Вижу в глазах мамы надежду. Понимаю, что речь про внуков, конечно же. Киваю, вытирая слезы. То, что они сейчас уедут, мне как раз на руку. Я не знаю, как мне стойко пережить то, что я узнала сегодня. Но бесконечно рыдать при родне я не готова. Впрочем, как и делать вид, что все прекрасно, тоже.
Мысленно радуюсь только одному - хорошо, что пошли месячные. Двоих беременных девушек Петров вряд ли потянет, хоть и миллионер. Если миллионер, конечно, а не врун. Так что, мне вообще без вариантов. Кто раньше встал, того и тапки. А если переиначить, то, кто первее залетел, того и Петров.
Бороться с беременной девушкой за право обладать рукой, сердцем и членом мужчины, пусть и такого клевого, как Максим, я уж точно не буду. Это слишком подло - отвоевывать отца у ребенка. Раз у них что-то было, значит и чувства какие-то имеются.
А, может, он вообще с ней встречался совсем недавно. И расстались из-за какой-нибудь ерунды, а сейчас есть все шансы воссоединиться.
А если нет… стерпится-слюбится. Что там еще говорят, чтобы скрасить горечь отсутствия возможности выбора?.. Такова судьба!
Вызываю маме и тетушкам такси, провожаю их до машины и отпускаю с неспокойным сердцем. Не знаю, как буду выкручиваться через месяц. Хотя, хватит уже, довыкручивалась. Все и расскажу по-честному. Квартиру просрала, Максима… отпустила.
Ничего, еще лучше найду.
Думаю об этом и снова слезы подкатывают. Еще неделю назад я бы посмеялась, а сейчас кажется, что нету мужчин на свете лучше, чем Петров…
Вернувшись домой, даю волю эмоциям и рыдаю до тех пор, пока не начинаю икать от слез.
Выплакав и иссушив всю себя, какое-то время лежу и просто разглядываю потолок. Потом начинаю понимать, что наши серьезные отношения с самого начала начались с вранья и свернули не туда. Сначала мы наврали моей маме, теперь вот, открылись новые тайны биографии Максима.
Больно. И, хотя, по-факту, Макс может быть даже и ни сном, ни духом про отцовство, и причинил мне боль совершенно не специально, я не из тех, кто терпит, подставляя щеки.
Будет ответка, Петров. Нечего трахаться налево и направо с обещаниями жениться и клятвами в любви.
Встаю с кровати. Видеть его не хочу, паразита! Ни из-за кого так не плакала, как из-за него!
Потому что в самую душу забрался. К сердцу ключик подобрал. Сволочь!
Отменяю все уроки на сегодня, собираю свои вещи в чемодан.
Иду в ближайший магазин и покупаю Максиму прощальный подарок. Дома пишу короткую записку. Ищу квартиру посуточно, где можно пожить пару деньков, не думая о поисках крыши над головой. Я не хочу обращаться ни к подругам, ни, тем более, снова к тому, кого обещала не вспоминать даже в мыслях. Поэтому пишу короткое сообщение человеку, которого оставила на самый крайний случай. Слишком дорогая цена может быть назначена за помощь.
Отправляю сообщение и напряжение разом отступает, как волна откатывает от берега. Все. Что сделано, то сделано.
Силы покидают меня. Хочется просто исчезнуть на время. Чтобы появиться спустя год-другой, а уже все - ты спокоен, все счастливы. Враги сдохли в мучениях. Но… Петрову я зла не желаю. Пусть у него и его семьи все будет хорошо.
К сожалению, это не отменяет того, что мне больно до спазмов в груди. Хочется вырвать глупое сердце, чтобы не болело по красивому, харизматичному мудаку!
Проверяю комнаты, чтобы не осталось даже крошечного напоминания о том, что я здесь когда-то была. Закрываю дверь. Устало бреду по улице с чемоданом. Квартиру я нашла буквально в паре кварталов от дома Максима. Минут двадцать прогулочным шагом. Сегодня передохну, а дальше уже найду что-то более подходящее. И по бюджету, и по расположению подальше.
Оставив вещи в маленькой студии, нахожу в приложении вызова такси адрес, куда с утра поехал Макс, и, спустя полчаса, подхожу к зданию большого спортивного центра.
В огромном холле подхожу на ресепшн и уточняю, можно ли увидеть Петрова. Мне отвечают, что пока что у него занятия и нужно подождать минут двадцать.
Иду к креслу, чтобы присесть, как вижу идущего мне навстречу начальника Максима с Машей на руках.
- О, здрасьте, - усмехается он, останавливаясь. - Ты еще не сбежала? Странно! К Петрову?
- Да, он телефон дома забыл. Хотела передать. - улыбаюсь, глядя на то, как Машка при виде меня начинает активно дрыгать ногами. - А можно подержать?
- Подержи. - мужчина тянет мне дочь и я с удовольствием прижимаю ее к себе.
- Тоже дочку хочу, - улыбаясь, тискаю маленькие ручки.
- Подарить? Или Максиму еще пару выходных дать? - снова усмехается мужчина. Я заливаюсь краской. - А он тебе рассказывал, чем занимается?
- Да не особо. Тренер в спортивной школе. Массаж лечебный. Нейро - что-то там - реабилитолог…
- А, ну уже что-то. Пошли, покажу. А то он сам скромный очень.
Мы поднимаемся на второй этаж, идем в самую дальнюю часть коридора.
- Это крыло - территория Максима. Творит здесь свои темные делишки, - переходит на шепот мужчина и очень тихо приоткрывает дверь в большое светлое помещение.
Глава 55. Даня
Заглядываю в щелочку. В шеренгу стоят подростки, лет по четырнадцать, а может, немного постарше. Несколько девушек и ребята. Ну, как стоят? Двое из них на инвалидных креслах. Четверо с костылями.
- Саша, помоги Вике размотать бинт, - просит Максим кого-то не глядя, а сам что-то увлеченно читает в тетрадке.
- У меня нога болит, - отзывается парень на костылях с неохотой.
- Ну, не рука же, - усмехается Петров. - Ты че, инвалид что ли?
Саша вздыхает и медленно ковыляет к девушке, у которой явно нарушена координация. Встав по устойчивее, помогает ей разматывать с рук бинты.
- С-с-сп, - пытается выговорить она.
- Пожалуйста, - отвечает парень, сердито на нее поглядывая.
- Гонщики собирают мячи и конусы, остальные растяжку делают.
Ребята на инвалидных колясках наперегонки едут выполнять задание.
Я впечатлена тем, что Максим тренирует не просто группу детей, а детей сложных, с заболеваниями. Только он с ними так себя ведет… будто они не болеют.
- Ничего себе! - отстраняюсь и смотрю на начальника Максима, описываю свои ощущения в двух словах.
- Не то слово, - довольно улыбается он. - А еще несколько лет назад они все были сидячими.
- Получается, Максим - волшебник? - усмехаюсь грустно, но слова впечатляют.
- Да не, - отмахивается мужчина, - просто ленивый. Не жалеет их, заставляет все самим делать. Но, к слову, на реабилитолога добровольно ради них пошел учиться. И очень преуспел в этом. Свою спортивную карьеру завершил на пике славы, чтобы больше групп вести. Детей вытягивать. А сейчас у меня идея возникла выкупить в области один богом забытый реабилитационный центр и сделать из него под Максима областной плацдарм для реабилитации детей с ограниченными возможностями здоровья. Вот, ездили смотрели, когда вам пиратов оставляли. Вроде приглядели в одном месте, недалеко от Москвы. А Максима хочу сделать там управляющим. У вас все серьезно с ним? Ему бы не помешало уже остепениться. Семью завести, детей. Такой управляющий будет солиднее смотреться, согласись? Да и ты детей любишь. И стрессоустойчивая, похоже. Нашли бы и тебе должность.
Теряюсь от такого напора. Без меня меня женили.
- Будут у Максима и жена, и дети, не переживайте. - глотаю ком в горле и, чтобы не спалиться со своими вмиг покрасневшими глазами, снова отворачиваюсь к двери.
- Давай, давай, Викуль, - Максим стоит возле девочки и терпеливо ждет, пока она возьмет рюкзак. - Не торопись, мы можем и до вечера подождать.
- Х-х-х - пытается что-то ответить она, но сильно заикается.
- Я не издеваюсь, - хмыкает Макс сердито. - Если бы ты не ленилась, уже больше бы умела. Я тебе говорил дома эспандер сжимать.
- Т-т-т...
- Конечно, тяжело. Когда мама за тебя все делает, легче. А у меня вот не было мамы, я все сам делал. Вот если бы у тебя мамы не было, как ты тогда бы жила?
- Н-н-н!..
- Не знает она… Глазки мне не строй! Подумай сегодня вечером об этом.
- Т-т-т…
- Что? - Максим хмурится, будто до этого ему все было понятно, а вот сейчас - нет.
- Т-т-т-теб-б-бя ж-ждут. - выдает Вика и кивает в нашу сторону.
- Нифига себе ты выдала! - восхищается Петров и уже потом оборачивается к двери.
- Максу ни слова пока про центр. Это сюрприз ему. - слышу шепот сбоку и киваю.
Максим быстро подходит и с удивлением и каким-то смущением смотрит на меня. Улыбаюсь ему, а у самой сердце кровью обливается. Хочется кричать, рыдать, топать ногами и биться в истерике. Но… нельзя.
- Я принесла твой телефон, - тяну дрожащей рукой телефон и ключи.
- А ключи зачем? - Максим хмурится и пристально разглядывает меня.
- Я сделала запасные, - улыбаюсь как можно искреннее. - Мама с тетками уехали. Извинились, что не дождались. Времени просто мало.
- Ну… ладно. - кивает он. - Но у нас все в силе? Я в четыре приду.
- Конечно, - снова улыбаюсь и отвожу взгляд. - Ладно, не буду тебя отвлекать. До вечера. А то меня такси ждет.
- Дань! - окрикивает меня Максим, когда я отхожу уже достаточно далеко. Оборачиваюсь. - Все нормально?
Вижу, что он нервничает. Хреновый из меня конспиратор. Сейчас включит телефон и будет нервничать еще сильнее. Но, возможно, хотя бы попробует все объяснить. Может, я совсем все не так поняла. Больше всего на свете я хочу сейчас ошибаться. Я сама перед ним сто раз потом извинюсь, если была не права.
- Все хорошо, - машу ему на прощание, - до вечера.
Уныло бреду по улице. Не привыкла плакать перед людьми, но последнее время стала какая-то совсем сентиментальная. Романтичная. Сдерживаю слезы, а они сами катятся. Прохожие косятся, но торопливо идут по своим делам. Понимаю, что выгляжу жалко. Плачу от этого ещё сильнее.
Реагирую на все оповещения на телефоне.
Петров мне не пишет, но я отчётливо вижу, что он постоянно находится в сети.