду я с вами это обсуждать! Мы… не настолько близки!
- Дааа?! - меня аж подбросило на кресле.
Аня взвизгнула, когда я резко наклонился к ней, схватил за талию и коротким рывком посадил к себе на колени.
Мы сидели лицом к лицу. Аня, громко сопя, выкручивалась. Я держал ее руки.
- Так достаточно близки?! - рявкнул я, приподнимая колени, чтобы девчонка съехала ближе. - Или давай ещё немножко?
- Отпустите меня! - Аня попыталась отодвинуться назад, но я снова коленями подбросил ее ближе к себе.
- Да вот фигушки! Я же дикий бабуин!
- Вы просто так хотели избить человека!
- Просто так?! - снова рявкнул я Ане в лицо и скрутил ей руки за спиной.
Член, на который девчонка то и дело давила бедрами, пытаясь слезть с меня, напомнил, что он есть, твердея и все острее реагируя на прикосновения. Я тяжело сглотнул, понимая, что сейчас натворю глупостей, потому что сдерживаться было уже невмоготу.
- С тобой бесполезно разговаривать. Ты не хочешь слушать. Не знаешь, что такое распечатать? Давай на примере объясню!
Я перехватил хрупкие запястья в одну руку, а другой обхватил Аню за талию и с силой вдавил в себя, подаваясь бедрами ей навстречу.
- Что вы?! Аах! - вдруг шепотом простонала девчонка, закрывая глаза и вздрагивая.
- Что такое? - я шире раздвинул ее ноги и снова с силой придвинул к себе, шипя от остроты ощущений. - Не одному же мне подыхать!
Аня снова шумно выдохнула, пытаясь отстраниться. Я отпустил ее запястья и вжал пальцы в сочные бедра.
- Советую не дёргаться, иначе я продолжу. Итак. Ты поняла, что значит “распечатать”?
- Кажется, да, - девчонка отвела взгляд в окно. Я видел, как подрагивают ее губы от обиды. Но зато теперь сидела смирно.
- Ты - девственница?
Аня потупила взгляд, но, видимо, увидев бугор на моих штанах, тут же залилась краской и снова уставилась в окно. Коротко кивнула.
Послышался раскат грома, по окнам ударили первые крупные капли.
- Что у тебя было с Олегом? Поцелуи, свидания?
- Да ничего не было! - всхлипнула Аня, кусая губу. - Мы просто общаемся! С чего вы взяли, что что-то было?!
- Да я случайно услышал, что он тебя собирается трахнуть сегодня на вечеринке! Наверное, что-то романтическое перед этим должно было произойти? Нет?
- Не было ничего, - пристально посмотрела на меня Аня. - А бить-то его было зачем? Ну, предупредили бы меня и все. Вы же… по факту… того же самого от меня хотите. Чем вы лучше?
Я поиграл желваками, с силой сжал ее бедра и пересадил обратно на пассажирское кресло.
- Я могу чего угодно хотеть. Но пока еще не трахнул, да? Это раз. И я пиздец как лучше, потому что на тебя не спорил! Это два. Знаешь, сколько твоя девственность стоит?
- Да что за дичь вы несёте? - голос Ани сорвался на шепот. - Как в сериале дешёвом!
- Десятку. Десять тысяч рублей, Ань… На тебя поспорили, как на вещь! У тебя не появилось желания своим друзьям въебать?
Аня зажмурилась ненадолго, потом посмотрела на меня пристально. Ее тело дрожало, а глаза блестели ярче, чем обычно. В грозовом сумраке они казались темными и бездонными, будто два черных омута.
- Иван Андреевич, выпустите меня. Я приняла к сведению.
Небо вспыхнуло молнией и ливень усилился.
- Ань. Дождь же.
- Да выпустите меня уже! - крикнула девчонка, отворачиваясь к двери.
Я вздохнул и щёлкнул замком.
40. Ваза
Аня вылезла из машины под проливной дождь, отошла на несколько шагов. Вдруг остановилась и, немного подумав, пошла к моей двери. Я тут же вышел ей навстречу, не понимая, чего ждать.
Дождь лупил по машине, деревьям. Аня подошла ко мне, промокшая до нитки и вдруг крепко прижалась к груди.
Я обнял ее за плечи, пытаясь прикрыть от дождя хоть немного и растерянно усмехнулся:
- Ты меня пугаешь.
- Не бойтесь, - буркнула она глухо, вырывая у меня очередной смешок. - Что меняет моя девственность?
- Тараканы, остановитесь! - взмолился я, подхватывая Аню под бедра и глядя на нее с мольбой в глазах. - Я спортсмен, а не психолог. Я не знаю, как правильно!.. Представь себе коробку. В ней что-то лежит. Вот, ты просто несёшь ее, несешь, не задумываясь. А потом решаешь посмотреть, что внутри. Открываешь, а там… хрустальная ваза. - Аня хмурила брови и внимательно слушала. - Такая тоненькая, что одно неловкое движение и разобьётся. И уже трещины кое-где намечаются от чьих-то кривых рук. Возможно, это ты сам нечаянно ее повредил, пока не знал, что внутри коробки. И ты держишь эту вазу в руках, смотришь и не знаешь, что делать. Упаковку выкинул, а дальше нести страшно… Вот с тобой как-то так же.
- А эта ваза… - шепнула Аня, смущённо опустив ресницы, - она для вас… ценная?
- Ценная, конечно. Потому что редкая очень.
Аня шмыгнула носом, подняла на меня свои глазищи. Мокрые волосы облепили ее лицо. Я убрал с щеки прилипшую прядь и скользнул пальцами по пульсирующей жилке на шее, провел по тоненькой ключице, впитывая в себя образы и ощущения, которые сейчас были доступны. Хрупкая, дикая, недоверчивая… и в то же время наивная и простая… сидит сейчас у меня на руках, дрожит и жмется к груди, как мокрый воробей, робко открываясь навстречу моему огню.
- Я никогда не целовался под дождем, - прищурился я, продолжая поглаживать нежную шею и линию подбородка. - Поцелуй меня.
Аня прижала холодные ладони к моим щекам и робко коснулась губ, закрывая глаза.
Я ответил на ее прикосновение, но сам инициативу проявлять не спешил.
Аня отстранилась, удивлённо выгибая бровь.
- Что смотришь? - усмехнулся я. - Ты у меня первая. Учи, давай.
Я почувствовал, как она дрожит, но все же снова наклоняется ко мне и аккуратно касается сначала верхней губы, потом нижней.
Я послушно приоткрыл рот и почувствовал, как ее мягкий язык касается кончика моего, затем проникает чуть глубже, уже смелее вовлекая мой в процесс.
Мы целовались медленно и неспешно, будто понимая, что теперь нам совершенно некуда торопиться. Что это только самое начало познания друг друга.
Я у нее первый, она у меня… такая… первая. И нам обоим пиздец как страшно.
Я чувствовал, как противно ноет в паху от нереализованного возбуждения и добровольно соглашался на эту пытку, представляя, что когда-нибудь мне воздастся каждая минута той жертвественности, с которой я лишаю себя одного из самых доступных удовольствий для человека.
Я буду учить тебя столько, сколько потребуется. Буду нести тебя аккуратно, чтобы больше не повредить, а потом склею все то, что накосапурил своими медвежьими неловкими ручищами. Главное - доверяй мне, маленькая. Открывайся. Я смогу тебя уберечь от любой беды.
- Это не вы, - отстранившись, выдохнула Аня и уткнулась мне лбом в плечо.
- Что “не я”? - погладил я ее по волосам и поцеловал в макушку, не понимая, о чём идёт речь.
- Не вы наделали всех этих трещин.
Я глубоко вздохнул и крепче обнял ее, вырывая рваный выдох из груди.
- Поехали в кино? Там Руслан, ребята мои.
- Нет... Не сегодня. Я хочу пойти на вечеринку. Не волнуйтесь, я буду с подругами. Отпустите?
Я почувствовал, как дыхание учащается, но понимал, что должен доверять той, с которой, кажется, перешёл на тот самый новый уровень, когда нихера не понятно, что будет и чем закончится.
- Отпущу, только если скажешь мне адрес и разрешишь забрать тебя после окончания.
Я подвез Аню к дому подруг и ещё раз пристально посмотрел ей в глаза, придержав за руку.
- Я буду волноваться, поняла? Если что-то пойдет не так, ты сразу мне позвонишь.
- Никто меня не тронет, - шепнула Аня ласково, в очередной раз уткнувшись в мой лоб.
- Позвонишь, - зарычал я упрямо.
- Обязательно позвоню.
- Ань, - окликнул я ее прежде, чем она закрыла за собой дверь.
- Что? - усмехнулась она, терпеливо вынося мою ревность.
- А ты мне завтра блинов сделаешь? У тебя такие вкусные получаются!
41. Самокопание
Аня
- Аня, тебя выжимать можно! - подруга всплеснула руками и убежала на кухню. - Я сейчас чайник поставлю! Все нормально? Ты как-то странно выглядишь!
Я стянула мокрые кеды и кофту и прошла к зеркалу, оставляя мокрые следы.
Отражение смотрело на меня лихорадочно блестящими глазами. Щеки румянились, губы припухли.
Нормально я выгляжу для человека, который только что целовался под дождем. Но подругам этого знать совершенно не обязательно.
- Я в ванную, - крикнула я и шмыгнула за дверь, смущенно пряча глаза от самой себя.
Он… он… Господи, как он смотрел на меня! Будто у него реально до меня никого не было! Жадно, горячо, проникновенно.
Я никогда не испытывала таких эмоций от взгляда! Меня выкручивало всю, огнем сжигало изнутри!
Никогда бы не подумала, что Иван Андреевич зацепит меня!