- Не любишь? - Петров хмурит брови.
- Неа… пошли. - вздыхаю. - Ладно, спасибо. Выковыряю.
- А я люблю. - пожимает Макс плечами и толкает коляску вперед. - Тогда мне кусочки, тебе мороженное.
- Договорились, - тяну к нему ложку с десертом, в котором торчит кусок дыни, судя по этикетке. Бумажное ведерко холодит пальцы.
- Ммм, вкусное! - облизывает губы Макс, а я залипаю на его лице. Это очень красиво сейчас выглядело. Тут же тяну ему еще порцию. - А ты?
- Тут сверху много кусочков, - киваю уверенно и снова зависаю на том, как красиво Петров слизывает с ложки мороженое.
Наверное, у меня дело к месячным, потому что я чувствую прилив возбуждения от наблюдения этого невинного, казалось бы, процесса.
- Сама-то ешь! - возмущается Макс после четвертой ложки. - Я тебе купил.
Вздыхаю, ковыряю место, где не видно фруктов, облизываю ложечку. На самом деле, я не очень люблю фруктовое мороженое. Просто хотелось помучить Петрова. Шоколадное-то он быстро бы нашел.
Слизываю вторую порцию и морщусь.
- Что такое? - хмурится Макс.
- Кусосек, - отвечаю я с приоткрытым ртом, раздумывая, проглотить или выплюнуть его в траву. Второе не очень женственно, конечно.
- Давай, - Макс моментально склоняется надо мной, притягивает к себе за талию и вторгается языком между приоткрытых губ.
Глава 36. Макс
Беспардонно вторгаюсь в ее рот, не обращая внимания на протестующее мычание, заставляю ее язык толкаться мне навстречу. Холодный от мороженого, он контрастирует с горячим моим, вызывая бурную реакцию рецепторов.
Чувствую, как волоски на руках встают дыбом. Волна мурашек опускается ниже, заставляя напрячься и привстать более крупный орган.
На меня обрушивается удар вожделения, сознание мутится.
Вжимаю Даню в себя крепче, оттесняю ее к ближайшей лавке, тащу за собой коляску свободной рукой.
Плюхаюсь на деревянное сидение и сажаю Даню себе на колени. Подаюсь бедрами вверх, вырывая хриплый выдох вперемешку со стоном из ее губ.
- Прекрати! - отстраняется она, но я перехватываю ее крепче за талию и с силой опускаю обратно, снова затыкая сладкий рот.
Даня тоненько скулит и задыхается, вздрагивая всем телом, а потом вдруг обмякает в моих руках.
- Эй, ты чего? - придерживаю ее и вздергиваю брови. - Ты… кончила, что ли?
- Макс,.. ты сдурел? - выдыхает она слабо, сползая с моих бедер и плюхаясь рядом. - Мы в общественном месте!
- Да я тебя просто поцеловал!.. - усмехаюсь, разглядывая пустой парк. - И все работают, в отличии от нас… Ты, серьезно, кончила от поцелуя?
- Нет! - Даня краснеет и, мне кажется, врёт.
Охренеть! Я к ней толком то и прикоснуться не успел! Горячая как кипяток!
- И я - нет. Значит, дома продолжим. - понижаю голос и подаюсь к ней, лукаво глядя в глаза.
- Петров! - вскакивает Даня и хватается за коляску. - Прекрати! Ты озабоченный.
Я ухмыляюсь, вставая следом. Запихиваю руки в карманы спортивок, отчего ткань натягивается на возбуждённом члене. Киваю Дане на него. Она бросает короткий взгляд и быстро отводит глаза.
- Ты не представляешь, насколько… - иду чуть позади, ем мороженое и разглядываю изящную фигуру. Ноги у нее, конечно, - душу продашь. Усмехаюсь. - Твои ноги бы да на мои плечи.
- Петрооов, - низко рычит она, оборачиваясь и пытаясь испепелить меня взглядом. - Даже не думай!
- Слушай, может, ты из монастыря сбежала? - усмехаюсь.
- Иди в жопу.
- Не, не сбежала. Выгнали, по-любому!..
Даня молча закатывает глаза. А я… хочу снова такой поцелуй.
- Представь, что я ем мороженное и тут же ласкаю языком твои сосочки. А тебе холодно и у тебя мурашки. - понижаю голос до интимного шёпота и с удовольствием наблюдаю, как Даню передёргивает.
- Макс! - шипит она, покрываясь новым слоем пунца. - Я не буду с тобой спать.
- Конечно. Потому что я не дам тебе уснуть.
Даня снова закатывает глаза.
- Ты можешь прекратить уже?
- Могу до дома молчать. - охотно отзываюсь.
- Так, пожалуйста, помолчи, а? - просит она обиженно.
- Тогда с тебя французский поцелуй.
- Я не умею, - бросает Даня через плечо и я тут же хватаю ее за локоть, разворачивая к себе.
- Я научу, - склоняюсь к ней и в предвкушении скольжу пальцами по тонкой шее. Вижу, как подрагивают ее ресницы.
- И заткнешься до вечера, - сглатывает Даня, глядя на меня серьезно. Ее голос срывается от волнения.
- Обещаю, - выдыхаю ей в губы и касаюсь языком кончика ее языка. Вижу, как доверчиво она прикрывает глаза и, смелея, притягиваю за поясницу ближе.
Все тело хищно напрягается в предвкушении дофаминового кайфа. Понимаю, что большее, чем поцелуй, в данных обстоятельствах мне не светит. Но влечение к Дане настолько сильное, что пока что согласен и на это.
Как же я хочу большего!..
- Ма, ма, ма, ма! - раздаются недовольные возгласы из коляски.
- Блин, Маша! - рычу разочарованно, потому что Даня вздрагивает и тут же отстраняется от меня.
- Петров! - повышает голос моя упущенная добыча и берет Машку на руки. - Не пугай ребенка!
Изо всех сил пытаюсь делать вид, что мне нормально. Но внутри кипит от обиды на несправедливость этого мира! Ну что, нельзя было поспать хотя бы на минуту подольше?! Или чтобы мы хотя бы находились в уединенном месте?! Я бы хрен тогда обороты сбавил!
Машка орет на руках у Дани, пытаясь содрать с нее футболку и добыть грудь. И вот в этом я ее понимаю! Я бы не отказался сделать то же самое!
- Давай ее мне, - выдыхаю, отпуская ситуацию, - а то она тебя разденет.
- Она голодная совсем, - взволнованно вздыхает Даня. - А мы бутылочку не взяли.
- Ты ее щеки видела? - усмехаюсь, поднимая к лицу извивающуюся, как гусеница, крестницу. - Хватит орать, ты недавно ела. Ты мне кое-что поинтереснее обломала, я же не ору!
Глава 37. Макс
Дома Машка, получив очередную порцию долгожданной еды, наконец успокаивается.
Даня сидит с ней на диване, с умилением глядя, как та наяривает молоко, кряхтя и постанывая от усердия. Я стою в дверях и раздумываю, чем потом можно отвлечь ребенка, чтобы украсть ненадолго его няньку.
Смириться с тем, что продолжения не будет, я просто не могу.
В кармане вибрирует телефон.
Это звонит Иван Андреевич, отец Маши.
- Да, - Я радостно выдыхаю в трубку, предвкушая, что задачка вот-вот решится сама собой.
- Макс, у нас проблема. Посиди ещё с пацанами. Нам нужно в другой город в больницу, а они уже умаялись с нами таскаться.
- Вы за четвертым что ли собрались?! - истерично ржу.
- Много будешь знать - скоро состаришься. - слышу смешок в ответ. - Выходной продлю тебе. Ок?
- Ок. - вздыхаю.
Я многим обязан Ивану Андреевичу и понимаю, что выручить его раз в месяц-два - это совсем не напряжно для меня. Но сейчас, когда все мысли кружатся вокруг Дани, я испытываю горькое разочарование от происходящего.
- Дань, у нас грядет пополнение. До вечера побудем с тобой многодетными родителями.
- Да я не против, - улыбается она.
- Да это ты просто с пацанами не знакома, - усмехаюсь. - Если я захочу от тебя избавиться, я буду их ежедневно в гости приглашать.
- Ой, да ладно. - Даня закатывает глаза. - Что я, общий язык с детьми не найду?
- Спорим? - сажусь с ней рядом.
- На что?
- Ну, хотя бы на массаж? - кладу руку Дане на плечо и аккуратно сжимаю его. Я не собираюсь сдаваться и проигрывать битву, хоть планы и меняются.
- Ммм! - блаженно закатывает она глаза.
- Не кончи, - подмигиваю, останавливаясь. - Это демо-версия.
- Фу, Петров! - Даня дёргает плечом, скидывая мою руку. - Ты слишком высокого о себе мнения.
- Да ладно, не злись. Все равно это тебе придется мне массаж делать.
- Ахаха! - звонко хохочет она, заставляя меня улыбаться. - Ну, давай, проверим.
Наивная.
Минут через десять раздается звонок в дверь и как только я ее открываю, в квартиру заносятся два микро-торнадо. Я уворачиваюсь, пропуская их в квартиру.
- Как Машка? - протягивает мне руку начальник. - Что за кукла у тебя? Встречаетесь?
- Машка нормально, очаровывает Даню. Даня… - понижаю голос. - ну, подруга. Просто пожить пустил.
- И как? - приподнимает бровь Иван Андреевич, хитро улыбаясь. - Первый раз вижу, чтобы ты кого-то из подруг пожить пускал.
- Да нормально… Как будто кошку завел.
- Так, стоять! - слышу командный тон Дани из зала и ребята резко замирают, с удивлением глядя на нее. - Ботинки сняли, руки помыли и бегом в комнату прыгать на кровати.
Парни скидывают обувь и с воплем несутся в ванную.
- Блин, Макс, - ржёт начальник. - Если эта кошка до вечера от вас не сбежит, советую приглядеться к ней получше. Часики-то тикают! Детей пора заводить. А с тобой не каждая уживется.
- Мне пока ваших хватает, - закатываю глаза.
На том и расходимся.
- Вы голодные? - Даня стоит в дверях спальни и, покачивая Машу, с интересом разглядывает, как Саня и Сема с остервенением скачут по кровати и не реагируют на нее.
Подхожу сзади, кладу ей руку на плечо. Стою довольно близко, но Даня не отстраняется. Если я сейчас обниму ее, то мы будем похожи на молодых родителей, с любовью наблюдающих за своими детьми. Позволит?
- Ну, нормальные же дети! - оборачивается на меня Даня.
Я всё-таки поддаюсь порыву и, обхватив ее и Машку руками, прижимаю их к себе крепче, кладу подбородок Дане на плечо.
- Это они просто драться не начали, - отвечаю не громко, чтобы не спугнуть момент, потому что Даня покорно принимает мои объятия и даже слегка улыбается. - А ты уже хочешь своих детей?
- Знаешь, не планировала пока. Но, смотрю на Машу и… хочется.
- Могу помочь, - вякаю и тут же отстраняюсь, расстроенно мыча в ладонь. Блять, придурок, такой момент испортил! Понимаю, какая сейчас будет реакция. - Я пошутил!